Публий Рутилий Нуд

Сведения о происхождении, жизни и деятельности Публия в сохранившихся до нашей дней источниках крайне скудны и фрагментарны. Исходя из надписи^[2], обнаруженной в Тибуре^[3] и датируемой периодом принципата Августа^[2], где значится некий Гай Нуннулей, сын Гая, Нуд^[4][5] — легат-пропретор^[6], можно предположить, что Публий Рутилий по рождению принадлежал к не именитым Нуннулеям, а позднее усыновлён бездетным реформатором староримской армии, консулом 105 года до н. э. Публием Рутилием Руфом (в пользу последнего обстоятельства может свидетельствовать тот факт, почему накануне последней войны Рима с Митридатом VI коллега Лукулла по консульству, Марк Котта, включил в свой штаб вероятного родича). Кроме того, так же возможно, что именно Нуда упоминает в своих «Стратегемах» Фронтин как пример строгости предков, указывая, что в армии консула Публия Рутилия его сын служил простым солдатом, несмотря на то, что отец мог сделать сына своим контуберналом (адъютантом^[7]).

Благодаря ещё одной надписи^[8][9], найденной в Эгии (Греция) и опубликованной в 1954 году бельгийским учёным-палеографом Ж. Бенганом, известно, что Рутилий вёл торговые дела в Ахайе в качестве квестора^[10][11]. Некоторые исследователи относят надпись ко времени принятия закона Плавтия—Папирия, то есть около 89 года до н. э.

Известно, что на момент нападения на римский флот, дислоцировавшийся в Халкедонской гавани, понтийских бастарнов Нуд служил в консульском войске Марка Аврелия Котты префектом^[12], из чего следует, что к 73 году до н. э. Публий, по всей видимости^[13], уже являлся преторием (бывшим претором^[14]). Здесь, у побережья Вифинии, римляне потерпели полное поражение в морском бою^[15][16][17], потеряв около 70 кораблей и четыре тысячи пехотинцев; после этого Рутилий со своим командиром оказался осаждён в самом Халкедоне. Блокаду удалось снять, лишь когда к городу подошёл Лукулл^[18][19], сумевший обратить противника в бегство^[20]. При этом остаётся открытым вопрос, остался ли жив Рутилий в ходе беспощадного избиения понтийцами отступающих римлян: так, первый христианский анналист Павел Орозий, не уточняя когномена, пишет, что Рутилий пал в битве^[21].

Ему противоречит другой античный автор, Аппиан из Александрии, прямо указывающий, что в ходе кошмарной давки у городских ворот Халкедона стража успела поднять на стену Нуда и некоторых других военачальников при помощи ремней; причём, далее он уточняет, что Митридат, для которого отступление римлян стало неожиданностью, в тот же день повёл свои корабли к гавани и сжёг весь флот, а Котта и Нуд, ожидая помощи от своих, «сидели, запершись в стенах»^[22]. В пользу этой версии может говорить тот факт, что в 69 или 68 году до н. э. в Риме вёлся процесс по делу Эбуция^[23], где одним из десяти свидетелей в суде рекуператоров был некто Публий Рутилий^[24]. Отсюда можно предположить, что к 69 году вместе с Аврелием Коттой вернулся домой и Рутилий — его родственник, о дальнейшей судьбе которого ничего не известно.

От брака с неизвестной Рутилий имел, по крайней мере, одну дочь^[25][1], ставшую впоследствии супругой консула 58 года до н. э. Луция Кальпурния Пизона Цезонина^[26][1] и тёщей диктатора Гая Юлия Цезаря^[25].