Международные принципы применения прав человека к надзору за коммуникациями

Создание принципов стало результатом встречи более 40 экспертов в области частной жизни и безопасности в Брюсселе в октябре 2012 года. После первоначальных консультаций в декабре 2012 года прошла вторая встреча в Рио-де-Жанейро с участием специального докладчика ООН^[7]. Затем проходили консультации в течение нескольких месяцев посредством телеконференций (с января по май 2013 года)^[8].

Процесс подготовки документа, осуществляемый при поддержке Access Now, Фонд электронной границы и Privacy International, а также целого ряда нон-профит и адвокатских организаций, правозащитников и активистов в сфере частной жизни, был завершён и впервые опубликован онлайн 10 июля 2013 года на сайте www.necessaryandproportionate.org^[9].

В сентябре 2013 года на 24-й сессии Совета ООН по правам человека в Женеве принципы были официально представлены.

В настоящее время принципы были приняты более чем 400 организациями по всему миру. Глобализация принятия потребовала внесения ряда, в основном редакционных, изменений в текст документа с целью его перевода (март—май 2014 года)^[2].

Смысл и назначение принципов остались неизменными — окончательная авторитетная версия была опубликована в мае 2014 года^[2].

Первая публикация принципов последовала за докладом специального докладчика ООН по вопросам свободы выражения мнений и мнений в апреле 2013 года, где подчёркивалось: широкая практика государств по осуществлению надзора за коммуникациями серьёзно подрывает возможность граждан вести частную жизнь, свободно выражать мнение и пользоваться другими фундаментальными правами человека^[10].

В июле 2013 года Верховный комиссар ООН по правам человека также подчеркнул необходимость применения международных стандартов в сфере прав человека и демократических гарантий к деятельности по надзору и правоохранительной деятельности: «Хоть озабоченность проблемами национальной безопасности и преступности может оправдывать исключительное и узконаправленное применение программ надзора, надзор без соответствующих гарантий в отношении права на частную жизнь ведёт к риску негативного влияния на осуществление прав человека и основных свобод»^[11].

Цель принципов — предоставить гражданскому обществу, государствам, судам, законодательным и регулирующим органам, промышленности и другим заинтересованным сторонам рамочную систему для оценки того, соответствуют ли существующие или предлагаемые законы о надзоре международным стандартам по правам человека^[9].

Актуальность их появления связана с тем, что ключевые элементы защиты частной жизни были ослаблены развитием технологий, и возникла необходимость усилить правовые гарантии, чтобы вернуть защиту прав человека на уровень, существовавший до цифровой эпохи^[9].

Ниже приводится краткое изложение документа. Все упомянутые в разделе тексты взяты из самого документа, если не указано иное^[2].

Преамбула документа признаёт, что надзор за коммуникациями вмешивается в право на частную жизнь, поэтому его применение возможно только при наличии законного основания, необходимости для достижения легитимной цели и соразмерности^[3][4][5]. В документе отмечается, что современное законодательство о правах человека не успевает за развитием технологий и что увеличение числа случаев доступа к содержанию коммуникаций и метаданным несёт угрозу правам, поскольку государства не устанавливают достаточных ограничений на дальнейшее использование этих данных^[12][13].

Для правильного применения документа требуется рассматривать его как часть большего рамочного механизма, а не как набор отдельных принципов. Применение документа распространяется как на территорию государств, так и на действия за её пределами вне зависимости от цели.

Документ предназначен для защиты личности от вмешательства государства, а также указывает на обязательства государств по защите своих граждан от действий негосударственных акторов^[14].

При несоблюдении этих принципов государство может не выполнять свои международные обязательства по правам человека. Именно этими принципами формулируются обязанности государств при осуществлении надзора за коммуникациями^[14].

В данном разделе документа подчёркивается необходимость корректной интерпретации используемых терминов. Отмечается, что многие юридические определения отстают от технологических изменений. Принципы указывают, что в современных условиях различие между «содержанием» и «несодержательной» информацией теряет смысл — защита должна быть распространена на все виды вмешательства.

Любое ограничение международных прав человека должно быть закреплено в законе. О любом новом законе, ограничивающем такие права, должно быть своевременно объявлено. Закон должен быть ясен и регулярно пересматриваться, чтобы учитывать развитие технологий.

Надзор за коммуникациями должен осуществляться только разрешёнными государственными властями в случаях, необходимых для демократического общества. Не допускается использование надзора с целью дискриминации.

Законы о надзоре должны ограничиваться только случаями, когда это необходимо для достижения легитимной цели, либо, если существуют альтернативы, надзор должен быть наименее вмешивающейся мерой в международные права человека. Бремя доказывания необходимости возлагается на государство^[15].

Любой надзор за коммуникациями, разрешённый законом, должен соответствовать легитимной цели, ради которой он осуществлён.

Поскольку надзор за коммуникациями является высоким вмешательством, необходимо учитывать степень чувствительности ситуации. Государство должно доказать следующее до начала надзора:

• Высока вероятность совершения тяжкого преступления или явная угроза.
• Велика вероятность получения релевантных доказательств.
• Все менее инвазивные методы исчерпаны, а надзор — наименее вмешивающийся способ.
• Собирается только информация, имеющая прямое отношение к делу.
• Лишняя информация уничтожается или возвращается.
• Доступом к информации обладает только уполномоченный орган и только по прямому назначению.
• Разрешение на надзор не должно подрывать право на частную жизнь или другие основные свободы.

Решение о допустимости надзора должно приниматься независимым и компетентным судебным органом.

Каждому обеспечивается право на справедливое и публичное разбирательство в разумный срок компетентным судом. Под принципом надлежащей процедуры понимается также «процессуальная справедливость» и «естественное право»^[16][17].

Субъекты надзора должны иметь возможность оспорить решение о его применении. Материалы по заявке на надзор должны быть доступны для ознакомления. Задержка допускается только если уведомление может сорвать цели надзора, и только с одобрения судебного органа.

Информация о применении и объёме надзора должна быть доступна по запросу. Государства обязаны предоставлять сведения для понимания масштабов надзора и публиковать реестры запросов.

Государства должны учреждать независимые органы для обзора практики надзора, обеспечения прозрачности и ответственности. Такие органы должны иметь полный доступ к соответствующей информации и возможность публично давать оценку законности действий. В пример приводится Великобритания и Комиссар по перехвату коммуникаций^[18].

Государства не должны требовать от операторов связи либо производителей техники и ПО интеграции функций для перехвата/мониторинга в свои системы. Пользователи имеют право сохранять анонимность^[10].

В случае заключения договора о взаимной правовой помощи (MLAT) или других соглашений с конкуренцией юрисдикций должны применяться те законы, которые дают наибольшую степень защиты. MLAT’ы должны быть прозрачными, открытыми и гарантировать процессуальные права.

Надзор за коммуникациями со стороны третьих лиц должен быть запрещён и наказываться. Должна быть предусмотрена защита осведомителей. Информация, полученная с нарушением принципов, не должна использоваться как доказательство. После использования по назначению вся собранная информация должна быть немедленно уничтожена или возвращена.

В октябре 2013 года Принципы были использованы в заявлении перед специальной комиссией Президента США по вопросам разведки и технологий коммуникаций; было отмечено, что «в мире сложных технологий разделение между „метаданными“ и иной информацией становится неочевидным»^[19][20].

Центр демократии и технологий выпустил отчёт, где указал на сходство Принципов с инициативой ведущих IT-компаний (AOL, Apple, Google, LinkedIn, Microsoft, Yahoo! и др.) от 9 декабря 2013 года^[21].

В поддержку принципов выступили уже более 400 организаций со всего мира, свыше 40 экспертов, учёных, общественных и политических деятелей из более чем 17 стран, а также представители избранных органов власти или политических партий из 5 государств^[22].

В настоящее время Принципы используются в качестве модели реформирования законодательства о надзоре и страховой политики по всему миру, а также как эталон для оценки соответствия государственных практик надзора международным правам человека^[23].

• Access Now
• Article 19
• Arab Digital Expression Foundation
• Australian Privacy Foundation
• Association for Progressive Communications
• Bolo Bhi
• Chaos Computer Club
• Centre for Internet and Society (India)
• Center for Technology and Society at Fundação Getulio Vargas
• ContingenteMX
• Digitale Gesellschaft
• Digitalcourage
• Electronic Frontier Foundation
• Human Rights Watch
• Международная федерация библиотечных ассоциаций и учреждений
• La Quadrature du Net
• European Digital Rights
• Fundación Vía Libre
• OpenMedia.ca
• Open Rights Group
• PEN International
• Reporters Without Borders
• Canadian Internet Policy and Public Interest Clinic
• SHARE Foundation
• Privacy International