Красненькая биеннале 2024

24—25 августа 2024 года^[3].

«Р.И.М.: разрушительная интервенция моря»^[3]. Прочтение темы с точки зрения альтер-эго художника: адвоката или прокурора^[4].

Арт-объект являлся размышлением художника о библейской идее спасения или надежды на него. Автор работы обратилась к строкам из Библии: «Идите за Мной, и Я сделаю вас ловцами человеков (Евангелие от Матфея, 4:19)» "Иисус предложил рыбакам оставить свои сети и начать новую жизнь. Он подарил им новую необычную сеть из различных речений и связных притч, дивных чудес и многообраных поучений и сказал: «Я даю вам сеть, чтобы, захватив разумных человеков, она могла в своих складках бережно сохранять этот улов в полной безопасности». Выступая адвокатом, художница своей работой наделяла человечество надеждой на спасение, оставляла место чуду, божественному пришествию, внезапной внутренней трансформации.

Проект был выполнен в виде жёлтых рук, застывших в траве над рекой.

Интерактивная инсталляция была представлена плавающими в реке объектами в виде инородных форм жизни, которые течение прибивало к берегу. На берегу художник предлагал зрителю на выбор — или оставить неизвестный организм на суше, или взять палку и оттолкнуть организм обратно в реку. Автор отказался от принятия стороны адвоката или прокурора и дал возможность выбрать роль зрителям: постараться принять «чужое» или оттолкнуть, не предпринимая попытку понять.

Инсталляция представляла собой конструкцию из металлического профиля, похожую на комнату-лабиринт. «Стены» комнаты состояли из длинных разноразмерных прямоугольников мягкого зеркала и фотографий. К центру лабиринта количество зеркал увеличивалось. Зритель, заходя внутрь инсталляции, пытался разглядеть своё отражение в узких лентах зеркал, вглядывался в фрагменты фотографий, и только «погрузившись на самое дно», мог увидеть себя целиком.

Проект был выполнен в форме клетки, стены которой были покрыты плотным слоем лент от видеокассет. В клетке стояла грубо сколоченная лестница, упирающаяся в глухую крышу, а также табурет, на котором невозможно сидеть. Шуршащие от ветра ленты создавали фоновый шум, а из под жёлтой крышки на полу слышался другой звук. Отодвигая крышку становилось ясно, что внизу есть ещё одна лестница, ещё один уровень — глубже и темнее.

Работа художницы являлась рефлексией на роман японского писателя Кобо Абэ, в котором автор в гротескной форме повествовал о судьбах человечества, стоящего на пороге ядерной или экологической катастрофы. Выступая прокурором, художница своей работой предвещала катастрофу, как единственную возможность изменить социальное пространство, трансформируя антиутопию в реальность.

На работе с помощью полосок скотча было изображено число 785 римскими цифрами, как некий пример достижений европейской цивилизации. Зрители могли отрывать полоски скотча и обнаружить под ними то же число 785, но написанное арабскими цифрами, показывающее возрастающее влияние восточных стран и религий в мире.

Работа была представлена в виде двух гвардейцев, которые находятся в почётном карауле у могилы домашнего питомца. Так как гвардейцы почётного караула обычно ассоциируются с государством, защитой, в контексте могилы пёсика работа создавала парадоксальный образ, который смешивал высокие военные торжественные традиции с обыденным и трогательным аспектом жизни — потерей любимого питомца. Работа вызывала размышления о смерти и памяти, а также имела иронический подтекст, намёк на несоответствие между официальной церемониальностью и «мелкой», не заслуживающей высокого внимания, темой.

Эта работа рефлексия на фильм «Тихое место. День первый» режиссёра Майкла Сарноски.

Проект был представлен в виде книги А5, сшитой вручную, с вклеенной картой А2. На страницах были приклеены образцы цветов и листьев, собранных на берегах Красненькой речки.

Текстильный арт-объект «Шкала волнения» предоставлял зрителю возможность оценить свой уровень волнения, воткнув булавку на подходящем уровне — от штиля до шторма.

Для проекта «Море внутри» художница заполнила наполовину водой два аквариума. В каждый был погружен «фрагмент стены» (имитация оштукатуренный стены, вырубленной из места), на которой была нарисована картинка — пейзаж берегов Красненькой. Половина изображения, погруженная в воду, в ходе акции размывалась и исчезала.

Художница использовала в работе цепочку с бубенчиками, где бубенчики символизировали короткий сигнал — точку в Азбуке Морзе, а трубочки — длинный, тире. Автор оставил зрителю право самостоятельно трактовать послание.

Рядом с водой был расположен объект-город. Зритель выступал в роли водной стихии, у которой есть выбор как поступить с городом, стать вершителем его судьбы — можно было устроить в «городе» потоп, наводнение, лёгкий дождик или просто оставить всё как есть. Поблизости были расположены различные предметы и ёмкости, которые можно было использовать — бутылки с дырками, кружки, поварёшка, цветочный горшок, губки и т. д. Зритель мог занять сторону разрушительной или созидательной стихии.

Инсталляция представляла собой замотанные белой фасадной сеткой руинированные бетонные блоки с возвышающимися над ними силуэтами архитектурных элементов, изготовленных из проволоки и так же покрытых сеткой. Центральным элементом композиции стал образ полуразрушенной арки, стилистически напоминающий арку триумфальную. Работа является отсылкой к работе Христо и Жанны-Клод — L’Arc de Triomphe, Wrapped (Триумфальная арка, обмотанная тканью). Автор объяснил, что аккуратно заматывая бетонные блоки сеткой, создавая ею складки и драпировки, он якобы консервировал образ посткатастрофы, идеализирую разрушения, которые эта катастрофа принесла и ставлю точку: триумфальная арка разрушена и это есть следствие важных исторических событий; нам остались лишь триумфальные руины, которые навек сохраняются таковыми в память о минувшем.

Работа представляла собой вырезки из газет XVIII—XIX века сделанные в керамике. Автор использовала заметки про наводнения в Петербурге.

Проект представлял из себя лестницу, устремленную к небу. Художник ставил вопросы «Что с этой лестницей не так?», «Она высится на середине реки, будто наводнение уже произошло. Путь к спасению очевиден, но как им воспользоваться?».

В проекте использовалась рубашка, как метафора человеческой жизни, подверженной воздействию времени и внешних факторов, символ личности и индивидуальности, испытывающей влияние времени и внешних обстоятельств. Сетчатая структура рубашки подчеркивала хрупкость и уязвимость человеческой сущности, а также её способность к изменениям. Белая краска, скрывающая и одновременно обнажающая сетку, символизировала процесс внутреннего очищения и обновления, представляя конец одного цикла и начало нового.

Художница создала три объекта, погружённые в воду и траву, светящиеся в темноте. Знаки и нарратив города на фоне гиперобъектов промзоны вступали в диссонанс и начинали звучать нетривиально: на фоне реки и луговой травы знаки, по задумке автора, приобретали постапокалиптический привкус высказывания, созвучный заданной теме выставки.

Работа была представлена в виде тени от рыб на зыбкой поверхности воды. Для создания силуэтов рыб художница использовала материалы, найденные вдоль берега реки, а также карты и архивные фотографий наводнений 1824 и 1924 годов в Петербурге. Используя двойную метафору теней от рыб, которые сами по себе являются символом бессознательного, автор проекта предлагала зрителям посмотреть в собственную тень, всплывающую на поверхность во время буйства стихии.

За основу своей работы художница взяла историю жизни своего родственника по имени Оскар, который 100 лет назад оставил родной дом и отправился за лучшей жизнью в другую страну. Имея большие надежды на будущее, он сел на Титаник. Автор проекта задавалась вопросами: «Было бы для Оскара лучше никуда не уезжать и остаться дома?» «Возможно ли убежать от судьбы или же везде есть все шансы попасть на Титаник?», «Может ли катастрофа стать брендом?» «Был бы так интересен Оскар, обладатель, возможно, самой заурядной жизни на свете, если бы не его гибель в грандиозном кораблекрушении?». Работа представляла собой чемодан с привязанным камнем на берегу, как размышление о теме миграции, судьбе, доме и образе катастрофы.

Работа в формате дополненной реальности. Объект дополненной реальности наводил зрителей на мысли о нематериальном будущем в пространстве интернет-эстетики и предлагал попробовать выстроить взаимосвязи с существующей действительностью или предаться эскапизму.

Проект представлял собой прогулку, на протяжении которой художник случайным образом выбирал между Лиговским каналом, течение которого может затопить город и рекой Красненькой, которая выводит воду из города. Подходя к реке, автор проекта с помощью бота рандомайзера определял стоит ему набирать воду или нет. Таким образом художник примерял роли: и адвоката, вычерпывая воду из Лиговского канала или бездействуя у Красненькой речки, и прокурора, добавляя воду в Лиговский канал или бездействуя и становясь молчаливым соучастником потопа. Протяженность проекта составила 24 километра.

Перформанс представлял собой многослойный акт взаимодействия человека и окружающего мира, связанный с пребыванием в палатке на берегу реки Красненькая. Странствующий Тибетский Галерист устанавливал на берегу реки палатку. Галерист, как и сама палатка стремились стать частью окружающей среды, но сохраняли в себе элемент иного, чужого. Паспорт галериста с отметкой «Alien» (чужой) подчеркивал ощущение инаковости. Галерист собирал защитные символы для своего жилища, наполняя его амулетами и артефактами, привезенными из его странствий.

Перформанс строился на взаимодействии с пространством и людьми. В кульминации перформанса Галерист проводил спиритический сеанс, используя карандаши красного цвета, чтобы призвать силы, связывающие его с пространством. Затем шёл к месту падения самолета, чтобы посеять цветы, проводя символический акт созидания на месте разрушения.

Завершение перформанса осталось открытым…

Работа представляла собой натюрморт оставленного пикника, которому остаётся только медленное погружение, чтобы пополнить собой слой мусорной почвы. Развивающиеся на деревьях белые пакеты символизировали флаги капитуляции, поднятые в последний момент столкновения со стихией.

Проект представлял собой сигнальный флаг военно-морского флота (чёрный круг на белом фоне), обозначающий «мину», который был подвешен на деревянной Т-образной балке и установлен рядом с берегом Красненькой речки. На закате, с определённой точки обзора, видно было, как заходящее солнце заходит за сигнальный флаг, сливаясь с чёрным кругом на нём.

Принты изображали «допотопных» представителей флоры и фауны, как напоминание о том, что после наводнения останутся только окаменелости. Из представленных отпечатков, размытых образов зрителю предлагалось отыскать связь, составить свой портрет прошлого до катастрофы. В технике высокой печати были представлены изображения как вымышленных образов, так и найденные на местности артефакты^[5].