Флета, Мигель

Мигель Флета родился 28 декабря 1897 года в городе Альбалате-де-Синка (провинция Уэска, Арагон, Испания). Он обучался вокалу в Мадридской консерватории, после чего дебютировал на оперной сцене в Триесте в 1919 году. Вскоре последовали успешные выступления в Риме, что открыло ему путь на крупнейшие оперные сцены Европы и Америки.

В 1923—1926 годах Флета выступал в миланском театре Ла Скала, а в 1923—1925 годах — в Метрополитен-опера в Нью-Йорке. Однако его сотрудничество с Метрополитен-опера завершилось конфликтом, и последовавшие судебные разбирательства фактически лишили его возможности вновь выступать в США.

В 1926 году по настоянию главного дирижёра Ла Скала Артуро Тосканини Флета стал первым исполнителем партии Калафа в посмертно поставленной последней опере Пуччини «Турандот». Эта сложная драматическая партия стала испытанием для певца, и он больше не возвращался к ней.

Лучшие годы Флета был известен утончённой манерой исполнения и гибкостью своего богатого голоса. Особое восхищение вызывало мастерство бельканто, позволявшее ему создавать впечатляющие эффекты messa di voce и пианиссимо. Однако с течением времени его вокальная манера становилась всё более излишне выразительной, а к концу 1920-х годов голос заметно ослаб, что подтверждают сохранившиеся записи — вибрато стало чрезмерно свободным.

К концу жизни Флета оказался в тяжёлом материальном положении и скончался 29 мая 1938 года в Ла-Корунья. Несмотря на это, он оставил после себя интересное наследие звукозаписей, многие из которых были переизданы на CD^[3].

Оперный дебют Мигеля Флета состоялся в 1919 году в Триесте после обучения в Мадридской консерватории. Быстрый успех в Риме привёл его к дебюту на сцене Ла Скала (1923—1926) и в Метрополитен-опера (1923—1925). В 1926 году он стал первым исполнителем партии Калафа в опере Пуччини «Турандот» по приглашению Артуро Тосканини. Однако из-за трудностей с этой ролью Флета больше не исполнял её.

Его исполнительское мастерство отличалось изяществом, гибкостью и виртуозным владением техникой бельканто, что позволяло ему создавать впечатляющие динамические эффекты. К сожалению, к концу 1920-х годов его голос заметно ухудшился, а стиль исполнения стал чрезмерно экспрессивным, что негативно сказалось на качестве выступлений.