Шварц, Норберт

Норберт Шварц разработал теорию «чувства как информация» (англ. feelings-as-information theory), одно из самых влиятельных объяснений когнитивных последствий аффекта^[2]. Эта теория утверждает, что при формировании суждения об объекте чувства используются как информация для его оценки. Хотя этот тип формирования суждений вполне надёжен, люди могут ошибаться в источнике этой информации. Классический эксперимент по проверке этой гипотезы был проведён Шварцем и Клором: испытуемые сообщали о более высокой удовлетворённости жизнью, когда находились в позитивном настроении, чем когда были в негативном^[3]. Это влияние настроения исчезает, если интервьюеры упоминают погоду перед тем, как спросить об удовлетворённости жизнью, поскольку люди правильно связывают своё текущее настроение с погодой. Это показывает, что текущее настроение используется как информация при оценках.

Другое чувство, сыгравшее важную роль в перспективе «чувства как информация», — это метакогнитивное чувство лёгкости или трудности извлечения информации. Шварц и его коллеги показали, что люди склонны выносить суждения на основе феноменального переживания лёгкости извлечения. Однако эти чувства могут быть вызваны различными факторами, не связанными с суждением, например, характеристиками задачи (перечисление малого или большого количества определённых событий), беглостью обработки (высокий или низкий контраст фигуры и фона, читаемые или менее читаемые шрифты) или манипуляцией моторной обратной связью (например, сокращение бровей). Созданное таким образом переживание беглости обработки влияет на суждения об истинности, частоте, риске и красоте: объекты, которые легче обрабатываются, воспринимаются как более истинные, частые, рискованные и красивые.

В одном эксперименте группу испытуемых попросили перечислить шесть эпизодов, в которых они вели себя уверенно, что является относительно лёгкой задачей; другая группа должна была перечислить двенадцать таких форм поведения, что относительно сложно. Затем испытуемых попросили оценить, насколько они уверены в себе. Испытуемые использовали чувство лёгкости извлечения как информацию и оценивали себя как более уверенных, когда им нужно было вспомнить 6, а не 12 эпизодов собственной уверенности^[4].

В другом эксперименте перцептивная беглость манипулировалась с помощью контраста фигуры и фона, так что утверждения вида «Осорно находится в Чили» было либо легко, либо трудно читать. Если утверждения было легко читать, испытуемые оценивали их как более истинные, чем утверждения, которые было трудно читать^[5].

Норберт Шварц также известен своими исследованиями когнитивных процессов при ответах на вопросы в опросах. Интервью в рамках опроса рассматривается как беседа между интервьюером и респондентом. Как и все беседы, ситуации интервью подчиняются конверсционным максимам, постулированным философом языка Полом Грайсом, которые вытекают из принципа кооперации. Согласно им, люди стараются правдиво и ясно сообщать ту информацию, которая необходима и релевантна. По мнению Шварца, участники опросов в своих ответах не только следуют конверсционным максимам, но и предполагают, что вопросы, задаваемые интервьюером, подчиняются тем же максимам.

Примером действия этих максим в опросах является исследование, в котором люди должны были ответить на вопрос, насколько успешными они были в своей жизни. Одна группа отвечала по шкале с числовыми конечными точками 0 и 10; здесь 34 % дали оценку от 0 до 5, что означало, что их жизнь не была очень успешной. Другая группа отвечала по шкале с конечными точками −5 и 5; здесь только 13 % ответили числом от −5 до 0, что соответствует диапазону от 0 до 5 первой группы. Числовые конечные точки интерпретируются испытуемыми по-разному: если шкала идёт от 0 до 10, респонденты интерпретируют нижнюю половину шкалы как отсутствие успеха, что не обязательно означает, что человек терпел неудачи. Шкала от −5 до 5, напротив, интерпретируется как наличие успеха, а не просто отсутствие неудачи^[6].

Аналогичным образом, следование конверсционным максимам может вызывать эффекты порядка, если информация в вопросе А является частью информации в вопросе Б, но не наоборот. В одном эксперименте группу женатых людей сначала спросили, насколько они удовлетворены своей жизнью, а затем — насколько они удовлетворены своим браком. Оба ответа сильно коррелировали друг с другом, поскольку удовлетворённость браком является важным компонентом удовлетворённости жизнью. Другую группу сначала спросили об удовлетворённости браком, а затем об удовлетворённости жизнью. Здесь ответы коррелировали меньше, поскольку опрошенные интерпретировали вопрос об удовлетворённости жизнью так, что они уже указали удовлетворённость браком ранее, и она, вероятно, больше не представляет интереса при оценке удовлетворённости жизнью^[7].

Норберт Шварц и Герберт Блесс разработали модель включения/исключения, которая объясняет эффекты ассимиляции и контраста при формировании суждений. В социальном суждении информация сравнивается со стандартами, а затем выносится суждение. Эффекты ассимиляции возникают, когда объект суждения рассматривается как похожий на стандарт, и суждение корректируется в направлении стандарта (включение). Эффекты контраста можно наблюдать, когда объект суждения отделяется от стандарта, и суждение изменяется в направлении от стандарта (исключение).

Идентичная информация приводит к разным суждениям в зависимости от того, используется ли она для оценки объекта суждения (включение) или сравнивается с объектом суждения (исключение). Например, если человек думает о конкретном политике, который был или вовлечён в скандал (например, Ричард Никсон), он может прийти к выводу, что все политики коррумпированы, потому что коррумпированный пример — здесь Никсон — включается в категорию политиков, так что он приходит к установке, что «они все как Никсон». Но если спросить об отдельных политиках (например, Ангела Меркель), они будут представлены как более честные, потому что их сравнивают с Никсоном как стандартом, и в этом сравнении они выглядят хорошо, а оценивающие приходят к выводу, что она или он не такие, как Никсон^[8].