Трепашкин, Михаил Иванович

Родился 7 апреля 1957 года в деревне Мальково, Горбовского сельсовета, Лиозненского района, Витебской области, Белоруссия. После окончания Добромысленской средней школы, в 1974 году поступил на 2-й курс режиссёрского отделения ВКПУ (город Витебск).

В 1975—1978 проходил срочную службу в ВМФ СССР на многоцелевой атомной подводной лодке К-462 (проект 671) 3 дивизии 1 флотилии Северного флота. В 1975 году прошёл обучение в 506 УКОПП (Учебный Краснознамённый отряд подводного плавания) имени С. М. Кирова дважды Краснознамённого Балтийского флота по специальности «гидроакустик» (город Ленинград) и курсы подготовки при ВВМУРЭ им. Попова. В 1977 году окончил отделение журналистики при политотделе 1 флотилии Краснознаменного Северного флота, являлся внештатным корреспондентом газеты «Подводник Заполярья». Участник дальних походов, а также военно-морских учений "Крым-76", «Север-77» и «Щука-77».

С июня 1978 г. по июнь 1979 г. — монтажник связи-кабельщик ССМУ-2 треста «Белсвязьстрой» (город Витебск).

С 1979 года — в органах госбезопасности. В 1980 году участвовал в обеспечении безопасности Олимпийских игр в Москве.

В 1984 году окончил с отличием следственный факультет Высшей школы КГБ СССР им. Ф. Э. Дзержинского и был направлен в Следственный отдел КГБ СССР в Лефортово. Расследовал дела контрабандистов, нелегально переправлявших старинные иконы и антиквариат за границу, а также дела по организованной преступности и получившие широкий общественный резонанс.

В 1982 году окончил Университет лекторов при МГК КПСС.

После расформирования в декабре 1993 года следственного аппарата в органах госбезопасности участвовал в разработках террористических группировок. В этот период награждён боевыми правительственными наградами, в частности, медалями «За отличие в воинской службе I степени», «За отвагу».

В июне 1994 года за пресечение диверсионно-террористической деятельности группы лиц, совершавших подрывы в Баку и на Юге России досрочно присвоено очередное звание «подполковник юстиции».

В феврале 1996 года директор ФСБ Михаил Барсуков приказом объявил о его неполном служебном соответствии, но позднее Московский гарнизонный суд признал этот приказ незаконным. Согласно Екатерине Заподинской, Трепашкин был наказан за проведение несанкционированной операции против одной из чеченских банд, намеревавшейся устроить крупную вооруженную акцию в Москве в связи с годовщиной событий в Грозном.

В мае 1997 года его уволили из ФСБ по сокращению штатов. Ситуация по причинам увольнения отражена в публикациях: «Борца с чеченским бандитизмом заставили уволиться из ФСБ» (газета «Коммерсантъ», № 61 от 08.04.1998 года, статья Е. Заподинской), «Генштаб помогал дудаевской мафии» (газета «Комсомольская правда», 13.05.1997 г., Москва, статья В. Сокирко), «Приказано молчать» («Литературная газета», 25 ноября 1998 года, статья И. Андреева), «Вожди-пистолеты» («Новая газета», 24 мая 2004 года, статья Р. Шлейнова) и др. В июле 1997 года Трепашкин получил удостоверение пенсионера ФСБ РФ и ветерана.

С января 1998 года по сентябрь 2000 года служил в органах Федеральной службы налоговой полиции (ФСНП) России. Полковник налоговой полиции.

Михаил Трепашкин стал широко известен после того, как 17 ноября 1998 года принял участие в пресс-конференции, на которой бывший сотрудник ФСБ Александр Литвиненко и его коллеги заявили, что по приказу руководства ФСБ должны были организовать убийство Бориса Березовского. После пресс-конференции Трепашкина вынудили уволиться из следственного отдела управления федеральной службы налоговой полиции по Московской области, и он стал адвокатом^[3].

По словам Трепашкина, с Литвиненко его сблизила «несправедливость со стороны родного чекистского ведомства». После того как Литвиненко эмигрировал в Великобританию, Трепашкин продолжал общаться с ним по телефону и давать юридические консультации.

Трепашкин был помощником Бориса Березовского, когда тот был депутатом Госдумы.

Согласно Екатерине Заподинской, телефонные разговоры с Литвиненко стали поводом для обыска 22 января 2002 года в его квартире. Заподинская ссылается на постановление Главной военной прокуратуры РФ, где целью обыска названы «предметы и документы, указывающие о местонахождении находящегося в розыске Литвиненко». Следователи обнаружили копии материалов ФСБ, КГБ, ФСК и Министерства безопасности, которые прокуратура посчитала секретными. Согласно прокуратуре, следователи нашли около 20 незарегистрированных патронов. Главная военная прокуратура возбудила уголовное дело по обвинению в незаконном хранении патронов и разглашении государственной тайны. Трепашкин обвинялся в том, что будучи сотрудником КГБ и ФСБ, он копировал и незаконно хранил дома служебные документы, многие из которых были секретными^[4].

Две сестры, мать которых погибла в одном из взорванных домов, обратились к Михаилу Трепашкину для защиты в суде над Ю. Крымшамхаловым и А. Деккушевым, обвинёнными в осуществлении взрывов жилых домов в Москве и Волгодонске. По утверждению Трепашкина, готовясь к процессу, он обнаружил фоторобот неизвестного подозреваемого, чьё описание было изъято из досье. Этот человек, согласно имярек, оказался одним из его бывших коллег по ФСБ. По словам г-на Трепашкина, он также нашёл свидетеля, который подтвердил, что показания были искажены, чтобы увести следствие от обвинения ФСБ. Трепашкин утверждал, что так и не смог рассказать о своих находках на суде, но успел сообщить о своём расследовании одному из московских журналистов^[5].

Трепашкин расследовал письмо, чьё авторство Александр Литвиненко приписывал Ачемезу Гочияеву, подозреваемому в организации взрывов жилых домов в Москве. По утверждению Трепашкина, он обнаружил, что под инициалом «К.» предполагаемого заместителя Гочияева, который организовал завоз мешков, может иметься в виду заместитель генерального директора Капстрой-2000, «некий Кормишин из города Вязьма».

22 октября 2003, за неделю до начала судебных слушаний, Михаил Трепашкин был задержан инспекторами ДПС на контрольном посту милиции на 47-м километре Дмитровского шоссе. Согласно прокуратуре, при обыске его машины был обнаружен незарегистрированный пистолет, но это сведение было успешно оспорено в суде. Прокуратурой Дмитрова было возбуждено ещё одно уголовное дело по обвинению в незаконном приобретении и хранении оружия. С санкции Дмитровского городского суда Трепашкин был заключён под стражу.

Суд отказался заслушать свидетельницу Марию Вратских, утверждавшую, что она видела, как вызванный сантехник заходил в домашний кабинет Трепашкина. По утверждению М. Трепашкина, в те дни, когда он находился под стражей, Мария Вратских была обнаружена мёртвой.

19 мая 2004 года Московский окружной военный суд приговорил Трепашкина к 4 годам лишения свободы за разглашение государственной тайны и незаконное хранение патронов^[6]. Адвокатами была подана кассационная жалоба. 13 сентября 2004 года Военная коллегия Верховного суда оставила приговор в силе^[7].

15 апреля 2005 года Дмитровский городской суд добавил Трепашкину 1 год лишения свободы за незаконное хранение оружия. 1 июля 2005 Московский областной суд отменил этот приговор. Однако основной приговор (за разглашение государственной тайны и незаконное хранение патронов) остался в силе^[3].

30 августа 2005 года г-н Трепашкин был условно-досрочно освобождён, однако прокуратура Нижнего Тагила, где он отбывал наказание, опротестовала это судебное решение уже после того, как прошло 10 суток и Трепашкин находился дома в Москве. Поводом для отмены являлось письмо Главного военного прокурора Савенкова А. Н. о том, что Трепашкина как «адвоката Березовского» необходимо содержать в колонии. 16 сентября 2005 года Свердловский областной суд удовлетворил кассационное представление прокуратуры Нижнего Тагила и отменил постановление об условно-досрочном освобождении Трепашкина^[4].

24 ноября 2005 года Тагилстроевский суд Нижнего Тагила отказал в удовлетворении заявления г-на Трепашкина об условно-досрочном освобождении и оставил его в колонии-поселении. Адвокаты обжаловали это постановление. 15 марта 2006 года Свердловский областной суд оставил его в силе^[8].

3 апреля 2006 Михаил Трепашкин объявил о начале бессрочной голодовки протеста. Он заявил, что голодовка будет закончена, если будут выполнены следующие требования: его немедленное освобождение от незаконного содержания под стражей, предоставление полноценного лечения в гражданской больнице, соответствующей профилю его заболевания, а также создание международной медицинской комиссии для решения вопроса о возможности его дальнейшего отбывания наказания по состоянию здоровья^[9]. Решение о голодовке Трепашкин принял после ряда, с его точки зрения, грубых нарушений уголовно-процессуального законодательства судебной коллегии Свердловского областного суда. Его адвокат Сергей Кузнецов заявил, что все эти факты явно свидетельствуют о заказном характере «Дела Трепашкина», и что это дело сфабриковано по политическим мотивам Главной военной прокуратурой РФ.

Находясь в местах лишения свободы в Нижнем Тагиле, Михаил Трепашкин и правозащитник Сергей Кузнецов создали сайт «Трепашкин говорит.. Красная утка», где описывали условия пребывания осуждённых в исправительной колонии № 13 ГУ ФСИН России по Свердловской области.

30 ноября 2007 вышел на свободу^[10].

Дело Михаила Трепашкина освещалось западной прессой и вызвало международную кампанию в его защиту. Михаил Трепашкин — один из главных героев документального фильма Андрея Некрасова «Недоверие».

19 апреля 2007 года Парламентская Ассамблея Совета Европы приняла резолюцию, касающуюся «довольно неясных либо чрезмерно широких» законов об официальных секретах. В резолюции ассамблея обнаружила явные признаки неуважения к принципам честного суда в серии шпионских дел в России. Ассамблея призвала к немедленному освобождению учёных Игоря Сутягина, Валентина Данилова, а также бывшего сотрудника КГБ Михаила Трепашкина^[11].

В своём отчёте комитет по законодательству и правам человека Совета Европы высказал опасения, что законы о государственных секретах во многих странах-членах Совета Европы довольно размытые и могут быть истолкованы, чтобы затронуть широкий диапазон легальных занятий журналистов, учёных, адвокатов или других защитников прав человека. Комитет предложил, чтобы следующие виды информации никогда не подлежали пересмотру в качестве государственного секрета:

• Информация в общественном достоянии.
• Информация, совместно используемая в международном научном сотрудничестве.
• Информация бьющих тревогу при раскрытии коррупции или нарушений прав человека^[12].

Михаил Трепашкин продолжает заниматься адвокатской и правозащитной деятельностью, участвует в правозащитных и оппозиционных митингах. В марте 2010 г. он подписал обращение российской оппозиции «Путин должен уйти». Трепашкин имеет действующий статус адвоката (регистрационный номер 77/5012 в реестре адвокатов города Москвы)^[2].

В 2011 году прошел кратковременное повышение квалификации в федеральном государственном образовательном бюджетном учреждении высшего профессионального образования «Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации» (удостоверение рег.№ 06.01д3/2097-д).

8 мая 2013 года создана коллегия адвокатов «Трепашкин и партнёры»^[13].

12 ноября 2012 года аттестационным комитетом Восточно-Европейского отделения Международной академии наук Сан-Марино (L’Accademia Internazionale delle Scienze San-Marino) присуждена ученая степень "Кандидат юридических наук" (диплом DD № 001208). 3 марта 2014 года присуждена ученая степень доктора юридических наук.

4 марта 2017 года избран профессором Академии военных наук (АВН) Российской Федерации.

7 апреля 2017 года присвоено звание «Ветеран труда».

Возглавлял коллегию адвокатов "Трепашкин и Партнеры"^[14].

В марте—апреле 2008 года Замоскворецкий районный суд города Москвы рассматривал иск Михаила Трепашкина против Федеральной службы исполнения наказаний и начальника её пресс-службы Александра Сидорова. Согласно агентству «Новости», г-н Сидоров связал статью обвинения с изменой Родине^[15]. Представитель г-на Сидорова в суде заявил о непричастности своего клиента и об искажении его высказывания агентством «Новости».

В 2008—2010 годы Трепашкин занимался защитой Юлии Приведённой, активистки объединения «Ф. А. К. Э. Л.-П. О. Р. Т. О. С.», которую власти обвиняли в создании незаконного вооруженного формирования, а затем решили поместить в стационар для психиатрического обследования.

В 2008-2010 гг. Трепашкин занимался защитой Григория Грабового, создателя нового религиозного движения «Учения о всеобщем спасении и гармоничном развитии» и основателя «партии ДРУГГ», которого обвиняли в мошенничестве.

В 2008-2010 гг. Трепашкин занимался защитой  Владимира Белашева, которого обвиняли в террористической деятельности в составе запрещённой организации «Реввоенсовет» (создана главным редактором газеты «Молодой коммунист» Игорем Губкиным, который в 2002 году был приговорен Мосгорсудом к десяти годам шести месяцам заключения). Европейский суд по правам человека вынес решение о нарушении судом России ст.6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ходе судебного разбирательства. При повторном рассмотрении уголовного дела в Мосгорсуде В.Белашев был освобожден из-под стражи и освобожден от дальнейшего наказания.

В 2009 году Трепашкин занимался защитой активиста движения «АнтиФа» Алексея Олесинова, обвинявшегося в хулиганстве и причинении тяжких телесных повреждений.

• Медаль «За отвагу» (8 декабря 1995 года)
• Медаль «За отличие в воинской службе» I степени
• Медаль «За безупречную службу» I, II и III степеней.

• Юбилейная медаль «60 лет Вооружённых Сил СССР»;
• Юбилейная медаль «70 лет Вооружённых Сил СССР»;
• Медаль «В память 250-летия Ленинграда»;
• Юбилейная медаль «300 лет Российскому флоту»»;
• Медаль «В память 25-летия окончания боевых действий в Афганистане».

• Медаль «За офицерскую честь» («Офицеры России») 1 ноября 2013 года;
• Медаль ордена «Сила России» в ознаменование 100-летия военно-воздушных сил «100 лет ВВС» 10 августа 2012 года;
• Медаль «Спецназ России»;
• Медаль «Спецназ ВМФ»;
• Медаль «Благотворительность России. За активное участие» 9 апреля 2013 года;
• Медаль «Юридическая служба. За заслуги» 23 февраля 2013 года;
• Медаль «125 лет водолазной службе России»;
• Медаль «130 лет водолазной службе России».

• Председателя КГБ СССР (приказ от 7 августа 1980 года);
• КГБ СССР (приказ от 20 июля 1984 года)