Счастливая рука

После своих ранних произведений в духе Брамса и Вагнера, Шёнберг расширил тональность в своём Струнном квартете № 2, Op. 10 (1907–08) и отказался от ключевых знаков в «Книге висячих садов», Op. 15 (1908–09). В «Учении о гармонии» (1910) он обсуждал то, что позже назвал «эмансипацией диссонанса», пробуя это в ряде атональных, экспрессионистских произведений:

• Три пьесы для фортепиано, Op. 11 (февраль–август 1909)^[5]
• Пять пьес для оркестра, Op. 16 (май–август 1909)
• «Счастливая рука», Op. 18 (июнь 1909 – ноябрь 1913)
• «Ожидание», Op. 17 (август–сентябрь 1909)
• Шесть маленьких пьес для фортепиано, Op. 19 (февраль–июнь 1911)
• «Побеги сердца», Op. 20 (декабрь 1911)
• «Лунный Пьеро», Op. 21 (март–июль 1912)

Написанная в течение каждого года этого всплеска и завершённая в его конце^[6], «Счастливая рука» охватывает фазу, когда Шёнберг искал новые композиционные средства. Он сочинял ранние разделы спонтанно, как в «Ожидании», используя метод, близкий к потоку сознания. Поздние разделы он тщательно эскизировал.

Работа с монолог-артистами в кабаре Überbrettl (1901–02), возможно, повлияла на его использование нем. Sprechstimme (наполовину речь, наполовину пение), в том числе в «Счастливой руке». В опере он использовал насмешливый смех, часто с небольшим закулисным духовым оркестром. Вальсообразные пассажи, часто с участием скрипки, подобны лейтмотивам для Женщины.

Как и «Ожидание», «Пьеро» и части «Моисея и Арона», «Счастливую руку» можно считать сноподобной монодрамой. Но она должна быть более абстрактной и сюрреалистичной, чем сон, писал Шёнберг своему издателю Эмилю Герцке. При написании оперы Шёнберг, возможно, использовал цветовую символику и нумерологию из популярных сонников.

В «Счастливой руке» сновидец (Мужчина) является ремесленником. Он выковывает диадему одним ударом молота (на аккорд из двенадцати тонов), что напоминает сцену ковки из оперы Вагнера «Зигфрид». Затем его охватывают эмоции в ошеломляющей буре света («цветовое крещендо»), эпизод, перекликающийся с романом Томаса Манна «Доктор Фаустус».

Трагическая любовь, повторяющаяся в творчестве Шёнберга, стала личной в 1908 году. Его жена Матильда ушла от него к художнику Рихарду Герстлю. Герстль покончил с собой, и Шёнберг, возможно, также думал о самоубийстве, перерабатывая эту психологическую травму в «Счастливой руке».

Матильда выполняла некоторую канцелярскую работу для оперы^[7]. После её смерти в 1923 году Шёнберг женился на Гертруде Колиш. Она сделала схему «цветового крещендо» «Счастливой руки» в 1930 году^[8].

Шёнберг создавал портреты, абстрактные исследования и сценические проекты, в том числе для «Счастливой руки». В картине «Союз (Руки)» (1910) он нарисовал две зеркальные формы в неразрывном союзе^[9]. Выставка его работ в 1910 году^[10] сопровождалась групповыми показами с Василием Кандинским и другими.

Идеи Шёнберга о музыке и цвете исходили из сонников, немецких романтиков и общения с музыкантами. Эскизы предполагают, что Шёнберг использовал популярную цветовую символику сонников в «Счастливой руке». В сцене 3 «цветовое крещендо» синхронизирует экспрессионистскую музыку, психодраму и красочное освещение^[8][11][12].

Творчество Шёнберга исследует сизифову тоску. Скупое, аллегорическое либретто и подробные сценические ремарки подчёркивают невыразимость, реализуемую через стилизованный жест, освещение и диссонантную музыку^[13].

• Мужчина (нем. Ein Mann), баритон
• Женщина (нем. Ein Weib), без слов
• Господин (нем. Ein Herr), без слов
• Хор, нем. Sprechstimme

6 женщин; 3 сопрано, 3 альта 6 мужчин; 3 тенора, 3 баса

Драма происходит в одном акте, состоящем из четырёх картин. Она длится около двадцати минут. Постановка «Счастливой руки» сложна из-за множества сценических эффектов, которые должны сочетаться с использованием цветного освещения.

Драма представляет собой неизбежный цикл человеческих страданий, поскольку она начинается и заканчивается тем, что мужской персонаж борется с монстром на своей спине. Мужчина поёт о своей любви к молодой женщине (мим), но она оставляет его ради хорошо одетого господина (мим). В конце концов, когда она возвращается, он прощает её, и его счастье возвращается. Снова женщина отступает. Позже женщину видят с господином, и солист умоляет её остаться с ним, но она убегает и пинает в него камень. Этот камень превращается в монстра, который изначально был на спине мужчины. Таким образом, драма заканчивается там же, где и началась.