Три музыканта (Веласкес)

«Три музыканта» - одна из самых первых работ Веласкеса, относящаяся к севильскому периоду его творчества. Это одна из примерно десяти картин в стиле бодегон, которые Веласкес написал до 1622 года, когда жил в Севилье. Сюжет картины схож с сюжетом другой его работы - «Завтрак».

В этом периоде творчества особенно раскрылась точность художника при работе со светом и цветом, способность выразительно изображать и людей, и предметы, при этом сохраняя драматичность сюжета. Веласкес отошёл от религиозной тематики в пользу низкой, и сделал это некой особенностью своего стиля. Он объяснял это тем, что скорее будет первым в грубом жанре, чем вторым в изящном^[3].

Черты самого молодого парня действительно напоминают черты персонажей на других полотнах, относящихся к раннему периоду творчества Веласкеса, хотя на данной картине его изображение усложнено за счёт нанесения цветов. Лицо словно вылеплено шпателем и оживлено только в той части, которая интенсивно освещена лёгкими мазками белого цвета. Именно этот персонаж обращается к зрителю, словно приглашая его присоединиться к весёлой группе музыкантов.

Нет никаких доказательств того, что этот музыкант — тот самый «деревенщина», с которым, как утверждал Франсиско Пачеко, «сошёлся» Веласкес на этапе своего ученичества и который служил ему образцом для подражания, но и нет ничего, что могло бы это опровергнуть.

Исследования работ Веласкеса в ХIХ веке привели к написанию монографии искусствоведом Аурелиано де Беруэте, которая была опубликована в 1898 году. Там он отмечал, что центральный персонаж картины выражает эмоции сожаления, которые подчёркивает его чёрный костюм, и позже это подтвердилось после рентгеновских снимков, где было видно, что ранее костюм был серого цвета, но затем Веласкес его перекрасил.

Другое рентгенографическое исследование указало на то, что на картине «Мужская голова в профиль», находящейся в Эрмитаже, ранее нарисована ещё одна голова, схожая с центральным героем картины «Три музыканта»^[4].

Картина относится к жанру, который Пачеко описывал «нелепыми фигурами с множеством уродливых образов, вызывающих смех»^[5]. Двое мужчин с музыкальными инструментами поют, в то время как третий, самый молодой из них, с виолончелью под мышкой и бокалом вина в руке, привлекает внимание зрителей своей насмешливой улыбкой, давая понять, что именно вино вдохновляет музыкантов. Обезьяна за его спиной с грушей в руке подчёркивает гротескный характер сцены. Само название бодегон, которое дал Пачеко этому типу жанровых картин, связано с названием севильских таверн, вероятным местом действия этих музыкантов. На это указывает присутствие перед ними стола с буханкой хлеба на салфетке, бокал вина, сыр и нож. Рисуя эти предметы, Веласкес изучал различные текстуры и техники. Интенсивный свет, падающий слева, вызывает эффект светотени.

Интересной особенностью «Трёх музыкантов» является разнообразие поднимаемых вопросов, например, является ли эта картина жанровой репрезентацией, или за кажущейся повседневной сценой скрываются смысловые слои, которые могут превратить картину в аллегорию, придавая ей иную интерпретацию^[6].

Джонатан Браун^[7], американский искусствовед и специалист по творчеству Диего Веласкеса, поставил под сомнение то, что для многих ранее было очевидным — влияние Караваджо при выборе обыденных тем и персонажей. В те времена в Севилье сложно было найти оригинальные работы итальянского художника. В связи с этим возникла теория о фламандском влиянии, которое проявилось в изображении персонажей и предметов, или итальянском влиянии благодаря коллекциям картин, находящихся в Севилье, например, у герцога Фернандо Афан де Рибера-и-Тельес-Хирон, хотя его коллекция неаполитанской живописи прибыла в Севилью не ранее 1632 года. Герцог, владелец нескольких картин Веласкеса в стиле бодегон, действительно являлся обладателем некой картиной в жанре, называемом в Италии «pittura ridicola», но непосредственно связанной скорее с Винченцо Кампи, чем с Караваджо^[8].

В любом случае сатирическая живопись была типичным жанром живописи в Италии и Нидерландах, в Испании одной из первых работ в данном стиле была работа скромного художника по имени Хуан Эстебан, датированная 1606 годом^[9].

Знакомство Веласкеса с работами Караваджо, даже косвенное и посредством картин этого жанра или его последователей, было особенно заметно в «Трёх музыкантах», где прослеживается влияние работы Караваджо «Шулеры» (Художественный музей Кимбелла), написанного примерно в 1594 году^[10].

Некоторые эксперты, опираясь в качестве доказательства на позу и одежду музыканта справа, отмечают также влияние Луиса Тристана, который путешествовал по Италии и изучал технику светотени^[11].

Веласкес, разумеется, мог знать о Караваджо и о его технике рисования с натуры, и использовать эти знания как стимул для создания собственных произведений. Тем не менее, помимо формальных сходств, в произведениях Веласкеса заметна явная независимость художника, и искусствоведы не видят прямой связи между их творчеством^[12].

Питер Черри, один из ведущих экспертов по творчеству Веласкеса и его школы, профессор истории искусств Дублинского университета, вспомнил в контексте этой картины работу Эль Греко «Басня» из-за присутствия на обеих обезьяны, «животного, связанного с пороком». Это наталкивает на мысль о морализаторстве, поскольку персонажи с низким социальным статусом изображены в гротескной форме и будто высмеяны за свои пороки. Однако сам Черри, не находя доказательств своей теории, отмечает, что, вероятнее всего, цель этих картин «заключалась только в том, чтобы передать атмосферу вакхического ликования, соответствующую атмосфере таверны»^[13].

Франсиско Пачеко ссылался на этот жанр картин как на развлекательные работы, предназначенные исключительно для того, чтобы насмешить зрителя^[14].

В целом, в творчестве Веласкеса начинает прослеживаться типичная черта для последующих работ в том числе: он умело находит неординарное в самом обыденном, переосмысливает на свой манер различные тематики, стремился к правдивости и реалистичности, избегая пафоса^[15].