Саамская кровь

Действие картины происходит в 1930-е годы, фильм фрагментирован на современное время и на 30-е гг. В начале фильма 78-летняя Кристина, саамская женщина, которую в детстве звали Элле-Марья, приезжает со своим сыном Олле и внучкой Санной в небольшой городок где-то в шведской Лапландии на похороны своей младшей сестры. Кристина не хочет там находиться. Она не любит саамов, называет их ворами и лжецами, и её беспокоит, когда люди говорят с ней на её родном языке, южносаамском, который она больше не понимает^{[note 1]}. Она даже отказывается ночевать в доме своей покойной сестры и предпочла бы поселиться в отеле^{[note 2]}.

Вечером в отеле Кристина вспоминает своё детство и события, которые заставили её покинуть город.

В 1930-е годы 14-летнюю Элле-Марью отправляют с младшей сестрой Ньенной в школу кочевников. Это школа-интернат для саамских детей, где светловолосая учительница из Смоланда по имени Кристина Лайлер учит их шведскому языку и знает своё место. Если говорить на саамском даже между собой вне класса, это приводит к избиению. Элле-Марья — одна из лучших учениц, с отличными результатами на экзаменах и стремящейся совершенствовать свой шведский язык. Её учитель поощряет её интерес к чтению и даёт ей сборник стихов Эдит Сёдергран. Элле-Марья чувствует себя отчуждённой от других саамских детей, и её чувство отчуждения усиливается, когда учёные из государственного института расовой биологии в Уппсале приходят в школу, чтобы измерить головы детей и сфотографировать их обнажёнными, игнорируя их вопросы о том, что происходит, и игнорируя их стыд за то, что им приходится раздеваться в присутствии друг друга, учителя и соседских мальчиков, которым разрешено смотреть через окна.

Пригрозив группе этих мальчиков старым ножом её отца, потому что они называли её расистскими именами и оскорблениями, мальчики порезали край уха Элле-Марьи, как саамы делают с оленями. Она переодевается в платье^[7][8] и берёт одно из платьев своего учителя с верёвки.

Группа молодых солдат проходит мимо неё на пути к танцам, и Элле-Марья крадётся за ними. За пару часов она почувствует, каково это — пользоваться уважением других и без вопросов обращаться с ними порядочно. Она танцует с мальчиком по имени Никлас, который живёт в Уппсале, и Элле-Марья решает, что она оставит Лапландию и поедет учиться на юг, в Уппсалу. Она говорит Никласу, что её зовут Кристина, и не упоминает её национальность. Тем не менее, её сестра, которая рассказала секретарю школы о том, что Элле-Марья сбежала, приходит с секретарём, и Элле-Марья насильно удаляется с танца и получает порку с помощью прутьев.

Элле-Марья подходит к своему учителю и спрашивает, может ли она получить письменную рекомендацию продолжить учёбу в Уппсале. Учитель сообщает Элле-Марье, что она «сообразительна», но что саамам не хватает интеллекта, необходимого для высшей учёбы. Она утверждает, что саамы «нужны» в северной Швеции и якобы плохо приспосабливаются к городским условиям. Услышав это, Элле-Марья решает сбежать в Упсалу, крадёт обычную одежду у женщины в поезде и сжигает своё национальное платье. Она приглашает себя остаться с семьёй Никласа. Родители Никласа неохотно впустили их в дом на ночь и просят Элле-Марью уйти, показывая сыну, что знают, что их гость — Саамка. Затем Элле-Марья вынуждена спать на улице в Ботаническом саду.

Элле-Марья записывается в школу под именем Кристина Лайлер. Когда она начинает заводить новых друзей, ей выставляют счёт за два семестра обучения в размере 200 шведских крон. Элле-Марья возвращается в семейный дом Никласа, чтобы занять у него денег, но обнаруживает, что Никлас празднует свой день рождения с вечеринкой. Её приглашают присоединиться к вечеринке, где группа студентов университета начинает с ней болтать, показывая, что они знают, что она Саамка, через родителей Никласа. Они заставляют её спеть Йойк перед тусовщиками. Униженная, Элле-Марья покидает вечеринку, но к ней подходит Никлас, и она просит у него денег. Он даёт ей отпор, и его мать зовёт его обратно в дом.

Не имея возможности платить за школу, Элле-Марья вынуждена ехать на поезде домой. Элле-Марья возвращается к своей семье, но враждебно относится к ним за то, что они саамы. Она хочет продать свою долю оленей, чтобы оплатить учёбу, но её мать отклоняет эту просьбу и просит дочь уйти. На следующее утро мать Элле-Марьи молча даёт дочери деньги на продолжение учёбы в виде серебряного пояса, который когда-то принадлежал отцу Элле-Марьи.

Фильм возвращается в наши дни, когда Кристина приносит извинения своей мёртвой сестре Ньенне на южносаамском.

В течение двадцатого века саамы изображались дикарями «шведскими» глазами во многих фильмах^[9]. В то время шведское общество в целом считало саами неполноценными, менее умными и неспособными выжить в цивилизованном городе. С одной стороны, они постоянно пытались ассимилировать саамов, но с другой стороны, они считали, что саамы должны быть изолированы и оставаться в своём традиционном образе жизни, поэтому они никогда не прекращали подчёркивать разницу между ними.

По словам Моники Ким Мексеи, в последние десятилетия произошли изменения в изображении саамской культуры в кино с посторонней точки зрения на инсайдерскую^[10]. Саамская кровь как раз тому пример. В нём рассказывается о юности саамской девушки Элле-Марьи (другой) и рассказывается её история становления кем-то другим. Столкнувшись с расизмом, некоторые предпочитают изолировать себя в своей культуре, а некоторые предпочитают попасть в основное большинство. Элле-Марья и её сестра Ньенна находятся в той же ситуации, но делают совершенно другой выбор. Элле-Марья желает выдать себя за «нормальную шведку», в то время как Ньенна гордится своей саамской кровью и отказывается вносить какие-либо изменения. Это два типичных отношения к новой культуре. Быть изолированным или ассимилироваться? Саамская кровь не делает оценочных суждений по вариантам, а просто представляет зрителям явление. Никто из них не прав или прав. Молодёжь коренных народов сталкивается с кризисом самоидентификации, который был, есть и может быть универсальной проблемой во всем мире. История описывает кризис самоидентификации одной саамской девушки, но, более того, она также сосредоточена на дилемме среди саамов. Таким образом, Саамская кровь считается важной частью саамского кино в истории шведского кино.

По словам Месеи, определённая саамская иконография была создана с тех пор, как саамы впервые появились на экране в 1947 году. Саамы были связаны с горными высокогорьями, охотой, собирательством, оленями и кочевничеством. Народ саами был представлен саамскими палатками, хижинами из дёрна, красочными традиционными костюмами и лыжниками в заснеженных пейзажах. Эта иконография была создана для определения саамской культуры в целом и часто использовалась с империалистическим и туристическим взглядом на саамскую культуру^[11]. Это укрепляет определённый стереотип о саамском народе. Народ саамов стереотипно изображался как дикарь, с одной стороны, варварский и демонический, в отличие от шведов или норвежцев, с другой стороны, они рассматривались как благородные дикари, которые живут гомогенно с природой, создавая романтические идеи саамской идентичности. Саамская кровь использует эту саамскую иконографию не как зрелище, а как активную часть повествования. Это также пример того, как этот фильм показывает культуру саами изнутри.

• Лене Сесилия Спаррок — Элле-Марья / Кристина (в молодости)
• Май-Дорис Римпи — Элле-Марья / Кристина (в пожилом возрасте)
• Миа-Эрика Спаррок — Ньенна, сестра Элле-Марьи
• Олле Сарри — Олле
• Ханна Альстрём — учительница
• Юлиус Флейшандерль — Никлас
• Малин Крепин — Элиза
• Андреас Кундлер — Густав
• Марика Линдстрём — библиотекарь
• Ханна Асп — Игрид
• Туве Скейдсволл — учительница гимнастики

• 2016 — приз "Fedeora "за лучший режиссёрский дебют (в рамках программы «Венецианские дни») и приз Label Europa Cinemas Венецианского кинофестиваля.
• 2016 — приз лучшей актрисе (Лене Сесилия Спаррок) и специальный приз жюри Токийского кинофестиваля.
• 2016 — приз «Человеческие ценности» на кинофестивале в Салониках.
• 2017 — два приза Гётеборгского кинофестиваля: приз «Дракон» за лучший северный фильм (Аманда Кернелл), приз имени Свена Нюквиста за лучшую операторскую работу (София Олссон).
• 2017 — приз лучшей актрисе (Лене Сесилия Спаррок) на кинофестивалях в Сиэтле и Вильнюсе.
• 2017 — номинация на кинопремию Северного совета (Аманда Кернелл, Ларс Линдстрём).
• 2018 — четыре премии «Золотой жук»: приз зрительских симпатий, лучший сценарий (Аманда Кернелл), лучшая актриса (Лене Сесилия Спаррок), лучший монтаж (Андерс Сков). Кроме того, лента получила четыре номинации: лучший фильм (Ларс Линдстрём), лучший режиссёр (Аманда Кернелл), лучшая актриса второго плана (Миа-Эрика Спаррок), лучшая операторская работа (София Олссон).