Пластилиновый ёжик

Вылепленный из пластилина добрый ёжик помог в сборе гербария для больного мальчика^[1].

К оконному стеклу снаружи прилепляются пластилиновые комочки. Слышны крики: «Витя!» Мальчик в пижаме с замотанной платком шеей вылезает из-под одеяла, встаёт с дивана, подходит к окну и выглядывает в него. На улице стоит рыжий мальчик с рогаткой он зовёт Витю в лес за рябиной. Витя в ответ только непонятно хрипит. Потом он сбрасывает записку, в которой объясняет, что у него ангина, и просит принести ему листьев. Одноклассник отказывается, дескать он и сам болеет, и листья ему самому для гербария нужны. Витя собирает комки пластилина с оконного стекла и начинает что-то лепить. Сначала у него получается жираф. Потом он переделывает его в слона. Затем у него получается непонятная фигурка со сравнительно большими круглыми ушами и круглым животиком. В вазе стояли хвойные ветки, и Витя оборвал с них иголки и почки. После втыкания в фигурку иголок получился ёжик, почки стали его глазами. Устал Витя, лёг на диван, накрылся одеялом и заснул. Ожил ёжик и решил сбежать, чтобы из него опять кого-нибудь другого не вылепили. Выкатился ёжик из окна по палке и прямо на Витину записку наткнулся. Хотел ёжик записку прочитать, а читать не умеет. Прилетела ворона, сидевшая когда-то в живом уголке в школе и потому умеющая читать. Опознала она Витины каракули и прочитала записку ёжику. Решил ёжик помочь Вите, но не знает как. Пошли ворона с пластилиновым ёжиком в лес. Нашли там главного ёжика, попросили помочь листьев. Свистнул главный ёжик, прибежали другие лесные ежи, объяснил он им задачу. Стали все ежи собирать листья. Вдруг один ёжик кричит, что появился в лесу разбойник, хочет листья отобрать. Попрятались ежи. Появился давешний рыжий мальчик, сердится, что не удалось у ёжика листья отобрать, обещает все листья забрать, чтобы больше никому не достались. Залез мальчик на рябину, дотянулся и сорвал большую гроздь. Вдруг видит, внизу ежи идут с листьями собранными. Собрался разбойник ежей поймать. Побежали от него ёжики. Слезая с дерева, зацепился мальчик штанами за сук и повис. Убежали ежи через речку по бревну, а потом ворона это бревно чуть подтолкнула, чтобы еле-еле держалось. Слез мальчик с дерева, добежал до берега, пошёл по бревну и вместе с ним в воду бултыхнулся. Собрались у Витиного дома ворона и ёжики, определяют собранные листья какое с какого дерева собрано. Вдруг пришёл рыжий мальчик и забрал все-все листья. Потом увидел Витину записку, стало ему стыдно и положил он листья на Витин подоконник, да Витю позвал. Подошёл к окну Витя, забрал листья и поблагодарил Стёпу. А рыжий признался, что листья не он собрал, а пластилиновый ёжик. А пластилиновый ёжик тоже не стал присваивать чужие заслуги и указал на лесных ежей и ворону. А Стёпа достал из кармана гроздь рябины, передал Вите и сказал, что это-то уж точно от него.

В 1971 году переработанная (на основе мультфильма) сказка Людмилы Зубковой «Пластилиновый ёжик» (с иллюстрациями Владимира Данилевича) была опубликована отдельным изданием в издательстве «Бюро пропаганды советского киноискусства» в серии «Фильм-сказка» тиражом 300 000 экземпляров^[18], а в 1976 году — переиздана тиражом 240 000 экземпляров^[19].

Фильм «Пластилиновый ёжик» относится к числу первых четырёх фильмов, в которых Франческа Ярбусова принимала участие в качестве художника-постановщика на студии «Союзмультфильм», и к числу трёх фильмов (из этих четырёх), которые были сняты под руководством режиссёра Владимира Данилевича, то есть ещё до её творческого союза с Юрием Норштейном. По мнению Джаннальберто Бендацци, несмотря на то, что работа в подразделении Владимира Данилевича более подходила Ярбусовой, нежели работа с Владимиром Дегтярёвым, она всё равно была ещё очень молода и неопытна и боялась высказывать своё мнение режиссёру прямо, хотя фильмы (включая «Пластилиновый ёжик») были ей не по вкусу^[20].

По мнению Татьяны Лефман, советская мультипликация, в том числе, занималась решением государственных задач по нравственному воспитанию детей. В частности, мультфильм «Пластилиновый ёжик» 1969 года должен был формировать у маленьких зрителей верно ориентированные моральные установки дружбы и предательства^[21].