Нусинов, Исаак Соломонович

Исаак Соломонович Нуси́нов (1901, Житомир, Волынская губерния, Российская империя — 27 сентября 1937, Москва) — революционер, государственный и партийный деятель СССР, литератор, преподаватель МГУ, научный сотрудник Комакадемии, сотрудник ЦК ВКП(б). Супруг певицы, выдающегося педагога Фриды Нусиновой^[1]. Расстрелян.

Племянник Хаима Нахмана Бялика, известного еврейского поэта.

Исаак Нусинов получил среднее образование, окончив гимназию-восьмилетку.

С 1917 по 1918 г. был членом социалистической еврейской партии БУНД ("Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше и России").^[2]

Служил в РККА с декабря 1918 по май 1919 г.—рядовой.

Член РКП(б) с 1919.

Работал вальцовщиком на парфюмерной фабрике в 1919—1920.

С мая по декабрь 1920 г. учился в артиллерийской школе РККА.

С января 1921 по декабрь 1922 — член коллегии Отдела агитации и пропаганды ЦК РКСМ.

Январь 1923-апрель 1924 — ответственный секретарь Витебского губкома РКСМ.

Апрель 1924-май 1925 — заведущий орг.отделом Борисовского окружкома КП(б) Белоруссии.

Май 1925 — июль 1926 — ответственный секретарь Борисовского окружкома КП(б) Белоруссии.

Сентябрь 1926 −1928 — ответственный инструктор Сибирского крайкома ВКП(б).

1 декабря 1928- 1 апреля 1929 — 1-й секретарь Барнаульского окружкома ВКП(б). 1929—1930 — ответственный инструктор Сибкрайкома ВКП(б).

С августа 1928 входил в редколлегию политико-экономического журнала Сибирского крайкома ВКП(б) «На ленинском пути». Являлся одним из учредителей литературного, сатирического журнала «Настоящее»^[3], издававшегося в Новосибирске с 1928 по начало 1930 года. Этот журнал считается выдающимся памятником периодики русского авангарда^[4]. Главным редактором издания был Александр Львович Курс, прибывший в Новосибирск в 1926 г по направлению ЦК ВКП(б). С 1911 по 1918 он работал репортёром в Лондоне, затем был редактором столичных журналов «Экран» и «Журналист», а также газеты «Кино». В Новосибирске Курс стал заведующим отделом печати Сибкрайкома ВКП(б), где познакомился с Нусиновым. Они вместе основали один из первых советских литературно-публицистических журналов^[4]. В нём за «литературщину» регулярно подвергались критике М. Горький, М. Шолохов, Ю.Олеша^[5].

После закрытия «Настоящего» А. Курс вернулся в 1937 году в Москву, где был арестован по делу «блока Сырцова-Ломинадзе» и расстрелян в подвалах Лубянки.

1930 (по август) — Исаак Нусинов ответственный секретарь Томского окружкома ВКП(б). В этот период опубликовал статью в томской газете "Красное Знамя", в которой содержалась критика партийной политики (в частности, не озвученный в статье секретный циркуляр ЦК ВКП(б) от 7 февраля 1930 г.) сплошной коллективизации и ликвидации кулачества как класса^[6].

6 августа 1930 года из Томска переведён в Москву на должность ответственного инструктора ЦК ВКП(б).^[7][8]

4 февраля 1930 года Нусинов совершает поступок исключительной смелости. Он отправляет письмо Сталину. Вот несколько цитат: «Властный, властолюбивый, ты стремился, а ныне сумел собой подменить Политбюро», «Ваша политика не ленинская политика, а политика авантюр, скачков, рывков».^[9] Это письмо с пометками Сталина, Молотова и Кагановича хранится в архивах. Существует и краткий ответ Сталина^[10].

Судя по сталинским пометкам на письме, Нусинов преподавал в МГУ и был научным сотрудником Комакадемии.

Сталин переслал письмо В. Молотову и Л. Кагановичу со своим комментарием, написанным поверх письма Нусинова: «Это письмо правого уклониста. Этот „уважаемый товарищ“ состоит, оказывается „науч. сотрудником“ в Комакадемии и преподает в МГУ. Этот „уваж. тов-щ“ требует, чтобы высекли его в печати. Стоит ли? Думаю, что не стоит. Что можно тут предпринять? Не лучше ли будет, если Молотов вызовет его и отчитает? Я ему напишу в двух словах, что ответа по существу не будет, так как ответ правым уклонистам уже дан партией»^[11].

На этом же письме Нусинова оставили свои комментарии Молотов и Каганович.

Молотов пишет: «Читал. Такому больше чем правому уклонисту не место в партии. Поговорить с ним не отказываюсь. В. Молотов»^[11].

Комментарий Кагановича: «по моему с таким правым капитулянтом близким к предательству и говорить не стоит. Л. Каганович»^[11].

Работая в Москве, сблизился с группой партийных и советских деятелей в аппарате ЦК ВКП(б), пытавшихся сместить И. Сталина с поста Генерального секретаря на ближайшем пленуме, но один из лидеров группы, секретарь партийной ячейки литературного отделения Института красной профессуры Б. Г. Резников выдал эти планы Сталину^[12].

Впоследствии все участники группы были осуждены как члены координационного центра т. н. «право-левацкого блока», которым руководил открытый оппонент Сталина председатель СНК РСФСР Сергей Иванович Сырцов. С Сырцовым Нусинов был знаком со времени совместной работы в Сибирском краевом комитете ВКП(б)^[13]. Планы по смещению Сталина Сырцов обсуждал с соратниками на квартирах друзей И. Нусинова и А. Курса. Во время одной из этих встреч Сталин позвонил на квартиру Нусинова и пригласил Сырцова явиться на внеочередное заседание Политбюро ЦК ВКП(б). На заседании Сталин спросил Сырцова:«Какие вопросы Вы обсуждали сейчас на квартире Нусинова, товарищ Сырцов?». Сырцов ответил:«Проблемы повышения продуктивности крупного рогатого скота, товарищ Сталин»^[14]. Тогда Сталин пригласил в зал Б.Г. Резникова, предупредившего вождя о существовании оппозиции. Поняв, что произошло, С. Сырцов открыто выступил против Сталина. Он заявил, что Политбюро превратилось в совещательный орган при Генеральном секретаре ЦК, что большинство хозяйственных успехов относительны, поскольку имеет место очковтирательство, которое поощряется сверху, политика коллективизации стала гибельной для крестьянства, а искусственное наращивание темпов социалистического строительства ведёт к экономическому хаосу. Серго Орджоникидзе пытался остановить своего друга:«Сергей, что ты говоришь!». Л.М. Каганович потребовал немедленно расстрелять Сырцова.

22 октября 1930 г. Сталин принял Нусинова и Каврайского, обвинив их в "антипартийной двурушнической фракционной работе"^[15].

25 октября 1930 года Нусинова вызывают в ЦКК на очную ставку с Б. Резниковым. Нусинов отрицает обвинения в поддержке «блока Сырцова-Ломинадзе». После этого он был арестован органами ОГПУ.^[16]

На страницах газет («Красное знамя» и других) началось шельмование Нусинова и «нусиновщины». Таким клеймом стали обозначать всех, не согласных с линией руководства партии и государства.^[17]

4 ноября 1930 г. состоялось объединённое заседание Политбюро ЦК и Президиума ЦКК ВКП(б). 5 ноября было принято постановление Объединенного заседания:"1. Заслушав сообщение Центральной Контрольной Комиссии о фракционной антипартийной работе Сырцова, Ломинадзе, Шацкина и др. и объяснения последних Объединённое заседание ...устанавливает, что: а) т. Сырцов организовал подпольную антипартийную группу, в руководящее ядро которой входили Нусинов, Каврайский^[18], Гальперин, Курс и др." ^[19][20]

1 декабря 1930 г. совместным постановлением ЦК ВКП(б) и ЦКК (Центральной Контрольной Комиссии) ВКП(б) И. Нусинов исключён из партии.

12 декабря 1930 постановлением ОСО при коллегии ОГПУ СССР приговорён к ссылке в г. Алма-Ата Казахской ССР, где вначале работал в Наркомате земледелия Казахской ССР заведующим сводно-плановым сектором.

В июне 1932 — член коллегии Наркомзема Казахской ССР, заведующий учётно-статистическим сектором. Старший научный сотрудник НИИ животноводства Казахской ССР.

С Февраля 1935 по декабрь 1936 — заместитель директора Института экономики сельского хозяйства НКЗ (Наркомзема) КССР.

Коллеги Нусинова по партийной работе были подвергнуты репрессиям в соответствии с "закрытым письмом ЦК ВКП(б) от 29 июня 1936 г."^[21] Так, директора Томского индустриального института А. М. Кашкина исключили из ВКП(б) со следующей формулировкой:" Как двурушник: в 1931 г. во время разгрома группы двурушников Нусинова и Коврайского Кашкин, будучи членом бюро Томского горкома ВКП(б), в составе которого состоял Нусинов, голосовал против исключения из партии члена этой антипартийной группы Изюмова, чем по сути дела продолжал проводить антипартийную линию группы Нусинова и Коврайского"^[22].

В Алма-Ате жил вместе с женой Фридой Вениаминовной Нусиновой, с 1934 г. работавшей певицей в Казрадиокомитете^[23]. Фрида Нусинова впоследствии проявила себя как выдающийся педагог, создатель осетинской вокальной школы. Она была одним из основателей музыкального училища в г. Орджоникидзе (ныне г. Владикавказ) Северной Осетии, много лет возглавляла вокальное отделение. Выпускники Ф.В. Нусиновой составили кадровую основу национального вокального искусства, благодаря чему в Северной Осетии был открыт оперный театр^[24]. В этом театре выступала оперная певица, в годы Второй Мировой войны служившая разведчицей в Германии, Нина Кануковна Едзиева. Она также работала педагогом на вокальном отделении Орджоникидзевского музыкального училища.

Ф.В. Нусинова удостоена звания народной артистки Северной Осетии^[25].

Исаак Нусинов был вновь арестован 23 декабря 1936 года УНКВД Алма-Атинской обл^[6].

4 февраля 1937 года еще до применения пыток на следствии признал, что он «с 1918 — участник к/р террористической организации правых». 16 сентября 1937 г. в письме на имя наркома внутренних дел КазССР Л. Б. Залина отказался от показаний^[26].

15 сентября 1937 года имя Нусинова было внесено в сталинский "расстрельный список" по Казахской ССР по 1-й категории (расстрел). Документ завизирован Сталиным и Молотовым.

В основе "списочного" порядка осуждения лежат упрощенные процедуры судопроизводства, введённые Постановлением ЦИК и СНК СССР 1.12.1934 г.^[27] Согласно ему, следствие по делам о террористических организациях должно было вестись в ускоренном порядке - до 10 дней, судебное слушание производиться без участия сторон и без вызова свидетелей. Не допускалось кассационного обжалования приговоров и подачи ходатайств о помиловании. Фактическим, но скрытым регулятором этого механизма осуждения выступало Политбюро ЦК ВКП(б). Последующее рассмотрение дел Военной Коллегией Верховного Суда (ВКС) СССР являлось профанацией судопроизводства, на деле это было оформление решения, заочно принятого Сталиным и его ближайшими соратниками по Политбюро, как правило Молотовым, Кагановичем, Ворошиловым.Списки, поступавшие к членам Политбюро, подготавливались в НКВД СССР, в частности 8 (учётно-регистрационным отделом) ГУГБ (Главного Управления Государственной Безопасности) НКВД СССР. Начальник 8 отдела ГУГБ НКВД СССР В. Е. Цесарский подписал и направил в Политбюро "расстрельный список", включающий И. С. Нусинова. Сам В. Цесарский был арестован 9.12.1938, обвинён по ст. 58-1б, 58-7, 58-8, 58-11 УК РСФСР (шпионская деятельность, участие в антисоветской группе правых, проведение подрывной деятельности) и расстрелян 21.04.1940.

И. Нусинов был этапирован в Москву^[28].

Осуждён Военной Коллегией Верховного Суда СССР 27.09.1937 года по стт. 58-7, 58-8, 58-11 УК РСФСР. Приговорён к высшей мере наказания и в тот же день расстрелян. Место захоронения — "могила невостребованных прахов" №1 крематория Донского кладбища г. Москвы^[29].

26 апреля 1958 года Военной Коллегией Верховного Суда СССР Нусинов Исаак Соломонович реабилитирован^[30].