Никонов, Ефим Прокопьевич

Ефим Никонов родился в селе Покровское-Рубцово в Подмосковье^[1], в семье крепостного крестьянина. Читать и писать не умел. Работал плотником на судостроительной верфи. В 1718 году (по другим данным, в 1719 году) подал царю Петру I челобитную, написанную для него «за малую мзду», в которой утверждал, что

По словам Никонова, это судно должно было «ходить в воде потаённо».

Изобретение также предлагалось дополнить водолазным костюмом из кожи. Предполагалась возможность выхода людей в подобных костюмах из «потаённого судна» для разрушения днища неприятельского корабля. Проект костюма содержал в себе основные элементы современного водолазного снаряжения. Его шлем представлял собой прочный деревянный бочонок со смотровым окошком напротив глаз. Скважины и отверстия должны быть «убиты» свинцом, к спине должен быть прикреплён груз со свинцом или песком. К проекту также прилагалась опись особых инструментов для работ «по провёртке» и «зажиганию» кораблей^[3].

В 1720—1721 годах по указанию Петра I Ефим Никонов сперва построил в Санкт-Петербурге действующую модель «потаённого судна». Её испытания прошли летом 1721 года в присутствии Петра I на Галерном дворе, находившемся на левом берегу реки Невы у впадения в неё реки Мойки. Затем, в 1721—1724 годах, изобретатель построил и полноразмерное подводное «потаённое судно», ставшее первой российской подводной лодкой. Для сооружения «потаённого судна» использовались доски, железные полосы, медные листы, кожа и другие материалы^[1]. Подводная лодка именовалась также «огненным судном», потому что её вооружение состояло из нескольких «зажигательных труб» («огненных труб»). Судно называлось «Морель».

Никонов являлся командиром экипажа из четырёх (по другим источникам — из пяти или восьми) человек, под его руководством осуществлялись пробные погружения.

Первые испытания судна прошли в 1724 году в присутствии Петра I и закончились аварией: при ударе о грунт дно корабля оказалось проломлено.

После смерти императора в начале 1725 года Никонов лишился покровителя. Весной 1725 года судно было спущено на воду после ремонта, но обнаруженная течь не позволила провести погружение. Третий раз Никонов испытывал своё судно в 1727 году, однако положительных результатов не последовало.

Никонов перестал получать техническую помощь для улучшения изобретения, ему отпускалось крайне ограниченное финансирование. В январе 1728 года он был разжалован из мастеров в простые «адмиралтейские работники» и сослан на Астраханскую верфь. Дальнейшие сведения о нём отсутствуют.

Ни чертежи, ни подробные описания первой подлодки не сохранились. Современные реконструкции «потаённого судна» делаются на основе исследования материалов, пошедших на постройку судна, некоторых архивных документов и служебной переписки.

Часто отмечают, что судно Ефима Никонова было слишком примитивным, чтобы успешно плавать под водой и тем более вести боевые действия. Однако исследователь, инженер-кораблестроитель Е. Е. Колосов полагает, что судно Никонова «по техническим решениям, заложенным в нём, являлось прообразом современной подводной лодки» и что сам Никонов, несмотря на неудачи, «в действии доказал возможность подводного плавания: летом 1721 года Ефим на своём „судне-модели“ всё же совершил два успешных погружения и всплытия на Неве»^[4].