Колвин, Мэри

Мари Колвин родилась в Астории, Квинс, Нью-Йорк, и выросла в Восточном Норидже в городе Ойстер-Бэй, округ Нассау, на Лонг-Айленде. Её отец, Уильям Дж. Колвин (William J. Colvin), был ветераном морской пехоты Второй мировой войны и учителем английского языка в государственных школах Нью-Йорка. Он также принимал активное участие в демократической политике в округе Нассау. Он служил заместителем исполнительной власти округа при Юджин Никерсон (Eugene Nickerson). Её мать, Розмари Маррон Колвин, была школьным консультантом в государственных школах Лонг-Айленда. У неё было два брата и две сестры — Уильям, Майкл, Эйлин и Кэтрин^[5]. Она окончила среднюю школу Ойстер-Бэй в 1974 году^[6]. Она провела младший курс средней школы за границей по программе обмена в Бразилии, а затем посещала Йельский университет. Она была специалистом в области антропологии, но прошла курс обучения у писателя, получившего Пулитцеровскую премию, Джона Херси. Она также начала писать для студенческой газеты Yale Daily News «и решила стать журналистом», как сказала её мать. Она окончила университет со степенью бакалавра в области антропологии в 1978 году^[7][8]. Во время учёбы в Йельском университете Колвин была известна как сильная личность и быстро зарекомендовала себя как «создатель шума» в кампусе^[9].

Колвин некоторое время работала в профсоюзе в Нью-Йорке, прежде чем начала свою журналистскую карьеру в United Press International (UPI), через год после окончания Йельского университета^[10]. Сначала она работала в UPI в Трентоне, затем в Нью-Йорке и Вашингтоне. В 1984 году Колвин была назначена менеджером парижского бюро UPI, а затем перешла в The Sunday Times в 1985 году^[11].

С 1986 года она была корреспондентом газеты на Ближнем Востоке, а с 1995 года — корреспондентом по иностранным делам. В 1986 году она впервые взяла интервью у ливийского лидера Муаммара Каддафи после операции «Каньон Эльдорадо»^[12]. Каддафи сказал в этом интервью, что он был дома, когда американские самолёты бомбили Триполи в апреле 1986 года, и что он помог спасти свою жену и детей, когда «дом обрушился вокруг нас». Каддафи также сказал, что примирение между Ливией и Соединёнными Штатами было невозможно, пока Рейган находится в Белом доме. «Мне нечего ему сказать (Рональд Рейган)», — сказал он, — «потому что он безумен. Он глупый. Он израильский пёс».

В мае 1988 года Колвин появилась на канале Channel 4, на программе After Dark, вместе с Антоном Шаммасом, Джеральд Кауфмана, Моше Амирав, Надей Хиджаб и другими.

Специализируясь на Ближнем Востоке, она также освещала конфликты в Чечне, Косово, Сьерра-Леоне, Зимбабве, Шри-Ланке и Восточном Тиморе. В 1999 году в Восточном Тиморе ей приписали спасение жизней 1500 женщин и детей из комплекса, осаждённого силами, поддерживаемыми Индонезией. Отказавшись их оставить, она осталась в составе сил Организации Объединённых Наций и делала репортажи в своей газете и по телевидению. Они были эвакуированы через четыре дня. Она получила награду Международного женского медиа-фонда за Смелость в журналистике за освещение Косово и Чечни^[13][14][15]. Она написала и спродюсировала документальные фильмы, включая «Арафат: За мифом для BBC»^[16]. В 2005 году она была показана в документальном фильме Bearing witness.

16 апреля 2001 года Колвин потеряла зрение в левом глазу из-за взрыва гранатомёта из шри-ланкийской армии (РПГ), когда она переходила из зоны, контролируемой тамильскими тиграми, в контролируемый правительством район; после этого она носила повязку на глаз^[17][18].

На неё напали даже после крика «журналист, журналист!» во время репортажей о гражданской войне в Шри-Ланке^{[19][20][21][22]}. Она сказала Линдси Хилсум из Channel 4 News, что её злоумышленник «знал, что он делает»^[23]. Несмотря на серьёзные травмы, Колвин, которой тогда было 44 года, удалось вовремя написать статью из 3000 слов, чтобы уложиться в срок^[24]. Она прошла более 30 миль через джунгли Ванни со своими тамильскими гидами, чтобы избежать правительственных войск; она сообщила о гуманитарной катастрофе в северном тамильском регионе, включая правительственную блокаду продовольствия, медикаментов и предотвращение доступа иностранных журналистов в этот район в течение шести лет для освещения войны^[22][23]. Позже Колвин перенесла посттравматическое стрессовое расстройство, потребовавшее госпитализации после её травм. Она также была свидетелем и посредником в последние дни войны в Шри-Ланке и сообщала о военных преступлениях против тамилов, совершённых на этом этапе^[22]. После её ранения несколько дней спустя правительство Шри-Ланки заявило, что оно позволит иностранным журналистам путешествовать в зонах, удерживаемых повстанцами. Директор правительственной информации Ария Рубасингхе заявила, что «журналисты могут приходить, мы им не запрещаем находиться, но они должны полностью осознавать и принимать риск для своей жизни»^[25].

В 2011 году, когда она освещала «арабскую весну» в Тунисе, Египте и Ливии, ей предложили ещё раз взять интервью у Каддафи вместе с двумя другими журналистами, которых она могла выдвинуть. Для первого международного интервью Каддафи с начала войны Колвин взяла с собой Кристиана Аманпура из ABC News^[26] и Джереми Боуэна из BBC News^[27]. Колвин отметила, что важно пролить свет на «человечество в экстремальных невыносимых условиях», заявив: «Моя работа — свидетельствовать. Меня никогда не интересовало, что за самолёт только что бомбил деревню, и стреляла ли артиллерия 120 мм или 155 мм».

Колвин дважды была замужем за журналистом Патриком Бишопом; оба брака закончились разводом. Она также вышла замуж за боливийского журналиста Хуана Карлоса Гукумио, который был корреспондентом испанской газеты El País в Бейруте во время гражданской войны в Ливане. Он покончил жизнь самоубийством в феврале 2002 года в Боливии в результате проблем с депрессией и алкоголизмом.

Колвин проживала в Хаммерсмите, Западный Лондон^[28].

В феврале 2012 года Колвин въехала в Сирию на заднем сиденье мотоцикла для мотокросса, игнорируя попытки правительства Сирии не допустить въезда иностранных журналистов в Сирию для освещения сирийской гражданской войны без разрешения. Колвин была размещена в западном районе Баба Амр города Хомс, и её последняя трансляция состоялась вечером 21 февраля, появившись на BBC, Channel 4, CNN и ITN News через спутниковый телефон^[28]. Она рассказала о «беспощадных» обстрелах и снайперских атаках на гражданские здания и людей на улицах Хомса со стороны сирийских сил. В разговоре с Андерсоном Купером Колвин назвала бомбардировку Хомса худшим конфликтом, который она когда-либо испытывала^[29].

Колвин умерла вместе с отмеченным наградами французским фотографом Реми Ошликом. Вскрытие, проведённое сирийским правительством в Дамаске, показало, что Мари Колвин была убита «самодельным взрывным устройством, заполненным гвоздями»^[30]. Сирийское правительство утверждает, что взрывное устройство было заложено террористами 22 февраля 2012 года, когда они бежали из неофициального здания СМИ, которое обстреливало сирийская армия^[20][31][32]. Это утверждение было отвергнуто фотографом Полом Конроем, который был с Колвин и Ошликом и пережил атаку. Конрой вспомнил, что Колвин и Ошлик упаковывали своё снаряжение, когда огонь сирийской артиллерии поразил их медиацентр^[33].

Журналист Жан-Пьер Перрен и другие источники сообщили, что здание было атаковано сирийской армией и идентифицировано с использованием сигналов спутниковой связи^[34][35]. Их команда планировала стратегию выхода за несколько часов до этого^[23].

Вечером 22 февраля 2012 года жители Хомса скорбели на улицах в честь Колвин и Ошлика. После её смерти в медиаиндустрии и политическом мире воздали ей дань уважения^[36][37].

При Колвин находилось её личное имущество. Сюда входил рюкзак с основными принадлежностями и рукопись на 387 страниц, написанная её давним другом Джеральдом Уивером. Сестра Колвин, Кэтлин Кэт Колвин вместе с Шоном Райаном, тогдашним иностранным редактором The Sunday Times, помогли опубликовать его книгу^[38][39][40].

12 марта 2012 года в Ойстер-Бэй, штат Нью-Йорк, состоялись похороны Колвин, на которых присутствовали 300 скорбящих, включая тех, кто следил за её рассылкой, друзей и семью^[41]. Её кремировали, и половина её пепла была разбросана по Лонг-Айленду, а другая половина — по Темзе, возле её последнего дома^[42].

В июле 2016 года Кэт Колвин подала гражданский иск против правительства Сирийской Арабской Республики за внесудебное убийство, утверждая, что она получила доказательство того, что сирийское правительство прямо приказало убить Колвин^[43]. В апреле 2018 года обвинения были раскрыты в судебных документах, поданных её семьёй^[44]. В январе 2019 года американский суд постановил, что правительство Сирии несёт ответственность за смерть Колвин, и распорядился выплатить 300 миллионов долларов в качестве штрафных убытков. В постановлении указывалось, что за Колвин «специально охотились из-за её профессии, чтобы заставить замолчать тех, кто сообщает о растущем оппозиционном движении в стране. Убийство журналистов, действующих в своём профессиональном качестве, может оказать негативное влияние на освещение таких событий во всем мире. Целенаправленное убийство американской гражданки, чья храбрая работа была не только значительна, но и жизненно важна для нашего понимания военных зон и войн в целом, является возмутительным, и поэтому оправданным является наказание в виде штрафных санкций, которое увеличивает воздействие на ответственное государство».^[45][46]

В 2018 году был выпущен фильм «Частная война», основанный на жизни Колвин, режиссёра Мэтью Хейнемана, написанный Араш Амель. В главной роли Колвин снялась Розамунд Пайк. Фильм основан на статье Marie Colvin’s Private War 2012 года в Vanity Fair Magazine написанной Мари Бреннер^{[47][48][49][50][51]}.

• 2000 — журналист года, Ассоциация иностранной прессы
• 2000 — Мужество в журналистике, Международный женский медиа фонд
• 2001 — Иностранный репортёр года, British Press Awards
• 2009 — Иностранный репортёр года, British Press Awards
• 2012 — премия Анны Политковской, (RAW in WAR)
• 2012 — Иностранный репортёр года, British Press Awards