Форт Пате

Форт Пате вместе с фортом Медок и цитаделью Блай образует оборонительный триптих, созданный Себастьеном Вобаном в эстуарии Жиронды с целью защиты Бордо и его порта^[3].

Наличие этого фортификационного сооружения способствовало тому, что Бордо, как говорил Вобан, «не строило козни» — то есть не продавалось врагам королевства, будь то англичане во время Столетней войны или испанцы в периоды Фронды и Религиозных войн.

В 1690 году Людовик XIV утвердил строительство форта. Однако песчаная отмель, образовавшаяся за несколько десятилетий до этого, не была устойчивой, поэтому по всей площади будущего форта пришлось установить двойную деревянную решётку, чтобы обеспечить надёжное основание для сооружения. Строительство завершилось в 1693 году. Форт овальной формы достигает 12 м в высоту. Он расположен на одной линии с фортом Медок и цитаделью Блай.

В 1948 году форт был приобретён у государственного фонда Domaines нотариусом из Медока^[4].

17 июля 1935 года форт Пате был включён в список исторических памятников Франции, а 9 октября 2013 года стал классифицированным историческим памятником^[5].

7 июля 2008 года форт Пате (наряду с цитаделью Блай и фортом Медок) вошёл в список Всемирного наследия ЮНЕСКО в составе двенадцати фортификационных сооружений, созданных Вобаном^[6].

В 2014 году четверо потомков семьи владельца приняли решение выставить форт на продажу^[4][7].

Форт отличается компактной формой. Его кладка выполнена преимущественно из тёсаного камня, но при строительстве также использовали кирпич, особенно на внешней стороне зубцов (обращённой к линии обстрела). Тридцать две бойницы расположены в помещениях первого этажа, окружающих пороховой склад. Винтовая лестница ведёт на верхний ярус. На вершине форта находится кордегардия, расположенная между кухней и двумя небольшими комнатами, причём всё это пространство защищено амбразурами. Две каменные сторожевые будки (одна из которых расположена с южной стороны и оборудована дырой-убийцей над главным входом) служили для наблюдения. Водосточные желоба отводили дождевую воду с террасы за пределы форта, а с крыши вода собиралась в цистерну, расположенную под сводчатой галереей первого этажа. Архитектура предельно минималистичная — от первоначального амбициозного проекта с четырьмя бастионами пришлось отказаться из-за ненадёжности грунта^[8].

В итоге форт Пате стал скорее демонстрацией военной мощи, чем полноценным оборонительным сооружением.

Форт Пате образует центральный элемент триптиха (в который входят также цитадель Блай и форт Медок), чьи секторы обстрела перекрывают друг друга, блокируя проход кораблей противника. На морской карте инженера Белена (1759 год) указано вооружение форта Пате: 8 пушек 36-фунтового калибра, 10 пушек 24-фунтового калибра и 2 пушки 12-фунтового калибра.

Самые тяжёлые артиллерийские орудия (36-фунтовые), вероятно, размещались на нижней батарее у подножия форта — её следы и в XXI веке виднеются в рельефе местности. Отсюда вёлся прицельный огонь «на потопление» по ватерлинии кораблей противника. Нижнюю батарею прикрывала галерея с 32 бойницами^[7], откуда военнослужащие, которые вели ружейную стрельбу, обеспечивали защиту артиллеристам, обслуживавшим орудия у основания форта.

На верхней террасе применялся «мачтовый огонь»: два полуядра, соединённые цепью, направлялись в рангоут и паруса судна.

Изменения в конструкции амбразур на террасе форта отражают развитие артиллерийских технологий. Тот факт, что бойницы были замурованы, свидетельствует о переходе от оборонительной функции к чисто наблюдательной — теперь здесь оборудован новый боевой ход. Огонь вели из четырёх казематов у подножия форта, вероятно построенных во второй половине XIX века.

В XIX веке, с развитием артиллерии, особенно с увеличением дальнобойности орудий, оборонительная линия сместилась выше по течению эстуария Жиронды.

При проектировании форта Пате планировалось использовать то, что было создано природой, — нестабильную песчаную отмель, сформировавшуюся всего за несколько десятилетий до начала строительства. Подобные процессы возникновения и исчезновения песчаных отмелей наблюдаются в эстуарии Жиронды и в XXI веке, в районе острова Пате.

Для возведения массивных сооружений требовалось создать прочное основание из песка и гравия, а также эффективный метод укрепления грунта. Ещё с античных времён в Блае собирали и хранили экскременты людей и животных. Как и в некоторых современных развивающихся странах, эти отходы, богатые кремнием, алюминием и кальцием, использовались в строительстве^[9]. Кремний действовал как цемент^[9]. Экскременты смешивали с гравием, песком и водой и применяли для изготовления местного стройматериала под названием «мунак» (фр. mounaque) — водостойкого бетона примитивной формы, широко использовавшегося в регионе в тот период^[10]. Современные исследования показали, что при добавлении измельчённого известняка такая смесь по прочности почти не уступает обычному цементу. Предполагается, что кишечные бактерии делали саман более прочным и водостойким — эти свойства оказались особенно ценными при укреплении основания острова Пате для строительства фортификаций.

Когда глиняное основание было укреплено, лишнюю воду убрали с помощью растительности, и остров начал стабилизироваться. Благодаря исключительной плодородности почв здесь запустился положительный процесс: бывшая болотистая почва теперь могла выдерживать более массивные постройки.

Однако, как отметил интендант Базен де Безон во время своего визита в мае 1685 года, вскоре обнаружилось, что остров буквально «размывается», особенно со стороны Медока. Это потребовало принятия мер по укреплению береговой линии. Первые работы начались около 1727 года, и с тех пор процесс усиления и создания новых защитных сооружений продолжался непрерывно.

После работ по укреплению остров прозвали «Островом Фекалий» (фр. Isle Chiabrena) из-за использования в производстве местных кирпичей-«мунаков» экскрементов^[10]. Это нелестное название особенно прижилось среди расквартированных здесь солдат, которые невзлюбили это место службы. Стремясь улучшить репутацию острова, вскоре после завершения строительства королевским указом форт был переименован в Форт Пате (от фр. pâté — паштет). Король Людовик XIV лично предложил это название, заметив, что форма укрепления напоминает его любимый паштет — в те времена паштеты выпекались в толстом тесте (которое, в отличие от современной съедобной слоёной корочки, служило исключительно защитной оболочкой для начинки во время готовки и транспортировки).