Мазерати, Тони

Мазерати отправился работать в Нью-Йорк в студию Sigma Sound Studios, где был ассистентом Гленна Розенштейна. Розенштейн познакомил его с группой Full Force, которая помогла Мазерати научиться аранжировке и сведению^[3]. В Sigma Sound он работал с Уитни Хьюстон и Джеймсом Брауном^[4] и смог свести свою первую песню — «Naughty Girls (Need Love Too)» Саманты Фокс. Он приписывает большую часть своего музыкального звучания работе в Беркли и влиянию Full Force^[3].

В 1989 году Мазерати стал независимым специалистом, сосредоточившись на сведении, что выделяло его в то время, так как большинство звукоинженеров занимались продюсированием. Во время работы в Sigma Sound Мазерати подружился с менеджерами студий по всему городу и связывался с ними, запрашивая работу в жанрах R&B и хип-хоп. Хотя большинство микшеров работали с роком, Мазерати утверждает, что сосредоточился на R&B и хип-хопе, потому что это «было единственным местом, где происходили инновации»^[3].

Мазерати познакомился с Пафф Дэдди в начале 1990-х через продюсера Деванте Свинга. Пафф Дэдди привёл Мазерати в Bad Boy Records, и, по словам Мазерати, Пафф Дэдди «загрузил его работой» на следующие шесть лет^[3]. В результате Мазерати работал со всеми крупными нью-йоркскими R&B и хип-хоп артистами 1990-х годов, включая сведение альбомов для Басты Раймса, Мэри Джей Блайдж, The Notorious B.I.G., Фейт Эванс и Куин Латифа^[3]. Мазерати считает эти годы временем активного сотрудничества; он позволял различным артистам работать с его аналоговым оборудованием, чтобы помочь создать желаемое звучание^[3]. По данным журнала Mix, Мазерати обеспечил определяющее звучание нью-йоркского хип-хопа в виде тяжёлых басовых линий, одновременно обеспечивая высокую точность звука на другом конце спектра. Согласно Sound on Sound, результатом стал «огромный низ и гладкий, бархатистый верх»^[4], что журнал Mix назвал «сортиром снизу, пентхаусом сверху».

Успех нью-йоркского R&B и хип-хоп звучания сделал Мазерати широко известным и признанным микшером. Он получил свои первые четыре номинации на премию «Грэмми» в 2003 году: две номинации за участие в песнях «Crazy in Love» Бейонсе при участии Jay-Z и «Where Is the Love?» группы The Black Eyed Peas при участии Джастина Тимберлейка; обе претендовали на звание «Запись года». Он также был номинирован за свою работу в категории «Лучший инжиниринг альбома, неклассического» за альбом The Black Eyed Peas Elephunk^[2]. В том же году он выиграл награду «Лучший R&B-альбом» за диск Бейонсе Dangerously in Love. В следующем году он снова был номинирован в категории «Альбом года» за диск Ашера Confessions.

В этот период Мазерати работал в основном с аналоговыми консолями, а не с цифровыми инструментами. Это требовало огромного пространства и специализированного оборудования. Чтобы разместить всё это, Мазерати построил собственную студию Una Volta в амбаре на севере штата Нью-Йорк^[5]. В 2008 году он начал работать со своим давним соратником Джейсоном Мразом над альбомом We Sing. We Dance. We Steal Things., за который Мазерати был номинирован на «Грэмми» в категории «Лучший инжиниринг альбома, неклассического»^[6].

Хотя его амбар на севере штата обеспечивал необходимое пространство для оборудования, Мазерати не нравилось находиться так далеко от города и тесного сотрудничества в студиях. Примерно в то же время музыкальная сцена перемещалась из Нью-Йорка на Западное побережье^[5]. В 2010 году Мазерати переехал в Лос-Анджелес, где смог получить большие площади, оставаясь в черте города. Однако он оставил большую часть своего громоздкого аналогового оборудования в Нью-Йорке, что подтолкнуло его к более широкому использованию цифрового оборудования для сведения и автоматизации^[5].

В 2011 году Мазерати и автор песен Стефан Скарбек стали соучредителями компании Mirrorball Entertainment, LLC в Северном Голливуде. Мазерати работал с дизайнером студий и акустиком Мартином Пилчнером над созданием модульных студий, в которых каждую комнату можно было перепроектировать в соответствии с конкретными потребностями производственной команды, арендующей пространство. Мазерати и Скарбек предлагали свои продюсерские услуги в этом пространстве, позволяя создавать, публиковать и записывать целые альбомы на месте. Интегрированный подход заключался в том, что Мазерати непосредственно сводил основные треки и курировал остальные треки, которые сводили его ассистенты и ученики. Мазерати является клиентом Pulse Recording^[7].