Раёк

Дискуссионным является вопрос о времени возникновения райка в России. Так, А. Ф. Некрылова считает, что раёк «стал возможен только с XVIII века» и появился «где-то в начале XIX века»^[4], а К. Келли полагает, что раёк появился около 1830 года^[5]. Авторы XIX века относили возникновение райка к более ранним временам: например, Н. В. Веселовский полагал, что раёк был разновидностью вертепа, который «с конца XVII века под влиянием занесённых с Запада забав… из театра марионеток… превращается в народную космораму»^[6], а И. Е. Забелин полагал, что такие забавы привезли «немецкие кунштмейстеры», у которых «многое… с успехом перенимали и русские: особенно кукольные комедии и райки»^[7]. Чтобы установить более точную датировку, можно разделить понятия русского райка (с характерным для него рифмованными комментариями, лубком в качестве видов и т. д.) и перспективного ящика как такового^[8].

Перспективным ящиком называлась передвижная или переносная деревянная коробка с одним либо несколькими окошками, через которые можно было посмотреть на виды различных городов, иллюстрации к главным новостям и т. д. В Европе такие устройства стали известны как минимум с XV века^[9], хотя наибольшее распространение они приобрели в XVIII столетии, когда появились на городских ярмарках в различных странах. Перспективный ящик имел национальные варианты: в Голландии — optiques, в Германии — gukkasten, во Франции — boîte d’optique, в Италии — mondo nuovo, а в Великобритании и США — peepshow box^[10]. Поскольку русский раёк представляет вариант перспективного ящика, вести его историю от первых упоминаний, например, национальных разновидностей перспективного ящика или других западных вариантов зрелища было бы неверно. Вместе с тем это не означает, что западные варианты такого зрелища нельзя рассматривать в качестве одного из источников райка^[8].

Так как первое надёжное свидетельство о существовании райка относится к 1834 году^[11], и в словари слово «раёк» в этом значении вошло только в 1835 году^[5], представляется, что его появление возможно отнести к 1830-м годам, отметив при этом, что его прототипы могли появляться в России во второй половине XVIII и начале XIX века. Так, в обозрении петербургского гуляния 1817 года, составленного П. П. Свиньиным, упоминается, что на празднике «за две копейки чрез стёклышко [показывались] Соломонов Храм, Рим, Париж, Лондон, Венеция, Иван Великий, Бонапарте, Богатырь Илья Муромец, Соловей разбойник на дереве, Жар-птица и проч.»^[12]. Свиньин не называет это устройство райком и не говорит о наличии вербального комментария, который в раёшном представлении имел определяющее значение. Не исключено, что он описал один из прототипов райка, традиция которого обозначилась только ближе к середине тридцатых годов^[8].

Наиболее вероятным источником заимствования являются выступления в России немцев. Само слово «раёк» могло отсылать к сценам из Эдема, которые были фаворитом немецких артистов и были известны как «das Paradiseel» (‘маленький рай’). Есть некоторые пересечения в тематике немецких и русских представлений^[5].

Кроме перспективного ящика и вертепа, в качестве источников райка также называли лубочные картинки^[13], которые составляли основу его репертуара. Тенденции, заложенные лубком, рассчитанным на «активное восприятие с додумыванием»^[14], развивались в райке, который впоследствии сам оказал влияние на «литературу для народа» и лубочную продукцию. Показательно, что во второй половине XIX века раёшники могли совмещать свой промысел с торговлей книгами, преимущественно лубочными^[15].

Указывали на близость райка к панораме и другим оптическим зрелищам XVIII—XIX веков. Этот аспект истории райка был рассмотрен в работе К. Келли, которая указала на сходство райка с перспективным ящиком, а также привела свидетельства существования подобных оптических зрелищ в России во второй половине XVIII столетия. При этом описания оптических представлений XVIII столетия часто являются слишком отрывочными, их язык слишком замысловат, чтобы с уверенностью сказать, какие технологии использовались при их устройстве, поэтому непонятно, насколько верно возводить к ним генеалогию райка. В любом случае подобная версия происхождения «народной косморамы» ставит вопрос о том, что происходило в период между оптическими представлениями в XVIII веке, на которые указывает Келли, и появлением райка, которое относится к 1830-м годам^[8].

В первой половине XIX столетия российские города наполнились многочисленными оптическими аттракционами, которые были привезены в основном из Европы и появились на волне роста популярности круговой панорамы, изобретённой в конце XVIII века в Великобритании. Круговая панорама представляла собой большое и очень реалистичное закольцованное полотно, которое размещалось на стенах выстроенной для этого ротонды, тем самым окружая зрителя и «подменяя» реальность. Популярность панорамы и её дороговизна стимулировали появление многочисленных вариаций: диорамы, георамы, падорамы, циклорамы, европорамы и многих других. В их числе была косморама, или оптическое путешествие, — выставка перспективных видов, которые рассматривались зрителем через линзы-окошки^[8].

Бурный расцвет райка был кратковременным. К 1910-м годам на вербной неделе в Санкт-Петербурге остался только один раёшник. Отчасти этот процесс отражал то, что происходило на Западе, где традиционные кинетоскопы тоже вымирали в начале XX века. Однако, возможно, причины упадка райка были другими. На Западе именно новые формы оптических шоу, в частности стереоскоп, вытеснили старые кинетоскопы, которые не выдерживали конкуренции в технологическом отношении. Свидетельств, что в России стереоскопы получили особое распространение как развлечение низшего класса, нет. Сохранившиеся в Государственном музее истории Санкт-Петербурга образцы представляют устройства, чья сохранность позволяют предположить, что они были развлечением в состоятельных домах. В России визуальные тексты были повсеместны, а словесные — относительно редки, поэтому они высоко ценились. Как следствие, успех райка зависел от уровня словесных комментариев. «Угрозу» ему представляли не столько другие оптические представления или даже ранний кинематограф, сколько, вероятно, рост грамотности и появление дешёвых газет. Русская «жёлтая пресса», такая как «Газета-копейка» (1908—1918), ежедневно предлагала тем, кто жаждал скандалов и сплетен, огромное количество информации. Публике больше не приходилось ждать праздников, чтобы из раёшных представлений узнать новости. Громоздкость райка также делала его уязвимым по сравнению с другими видами уличного искусства, такими как жестокий романс и частушка, которые не требовали специального оборудования^[5].