Умный город

Уже в 1990-х годах обсуждается тема эффективного и интегрированного применения информационно-коммуникационных технологий (ИКТ) в городах — Габриэль Дюпюи вводит понятие «информатизация городов»^[1].

Билл Клинтон первый употребил термин «умный город» в 2005 году, выразив мнение, что города уже обладают некоторой «интеллектуальностью», но теперь им предстоит стать устойчивыми^[2].

Не существует универсального определения умного города — их насчитывается уже более ста, как отмечает исследование Международного союза электросвязи (МСЭ)^[3].

Согласно исследованию «Smart cities in Europe», представленному в 2009 году на Central European Conference in Regional Science — CERS, понятие «умный город» применяется как инструмент для объединения факторов современной городской экономики и подчёркивает всё возрастающую роль ИКТ, а также социального и экологического капитала в определении конкурентоспособности городов^[4]. Антуан Пикон резюмирует: «Умный город — это как конкретные процессы трансформации городов, так и ряд идеалов, весьма схожих, но имеющих и важные различия»^[5].

По Рудольфу Гиффингеру, умные города можно классифицировать по шести основным измерениям^[6]: «умная экономика», «умная мобильность», «умная окружающая среда», «умные жители», «умный образ жизни» и «умное управление»^[7]. Эти критерии связаны с теорией региональной конкурентоспособности, транспортной и ИКТ-экономикой, природными ресурсами, человеческим и социальным капиталом, качеством жизни и гражданским участием. «Интеллект» охватывает и энергетику, и умное жильё, и интеллектуальные сети, и экологичную мобильность.

Географ Жан Буино (университет Париж 1 Пантеон-Сорбонна) определяет умный город как такой, который «умеет одновременно привлекать и удерживать высококвалифицированные предприятия и рабочую силу»^[8].

Согласно исследованию Федерации городов Франции, эффективность городских сервисов развивается по трём направлениям: улучшение качества услуг и их доступности, управление экологическим воздействием, переосмысление доступа к ресурсам. Город должен оптимизировать использование инфраструктуры (физический капитал), обеспечивать качество муниципальных услуг (социальный капитал) и реализовывать экологическую политику (экологический капитал), что способствует его привлекательности^[9].

Географ Эммануэль Эвено, президент Ассоциации «Ville Internet», отмечает противоречивость понятия умного города, которое, по его мнению, в 2018 году ещё вызывало много споров. Он указывает, что успех термина во многом обусловлен его экономическим происхождением. По Эвено, три основных аспекта умного города: использование больших данных, модернизация или трансформация городских сервисов, а также политическая воля к участию жителей^[10].

По данным отчёта IHS Technology, к 2025 году в мире будет 88 умных городов (в 2013 году — 21)^[11].

В результате глобального исследования 2017 года^[12], выделяют три этапа эволюции концепции Smart City:

• Первый этап — зарождение и популяризация термина крупными ИТ-компаниями (IBM, Cisco) в 2010-х годах, акцент на крупных городских системах (энергия, вода, транспорт), повышение эффективности, улучшение управленческих решений.
• Второй этап — усиление гражданского участия, критика чрезмерной технологической централизации; внимание переключается на образование, инклюзивность, городское управление; появляются инструменты взаимодействия (открытые данные, интерактивные порталы).
• Третий этап — «волна потребления»: цифровые платформы становятся средой для компаний из Кремниевой долины, изменяя городской ландшафт; цифровая инфраструктура становится базой для масштабирования сервисов, что требует поиска баланса между позитивными и негативными последствиями для местных органов власти.

Европейский союз (ЕС) разрабатывает стратегию устойчивого урбанистического роста (цифровая программа ЕС^[13]). В 2010 году уделяется внимание развитию ИКТ для улучшения государственных услуг и качества жизни.

По оценкам ООН (2019), к 2030 году две трети населения будет жить в городах; концепция умных городов призвана отвечать на вызовы быстрой урбанизации^[14].

Поскольку на долю городов приходится около 2/3 выбросов парниковых газов, умный город должен устраивать меры по смягчению последствий климатических изменений, снижать углеродный след, внедрять решения для эффективного управления энергоресурсами: терморегулирование зданий, мобильность, хранение энергии. Инструменты мониторинга и управления позволяют отвечать на потребности жителей и бизнеса^[15].

Контроль над данными — один из ключевых вызовов умных городов. Данные поступают с датчиков, устройств и приложений городов. По словам Антуана Курмона (Sciences Po), пандемия и гражданские протесты усилили стремление к публичному контролю за данными: данные становятся инструментом городского управления и политики^[16].

Анонимизированные открытые данные позволяют выйти за пределы контроля GAFAM, обеспечив доступ любым разработчикам городских сервисов и возможность для муниципалитетов добиваться равноценного обмена данными с частными компаниями^[17][18][19].

Концепция умного города реализуема только при участии горожан в управлении и их владении технологиями^[14]. Умный город способен оперативно реагировать на запросы жителей, а новые сервисы в первую очередь доступны тем социальным категориям, которые готовы их осваивать.

Жан-Франсуа Барсум (IBM) подчёркивает, что гражданское участие необходимо для легитимности умных городов^[20]. Ключевые проблемы — доступность персональных данных для граждан и участие в принятии решений через цифровые инструменты. Некоторые города, например Монреаль, открыли порталы открытых данных, проводят электронные консультации и внедряют бюджеты участия.

По Ж.-Б. Оби, умный город — это «правовой вызов»^[21]. Масштабное внедрение ИКТ, цифровизация транспорта и энергии требует изменений в городском праве, особенно по вопросам приватности, инноваций, публичных контрактов, интеграции автономного транспорта и разнородных акторов^[21].

Рынок умных городов рос быстрыми темпами за счёт стремления к снижению энергопотребления и оптимизации ресурсов. По оценке Grand View Research (2016), объём рынка достигнет 1,4 трлн долларов к 2020 году и 3,3 трлн — к 2025 году^[22].

Компании IBM, EDF, Veolia предлагают муниципалитетам аппаратные/программные решения для управления инфраструктурой, интеллектуальные энергетические сети и цифровые сервисы для управления водопроводом, энергопотреблением и вывозом отходов^[23].

Однако, согласно City Monitor (2021), рынок становится более локализованным: к 2020 году только 34 города внедрили централизованный диспетчерский пункт умного города (максимум — 77 городов в 2018)^[24], и крупные игроки (например Cisco) сокращают активность, уступая место нишевым компаниям^[25].

По историку Жан-Люк Пиноль, город — это сложное явление, где соединяются экономика, политика, культура, технологии, воображение, и подход только с одной стороны неэффективен^[26][27]. Антуан Пикон предостерегает от кибернетического («сверху вниз») подхода: управление городом лишь с помощью данных противоречит самой сущности города^[5]; концепция умного города используется в соревновании мегаполисов за статус «города мира», но часто приводит лишь к технологическому единообразию^[19].

Философ Бернар Стиглер считает, что умный город в западной трактовке нежизнеспособен и предлагает говорить об «урбанистическом и коллективном интеллекте», где цифровые инструменты лишь поддерживают, а не заменяют решения граждан^[28].

Главные риски: игнорирование альтернатив развития, недооценка побочных последствий внедрения технологических сетей^[29], навязывание готовых решений без учёта местных особенностей^[30].

Критика неолиберальных моделей: если развитие города ориентировано лишь на экономику, долгосрочная стратегия может оказаться неэффективной^[29].

Критики указывают на риски, связанные с обработкой городских данных: Патрик Тюрмель, Стефан Рош, Доминик Клише (Университет Лаваля, Канада) отмечают, что аутсорсинг сервисов ведёт к передаче частным компаниям ценных данных о жителях без их согласия^[31]. Организаторы Big Brother Awards называют это серьёзной угрозой для частной жизни^[32].

Проблемы есть и в области кибербезопасности — многие города не уделяют должного внимания защите оборудования и сетей, делая их лёгкой мишенью для атак^[33].

По мнению Валери Пежо (член CNIL, глава ассоциации Vecam), умный город может усугублять неравенство, создавая «город на разных скоростях»^[34]. Для преодоления цифрового разрыва необходима политика обучения горожан, особенно представителей социально уязвимых групп. Без публичного регулирования возникает риск потери контроля городом и гражданами над сервисами и данными. Растёт зависимость от платформ (Uber, Airbnb и др.), частные компании получают влияние на формирование сервисов^[35].

С технической точки зрения, умный город — это сеть инфраструктур и сервисов, объединённых датчиками и управляемых программным обеспечением. Все данные передаются в реальном времени, позволяя эффективное распределение ресурсов, снижение затрат и повышение операционной эффективности^[36].

Беспроводная сенсорная сеть — ключевая технология для сбора различных параметров среды и управления городскими сервисами^[37]. Датчики позволяют жителям отслеживать загрязнение воздуха, получать оповещения о превышении уровня радиации, а власти — оптимизировать полив, освещение, обнаруживать утечки воды, автоматически организовывать сбор мусора^[38].

Системы уличного освещения, паркинга и дорожного движения регулируются в реальном времени, экономя ресурсы и снижая заторы^[39][40].

Автономные транспортные средства, искусственный интеллект для управления скоростью и сигналами становятся ключевыми элементами будущей городской среды^[41].