Экзотицизм

Слово «exotic» происходит от греческого слова «exo» — снаружи, и в буквальном смысле означает «внешнее влияние». Термин появился в Эпоху великих географических открытий, когда «внешнее влияние» постоянно увеличивалось. В тот период корабли европейских стран перемещались по всему миру и останавливались у берегов неизведанных континентов. В большинстве современных словарей одним из первых определений слова «экзотика» является «нечто незнакомое». Всё экзотическое является незнакомым, однако не всё незнакомое является экзотическим. Оба явления не отделимы друг от друга, поэтому иностранное становится экзотическим только тогда, когда какое-то незнакомое явление из одной страны попадает в контекст другой. Определение «экзотики» как чего-либо необычного и привлекающего появилось в начале XVII века. Согласно определению из одного современного словаря данное слово также означает «притягательность чужеродного».

Впервые интерес европейцев к иностранному (особенно восточному, то есть ближневосточному или азиатскому) искусству был вызван торговлей с восточными странами в XVI—XVII веках. С распространением европейских колоний заинтересованность росла^[1].

Экзотицизм оказал влияние на многие жанры искусства того периода, особенно это касается музыки, живописи и декоративно-прикладного искусства. Экзотический музыкальный жанр включает в себя паттерны, ноты или оркестровки, созданные в манере, которая погружает зрителей в атмосферу экзотических мест или древних времён (например, такими являются «Цыганка» Равеля, «Сиринкс» Дебюсси и Римского-Корсакова). Также как и в живописи XIX века, восточные мотивы в декоративно-прикладном искусстве и оформлении интерьера были фантазийными и пышными.

Учёный Олден Джонс считает, что экзотика в искусстве и литературе представляет собой феномен одной культуры, который перерабатывается другой^[2]. Крайне значимое «Эссе об экзотицизме» Виктора Сегалена раскрывает это явление как порождение эпохи империализма, обладающее как эстетической, так и онтологической ценностью. При этом экзотицизм используется для раскрытия культурной «инаковости», которая играет большое значение^[3]. Важным и архетипичным приверженцем экзотицизма является художник и писатель Поль Гоген. Он создавал визуальные образы пейзажей и людей из Таити для французской аудитории. Хотя экзотицизм тесно связан с ориентализмом^[4], этот вид искусства не всегда привязан к определённому периоду времени или культуры. Экзотицизм может проявляться в разных формах: примитивизм, этноцентризм или гуманизм.

Жан-Огюст-Доминик Энгр (1780—1867 гг.) — французский художник-неоклассик. Возрождение древнегреческого и римского искусства оставило позади акцент академического искусства на натурализме. Оно включило в себя идеализм, который не проявлялся со времён Эпохи Возрождения^[5]. По мере развития классицизма Энгр начал использовать в своих работах новоиспечённые стили, такие как идеализм и экзотицизм. «Большая одалиска», оконченная в 1814 году, была создана для того, чтобы привлекать взгляды мужчин^[6]. Концепция экзотической фигуры обуславливает использование автором симметрии и линий, которые направляют взгляд зрителя. Энгр намеревался изобразить красивую женщину, однако его работа вызвала споры из-за того, что моделью была куртизанка.

Законченная в 1863 году картина Эдуарда Мане «Олимпия» была основана на картине Тициана «Венера Урбинская»^[7]. «Олимпией» также называлась популярная в то время пьеса о куртизанке с таким именем. Картина радикально отличалась от общепринятых черт академического стиля. Для привлечения взгляда фигура была выделена, а остальное пространство было отведено на второй план. Олимпия скорее представляет собой вызывающий, а не характерный для классического искусства образ^[8]. Смело выглядывая, героиня заставляет зрителя чувствовать себя как мужчина, который пришёл к проститутке. А вот положение руки намекает о небольшой застенчивости героини^[9].

Именно после публикации книги Эдварда Саида «Ориентализм»^[10] экзотицизм стал ключевым термином в политических оценках взаимодействия между Европой и Америкой и восточными страными. Если толковать определение в более широком смысле, то его стали использовать для обозначения взаимодействия центра и периферии. Как показывают недавние антропологические исследования, такие термины, как ориентализм и экзотицизм иногда использовали, чтобы просто приравнять интерес к «иному» к чему-либо негативному. Такая манера употребления являлась приземлённой. Изучение сферы взаимодействия с чужеродным в контексте отношений между Грецией и Германией в годы кризиса суверенного долга и художественной выставки «Documenta14» (проходила в вышеупомянутых странах), может указать на изменчивые составляющие экзотицизма. Среди них очарование, смешанное с высокомерием, неприятием, восхищением и надеждами на спасение от довлеющего образа жизни северных европейцев^[11]. Аналогичным образом, туризм и внутринациональные отношения между городскими центрами и пригородами — это сферы, в которых происходит динамичный экзотицизм. Даже если он включает в себя вовлечённость тех, кто представляет чужую культуру; двойственное отношение воспринимающих её людей; а иногда и оспаривание стереотипов, которые создают люди, рассказывающие о чужой культуре.