Онганиа, Хуан Карлос

Отец — Карлос Луис Онганиа, мать — Сара Роса Карбальо. Был женат на Марии Эмилии Грин Уриен, в браке с которой родился сын Хорхе Энрике Онганиа Грин^[3].

В то время как предыдущие военные перевороты в Аргентине были направлены на создание временного переходного правительства военной хунты, «Аргентинская революция», которую возглавил Онганиа, преследовала цель создать новый политический и социальный строй, противопоставив его либеральной демократии и коммунизму. Военные заняли ведущие посты в политической и финансовой жизни страны. Политолог Гильермо О’Доннелл назвал этот тип политического режима «авторитарно-бюрократическим государством»^[4]; это касалось также и бразильского военного режима (1964—1985), режимов Аугусто Пиночета (начиная с 1973 года) в Чили и Хуана Марии Бордаберри в Уругвае.

Как военный диктатор, Онганиа приостановил деятельность политических партий и проводил политику партисипасионизма, при которой представители различных заинтересованных групп, таких как промышленники, сельскохозяйственные работники и так далее, формировали комитеты для консультаций с правительством. Тем не менее, на деле эти комитеты назначал сам диктатор. Онганиа также приостановил действие права на забастовки. В экономике и социальной сфере он придерживался корпоративистских принципов.

Министр экономики в правительстве Онганиа Адальберт Кригер Васена^[5] объявил о замораживании зарплаты (через 30%-ю инфляцию) и 40%-ой девальвации, что крайне негативно повлияло на состояние аргентинской экономики (в частности, сельского хозяйства) в пользу иностранного капитала. Кригер Васена также приостановил действие коллективных трудовых договоров, провёл реформу в области добычи полезных ископаемых, что привело к появлению частичной монополии государственных предприятий в этой отрасли, и подписал закон о высылке арендаторов из страны в случае неуплаты арендной платы.

Покупательная способность населения заметно снизилась: с 1966 года реальная заработная плата упала в среднем на 1,6 %^[6]. Ситуация усугублялась ростом стоимости жизни из-за повышения тарифов (на почтовые услуги — на 100 %, на воду и газ — на 23 %). В отдельных секторах падение доходов было ещё более резким: например, на автомобильном заводе IKA в Кордове в начале 1967 года зарплаты были урезаны на 20 %^[7].

Жёсткие экономические меры вызвали сопротивление рабочих. 1 марта 1967 года Всеобщая конфедерация труда (ВКТ) объявила всеобщую забастовку^[7]. В ответ правительство применило репрессии: шесть крупнейших профсоюзов лишились легального статуса, а банковские счета их лидеров были заморожены^[7]. Неспособность официального руководства ВКТ противостоять давлению властей привела к расколу профсоюзного движения и образованию в марте 1968 года оппозиционной «ВКТ аргентинцев» (исп. CGT de los Argentinos)^[7].

В конечном итоге экономическая политика режима закрепила модель зависимости, приведя к денационализации, концентрации экономики и её переходу под иностранный контроль.

Правление Онганиа ознаменовало конец автономии университетов, которая была установлена в результате университетской реформы 1918 года^[8].

Меньше чем за месяц пребывания на посту главы государства Онганиа стал ответственным за так называемую Ночь длинных палок, когда была отменена автономия университетов и отдан приказ полиции ворваться на пять факультетов Университета Буэнос-Айреса. В результате жестокого разгона около 300 человек были ранены, а более 400 студентов и преподавателей — арестованы^[9][10]. Многие из них были вынуждены позже покинуть страну, что повлекло «утечку мозгов», которую учёный мир Аргентины ощущает по сей день. Сразу после разгона были уволены или ушли в отставку около 700 преподавателей^[10], а в общей сложности в знак протеста свои должности покинули около 1400 сотрудников университетов. Более 300 учёных эмигрировали из Аргентины, что привело к распаду некоторых исследовательских групп^[11].

По приказу Онганиа также проводились репрессии по принципам «имморализма», запрещающие ношение мини-юбок, длинных волос для мужчин и все авангардные движения. Эта моральная кампания вызвала радикализацию среднего класса, представители которого массово присутствовали в аргентинских университетах.

В армии появились фракции, которые выступали за ограничение власти Онганиа. Таким образом, в конце мая 1968 года генерал Хулио Альсогарай выразил неповиновение правительству Онганиа, появились слухи о государственном перевороте. Наконец, Онганиа уволил руководителей армии: Алехандро Агустин Лануссе заменил Хулио Альсогарая, Педро Гнави заменил Бениньо Варела и Хорхе Мартинес Сувирия заменил Адольфо Альвареса.

Кроме того, диктаторский режим Онганиа был ослаблен в результате массового восстания рабочих и студентов, охватившего всю страну^[12], в том числе народные выступления проходили в Росарио^[13] и Кордове^[14]. В забастовках участвовало 5 миллионов человек^[12]. По официальным данным, в ходе восстания Кордобасо погибло 12 человек (по другим оценкам — до 60), 93 получили ранения, сотни протестующих, включая профсоюзных лидеров, были арестованы^[15].

В 1970 году появилась группировка «Монтонерос», первым крупным выступлением которой стало похищение и убийство бывшего президента Педро Эухенио Арамбуру^[16]. Кризис общественной безопасности, усугублённый этим событием, а также планы Онганиа по созданию «корпоративного» государства привели к ультиматуму со стороны военных во главе с генералом Алехандро Агустином Лануссе. После отказа президента принять план возвращения к демократии, 9 июня 1970 года он был смещён со своего поста^[17][14].