Солимано

Либретто оперы написал Джованни Амброджо Мильавакка. Это было его первое либретто, написанное после того, как в 1752 году по рекомендации Метастазио он был назначен придворным поэтом при дворе саксонских курфюрстов.

Сюжет вращается вокруг исторической личности Сулеймана I «Великолепного» (по-итальянски: Солимано).

После победоносного похода против Персии принц Селим возвращается в лагерь вместе с пленёнными персидскими принцессами Нарсеей и Эмирой, в которых влюбляются он сам и его брат Осмин. Однако великий визирь Рустем убеждает султана Солимана, что Селим замышляет измену и хочет захватить власть. Принца заключают в тюрьму, несмотря на попытки доказать его невиновность. Позже Рустем подделывает письмо, якобы подтверждающее союз Селима с врагом, и султан приговаривает сына к смерти. Но вскоре выясняется, что обвинения были частью интриги Рустема и султанши, желавших передать власть Осмину. Осмин признаётся в подлоге, солдаты поднимают восстание в поддержку Селима, а Акоматес освобождает его из тюрьмы. В финале Селим мирится с отцом, Рустем лишается должности, а обе влюблённые пары — Селим и Нарсея, Осмин и Эмира — счастливо воссоединяются.

Великолепная, привлёкшая большое внимание премьера состоялась 5 февраля 1753 года в дрезденском придворном театре Цвингера. При этом отдельные роли были распределены следующим образом:

• Анджело Амореволи (Солимано)
• Анджело Мария Монтичелли (Селимо)
• Тереза Альбуцци-Тодескини (Нарсея)
• Бартоломмео Путтини (Осмино)
• Катерина Пилайя (Эмира)
• Джузеппе Белли (Акомате)
• Паскуале Брусколини (Никандро)
• Антон Фюрих (Рустено)

Постановка во многом установила стандарты, но и немало обременила государственную казну. Тем не менее, после премьеры состоялось ещё двенадцать представлений (по понедельникам, средам и пятницам), которые, очевидно, все были более чем распроданы. По словам Фюрстенау^[1], «дамы от двора» даже на двенадцатом представлении «нанимали швейцарских гвардейцев, чтобы те занимали места до их прибытия, чем городские дамы были немало возмущены»^[2].

За сценографию и оформление отвечал знаменитый Джузеппе Галли да Бибьена, который вообще славился помпезными постановками. Очевидно, для «Солимано» он смог развернуться в полную силу.

Географический фон, естественно, ещё больше способствовал излишествам — и Галли-Бибьена, очевидно, не упустил ни одного стереотипа и щедро расписал дрезденскому двору, как он должен представлять себе турецкого султана, его двор вместе с солдатами и придворными, а также персидских принцесс и восточную роскошь. Декорации Бибьены особенно хвалили, в частности «заключительную трансформацию, которая представляла собой „турецкий лагерь при ночном освещении на Тигре, на котором было видно много кораблей, с видом на Вавилон“».

Не меньше понравились и балеты, которые поставил Питро. «Между каждым основным действием королевские танцоры представляли самые изобретательные танцы, которые словно околдовывали глаза зрителей высокого и низкого звания, поскольку движения, прыжки, фигуры и скорость, а также изящество этих танцоров и танцовщиц можно было только восхищаться», исполнение которых к тому же менялось в каждом из тринадцати представлений. «В конце оперы Питро выступил в роли паши с большой свитой; при этом появились четыре больших слона, ведомых „дурацки одетыми весёлыми карликами“, с башнями, на каждой из которых находились 2 танцора и 2 танцовщицы, которые „с удивительной скоростью“ спускались „и особым танцем оперы всегда после 8 часов делали весёлый конец“»^[3].

Слоны, упомянутые в этой танцевальной вставке, были муляжами^[4]. Но на сцене были и настоящие слоны — и много других настоящих животных, особенно при въезде Селимо, который победоносно и с многочисленной добычей возвращается с войны с Персией, в 1-м акте (сцена 1/VII), «который действительно происходит верхом и кроме необычайно богато украшенных турецких и персидских лошадей, также имеет в свите различных других живых животных, таких как слоны, верблюды и дромадеры (sic), которые в целом были предоставлены для этого королевской конюшней, по азиатскому обычаю, великолепно украшенные» и т. д.

К этому добавился столь же многочисленный персонал массовки. «В свите Солимана были: „паши, визири и другие благородные стражники, телохранители или лучники, так называемые солаки, пажи или так называемые икоглиани, толкователи закона или так называемые имамы“, мавры в качестве пажей у Нарсеи и Эмиры; в свите Селима появились: „ага и паши верхом, персидские пленники обоих полов, рабы и мавры, полевая музыка, янычары или пешая стража, спаги или конная стража“. Ещё были: „солдаты из различных азиатских и европейских мест со своими пашами, офицерами и другими лицами, необходимыми для полевой музыки, литаврами, барабанами, знамёнами, конскими хвостами и т. д., которые сначала разделены на две группы, но затем объединяются с янычарами и составляют всю османскую армию“»^[5].

Помимо превосходных декораций и оформления, оригинальные отчёты подчёркивают выступления инструментальных солистов и оркестра. Особенно хвалят гобоиста Безоцци в большой арии Селимо (Recit. obl. Aria, Andante C-Dur). Уже упомянутый «Deutschfranzos» Иоганн Кристиан Трёмер написал об этом стихи: «Der Mann mit Hautbois er woll’ die Leute zeigen, Wie mit sein Athem er kann biß in Wolken steigen.»^[6]

Современное возобновление оригинальной версии состоялось в рамках Инсбрукского фестиваля старинной музыки в августе 1997 года. Музицировали Collegium Vocale и Concerto Köln под музыкальным руководством Рене Якобса. Спектакль 16 августа 1997 года транслировался в прямом эфире по радио ORF. На инсбрукской постановке отдельные роли были распределены следующим образом:

• Солимано: Томас Рэндл
• Селимо: Айрис Вермиллион
• Осмино: Стивен Уоллес
• Нарсея: Джудит Хауарт
• Эмира: Грасиэла Оддоне
• Акомате: Хуан Хосе Лопера
• Рустено: Кристофер Молтман