Нелидова, Екатерина Ивановна

Екатерина родилась в 1758 году^[1] в селе Клемятино (Дорогобужский уезд Смоленской губернии) — дочь поручика Ивана Нелидова от брака с Анной Симоновой.

В 1765 году была принята в только что открытый Смольный институт, где рано обратила на себя внимание способностями к танцам и чрезвычайной грацией. По окончании института в 1775 году была награждена золотой медалью «второй величины» и вензелем императрицы.

Весёлый нрав и остроумие выделяли её среди выпускниц, что подтверждается словами Екатерины II: «Появление на горизонте девицы Нелидовой — феномен, который приеду наблюдать вблизи, в момент, когда этого всего менее будут ожидать». Маленького роста, изящная и пропорционально сложенная, она отнюдь не была красавицей. Князь Иван Долгоруков писал о ней: «Девушка умная, но лицом отменно дурна, благородной осанки, но короткого роста»^[2].

В спектакле «Служанка-госпожа» Перголези она изображала молодую служанку Сербину, которая путём хитростей вынудила своего господина жениться на ней. В 1773 году Екатерина II поручила Левицкому запечатлеть Нелидову в роли Сербины, танцующей менуэт^[3]. Газета откликнулась на великолепную игру 15-летней воспитанницы стихами, написанными Алексеем Ржевским:

Как ты, Нелидова, Сербину представляла,
 Ты маску Талии самой в лице являла,
 И, соглашая глас с движением лица,
 Приятность с действием и с чувствиями взоры,
 Пандолфу делая то ласки, то укоры,
 Пленила пением и мысли и сердца.
 Игра твоя жива, естественна, пристойна;
 Ты к зрителям в сердца и к славе путь нашла —
 Нелестной славы ты, Нелидова, достойна;
 Иль паче всякую хвалу ты превзошла!
 Не меньше мы твоей игрою восхищенны,
              Как чувствии прельщены
                               В нас
 Приятностью лица и остротою глаз.
 Естественной игрой ты всех ввела в забвенье:
 Всяк действие твое за истину считал;
 Всяк зависть ощущал к Пандолфу в то мгновенье,
 И всякий в месте быть Пандолфовом желал.

В 1776 году назначена фрейлиной к великой княгине Наталье Алексеевне, после её смерти в 1777 году — к великой княгине Марии Фёдоровне. Была награждена орденом Екатерины малого креста 5 апреля 1797 года.

С восшествием на престол Павла I Нелидова становится камер-фрейлиной. Как утверждают, связь их была чисто нравственная, отчасти на религиозно-мистической подкладке, благодаря чему получила со временем одобрение самой императрицы Марии Фёдоровны^[4]. По словам императора, его соединяла с Нелидовой «дружба священная и нежная, но невинная и чистая». Научившись управлять своенравным Павлом, она заявляла, что «сам Бог предназначил её» охранять государя и руководить им для общего блага^[5].

С 1795 года придворные интриги уменьшили влияние Нелидовой на наследника престола, зато возросло доверие к ней цесаревны, заключившей с ней «настоящий дружественный союз для блага любимого обеими человека»^[5]. В 1796 году произошла с Павлом размолвка, и Нелидова уединилась в Смольном, где она обосновалась ещё раньше, и только на время приезжала ко двору.

В первые два года правления Павла некоторые придворные должности были заняты её друзьями и родственниками (братья Куракины, Буксгевден, Аркадий Нелидов, Плещеев и др.). Она не раз спасала невинных от гнева императора; иногда ей случалось оказывать покровительство самой императрице; она успела отклонить Павла Петровича от уничтожения ордена Святого Георгия Победоносца. Как пишет великий князь Николай Михайлович, Нелидова

В 1798 году Кутайсов, Ростопчин и другие враги императрицы внушили Павлу I, что он находится под опекой супруги и её камер-фрейлины, царствующих его именем, и устроили замену Нелидовой более молодой и чувственной Лопухиной. Как только та переехала в столицу, Нелидова удалилась в Смольный монастырь.

Вскоре ей пришлось испытать на себе немилость «сердечного друга». Император был разгневан её заступничеством за императрицу, которую он хотел отправить на жительство в Холмогоры. После высылки из Петербурга в эстляндский замок Лоде графини Буксгевден, любимой подруги Нелидовой, последняя в сентябре 1798 года тоже удалилась под Ревель и только в начале 1800 года испросила позволение вернуться в Смольный.

Смерть Павла I очень потрясла отставную фаворитку; она быстро состарилась и поседела. Её дружба с императрицей продолжалась до смерти последней, и голос её имел определённый вес в делах царской семьи. Вернувшись в 1801 году в Санкт-Петербург, в Смольный монастырь она помогала императрице Марии Фёдоровне в управлении воспитательными учреждениями.

После смерти Марии Фёдоровны всеми забытая фрейлина доживала свой век в Смольном, по словам Николая Михайловича, «сохранив до конца своеобразный пылкий ум, продолжая пленять своей беседой, но в то же время доставляя много неприятностей близким своей ворчливостью и требовательностью»^[5]. Она скончалась в возрасте 82 лет на руках своей любимой племянницы и воспитанницы, княгини Александры Трубецкой (урожденной Нелидовой, жены Никиты Трубецкого).

Похоронена на Большеохтинском кладбище напротив милого её сердцу Смольного. Могила Нелидовой в настоящее время утеряна. Запись о захоронении - ЦГИА СПб, ф.641, опись 1, дело 11, стр.151.

Личные бумаги Нелидовой, включая переписку с императрицей, были опубликованы княгиней Елизаветой Трубецкой. Дневник Нелидовой был конфискован после её смерти и доставлен для прочтения Николаю I, дальнейшая его судьба неизвестна.

• Союз спасения — актриса Лариса Малеванная.

• Екатерина. Самозванцы — актриса Диана Милютина.