Противоречия НЭПа

Новая экономическая политика осуществлялась с марта 1921 года до 1929 года.

Переход к НЭПу совершался в условиях кризисов: продовольственного, торгового, финансового, кредитного на внутренних и внешних рынках, заготовительного и снабженческого. Эти кризисы, отражающие состояние экономической разрухи, сформировали необходимость введения в качестве антикризисной программы новой экономической политики, предложенной В. И. Лениным на Х съезде РКП(б) в марте 1921 года^[1].

Сущность НЭПа состояла в воссоздании многоукладной экономики и использовании организационно-технического опыта капиталистов при сохранении «командных высот» в руках большевистского правительства. Под «командными высотами» понимались политические и экономические рычаги воздействия: полновластие РКП(б), государственный сектор в промышленности, централизованная финансовая система и монополия внешней торговли.

• Политическая цель — снять социальную напряженность в обществе, укрепить социальную базу советской власти в форме союза рабочих и крестьян.
• Экономическая цель — предотвратить углубление разрухи в народном хозяйстве, выйти из кризиса и восстановить экономику страны.
• Социальная цель — обеспечить благоприятные условия для построения социализма в СССР, не дожидаясь мировой революции.
• Преодоление международной изоляции — восстановить внешнеэкономические и внешнеполитические связи.

В условиях социально-экономических преобразований были сохранены в неизменном виде:

• Характер политической власти: диктатура пролетариата, однопартийность, отсутствие оппозиции, недопущение инакомыслия в партии, курс на полную «победу социализма в одной стране»;
• Недемократическая избирательная система: открытое голосование, многоступенчатые выборы на съезды Советов, лишение гражданских прав частников и торговцев-нэпманов^[2].

Всё это полностью противоречило сути экономической реформы. Многоукладная экономика с допущением частной собственности требовала демократизации и либерализации политической системы.

Экономическими противоречиями этого периода, ставшими предпосылками к сворачиванию новой экономической политики стали: приоритет промышленности перед сельским хозяйством, неэквивалентный товарообмен между городом и деревней и «ножницы цен».

Период НЭПа характеризовался непрерывным чередованием кризисов:

Весна 2022 года — финансовый кризис, вызванный отказом Советского правительства признать долги Российской империи и ограничить монополию внешней торговли. Таким образом была уничтожена возможность привлечения в национальную экономику иностранных инвестиционных ресурсов.

1923—1924 годы — кризис сбыта и «товарный голод»^[2]. Осенью 1923 года под влиянием кризиса сбыта были установлены директивные цены на ряд предметов потребления, что привело к товарному голоду. Занижение цен на продукцию сельского хозяйства и завы­шение их на промышленную продукцию стало причиной оседания на складах промышленных товаров, недоступных потребителю, в первую очередь, крестьянству. Затоваривание­ привело к падению прибыли и, соответственно, к не­выплате зарплаты. Результатом такой политики стали забастовки. За счёт снижения цен кризис сбыта был ликвидирован, а продукция промышленных предприятий раскуплена. Вновь наступил «товарный голод»^[3].

Налоговая политика, ограничивавшая рост крупного товарного хозяйства в деревне, и отягощавшаяся уравнительным переделом земли. Освобождение от сельхозналога беднейших крестьян (1922—1923 годы — 3 % хозяйств; в 1925—1926 годы — 25 %; 1927 год — 35 %) сопровождалось ростом налогов для зажиточных хозяев и крепких середняков (менее 10 % дворов). Такая политика привела к переводу земель под посевы не облагавшихся продналогом технических культур и сокращению во второй половине 20-х годов сбора хлеба. Уже в 1925 году государство столкнулось с хлебозаготовительным кризисом^[1].

Замедление к 1927 году темпов роста промышленности из-за исчерпания ресурсов промышленного развития. К 1925 году восстановление имевшихся до 1917 года заводов и фабрик завершилось, а по выпуску основных видов товаров промышленность вышла на уровень 1913 года^[4]. Но выпуск продукции тяжёлой индустрии отставал: выплавка чугуна составляла 52 % от довоенной, стали — 69 %. Для модернизации и строительства новых предприятий требовались новые капиталовложения^[2]. Параллельно с восстановлением хозяйства осуществлялся план ГОЭЛРО, по которому строились электростанции — Каширская, Нижегородская, Шатурская, Волховская.

За 1922—1924 годы была проведена денежная реформа, давшая твёрдую валюту — червонец^[1]. Но слабым местом его была малая величина золотого запаса (1/7 дореволюционного), нереальный валютный курс и низкий уровень советского экспорта. Уже в 1925 году положительное сальдо торгового баланса под влиянием невыполнения плановых заданий сменилось на отрицательное, и в начале 1926 года Госбанк СССР был вынужден отказаться от обмена советских денег на иностранную валюту.

Частичное введение рыночных отношений и компромисс с капиталом воспринимались значительной частью населения как возвращение к дореволюционному неравенству, вступившему в противоречие с коммунистической идеологией.

Формирование нового слоя населения (нэпманов), ведущего собственную единоличную экономическую деятельность на рыночных отношениях и получающего прибыль, вызывало раздражение и возмущение значительной части населения. Эта часть состояла из рабочих и партийцев, а также не очень зажиточных крестьян, воспринимавших нэпманов как «классово чуждый элемент».

Новая экономическая политика показала в послевоенный период свою эффективность^[2]. Однако социально-экономические трудности постепенно привели к свёртыванию НЭПа.

Попытки гармонично сочетать аграрную и продовольственную политику неизменно наталкивались на замкнутый круг проблем, ставивший правительство перед выбором, не предполагающим компромиссного решения^[3].

Нэповская система переживала кризисы с определенной цикличностью. Низкая товарность приводила к снижению объема экспорта сельскохозяйственной продукции, что немедленно сказалось на импорте оборудования для индустриализации.

Очередной заготовительный кризис привёл к фактической ликвидации свободной продажи хлеба. В течение 1926—1927 годов хлебный рынок был ремонополизирован^[1]. Рыночное ценообразование сменилось директивным.

В середине 20-х годов началось постепенное свёртывание рыночных отношений. Централизация экономики и административных методов хозяйственного руководства усилились. К концу десятилетия руководство страны оказалось перед выбором между углублением НЭПа и курсом на централизацию имевшихся в стране финансовых и материальных ресурсов. Страна пошла по пути планово-директивного развития экономики^[5].