Рэнкин, Уильям

Уильям Рэнкин вступил в Корпус морской пехоты США в 1940 году^[4]. В 1951 году за действия во время Корейской войны он был дважды награждён Крестом лётных заслуг^[5]. В мае 1957 года Рэнкин был назначен командиром эскадрильи VMP-122^[4].

В 1964 году он вышел в отставку^[5]. В марте 1971 года Рэнкин принял участие в телешоу Джонни Карсона («The Tonight Show with Johnny Carson»)^[5]. Также он является автором книги «Be Fit as a Marine».

Полковник Уильям Рэнкин вылетел на истребителе F-8U с военно-морской авиабазы Саут-Уэймут, штат Массачусетс, в воскресенье 26 июля 1959 года и направился в Южную Каролину^[3]. Он знал, что на пути следования его самолёта предвидятся грозы, но был уверен, что сможет избежать их, поднявшись на большую высоту. Так он и поступил, когда достиг грозового фронта.

На высоте 47 000 футов (14,3 км) неожиданно сработала пожарная сигнализация, а обороты двигателя упали до нуля из-за заклинивания турбины, вызванного неисправностью топливного насоса^[6]. Аварийный источник энергопитания также вышел из строя. При этом внизу бушевала гроза, и самолёт Рэнкина находился прямо над кучево-дождевым облаком^[2].

Рэнкин был вынужден катапультироваться. На нём не было высотного скафандра, поэтому в результате в процессе падения с высоты сквозь грозовое облако он пострадал от обморожения и декомпрессии. Из-за мощных восходящих потоков воздуха он спускался 40 минут вместо одиннадцати, обычно достаточных для такой высоты^[7][8][3]. Это стало мировым рекордом продолжительности спуска на парашюте^[9].

Около пяти минут Рэнкин находился в свободном падении: он понимал, что если откроет парашют слишком рано, то пробудет слишком долго на высоте, где царит чрезвычайно низкая температура. Кроме того, запаса кислорода в маске не хватило бы на более долгий спуск. Мгновенное обморожение помогло Рэнкину не так остро ощущать боль и продолжать контролировать свои действия^[2].

Наконец парашют раскрылся; одновременно с этим усилилась турбулентность. Кроме того, внутри облака сверкали молнии и гремел гром. По словам Рэнкина, раскаты грома раздавались настолько близко, что он воспринимал их не как звук, а как мучительное физическое воздействие, на которое реагировало всё его тело^[2]. Только благодаря шлему, защищавшему барабанные перепонки, Рэнкин не оглох. Что касается молний, то их он тоже воспринимал не такими, какими они обычно видятся с земли — вблизи они казались огромными, в несколько футов толщиной, полосами синего света^[2]. Даже при закрытых веках, они ослепляли. В какой-то момент Рэнкин открыл глаза и увидел купол собственного парашюта в свете сверкающих молний. Ему показалось, что он находится под сводами гигантского собора, и он решил, что уже умер^[2].

Дождь был настолько сильным, что его потоки заливали Рэнкину лицо, и он с трудом мог дышать. Но он сохранял присутствие духа настолько, что даже смог вообразить себе полную чёрного юмора картину: его тело найдут где-нибудь на дереве, с лёгкими, полными воды, и все будут ломать голову, как он ухитрился утонуть^[2]. Затем дождь сменился градом: у Рэнкина было ощущение, будто тысячи молотков барабанят по его телу. Он был уверен, что только шлем защитил его голову от серьёзных повреждений.

Рэнкин больше всего боялся приземлиться над водоёмом или болотом, но, к счастью, ветер отнёс его парашют к лесу. Ещё находясь в небе, он попытался сориентироваться на местности, поэтому, несмотря на тяжёлое состояние, сумел самостоятельно выбраться на дорогу и попросить о помощи. Его доставили в больницу Ахоски (Северная Каролина).

Когда впоследствии врачи осмотрели Рэнкина, они констатировали, что его кожные покровы обесцветились под воздействием холода, а тело покрылось синяками и ссадинами из-за ударов градин. Кроме того, на коже остались отпечатки швов костюма, когда тело пилота расширилось из-за декомпрессии^[3]. У него также обнаружились сломанные кости, внутреннее кровотечение, глубокая рана на руке с серьёзным повреждением пальца и осколки плексигласа в плечах^{[10][11][8][12][9]}. То, что он вообще выжил, врачам показалось настоящим чудом. Однако никаких серьёзных последствий для организма Рэнкина его приключение не имело^[9].

Последующее обследование в гипобарической камере показало отсутствие долгосрочных последствий для здоровья, после чего пилот смог вернуться к полётам^[6].

Рэнкин написал о своём страшном приключении книгу под названием «Человек, оседлавший гром» (The Man Who Rode the Thunder). В ней он подробно описывает свои ощущения во время нахождения в центре грозового облака.