Иванов, Константин Васильевич (поэт)

Родился в крестьянской семье чувашского рода Пртта (чуваш. "Пăртта"). В роду ценилось образование — дед, тётка по отцу, многие родственники были грамотны. Отец был одним из богатых людей в округе, в хозяйстве использовал знания по агрономии и экономике^[2].

С восьми лет посещал сельскую начальную школу, которую закончил в 1902 году, учился в Белебеевском городском училище. Затем отец устроил его в подготовительный класс Симбирской чувашской учительской («яковлевской») школы^[3].

Через 2 года стал учащимся 1-го класса (курса) центрального чувашского образовательного центра в Симбирске.

Здесь Иванов увлекается литературой, много читает произведений по русской и западноевропейской культурам, проявляет интерес к живописи, скульптуре. Д. Петров-Юман вспоминает о встречах с поэтом^[4]:

Выезжая домой на каникулы, записывал семейные предания и воспоминания стариков-односельчан, тексты заговоров, народных молений. Впоследствии всё это наложило огромный опечаток на его понимание национальной самобытности художественного творчества народа.

Работа над переводами «Псалтыри» и др. религиозных текстов по просьбе И. Яковлева также сыграла большую роль в формировании мировоззрения писателя^[5].

В становлении личности Иванова значительную роль сыграла его тяга к живописи — он даже готовился поступить в Академию художеств, оовладел фотографическим мастерством — на его снимках запечатлены многие эпизоды из симбирского периода жизни.

На события 1905—1907 годов он выпускает «чувашскую марсельезу» («Вставай, подымайся, чувашский народ!»). За участие в революционных митингах Яковлев вынужден распустить 1-й класс.

Позже, Яковлев привлекает Иванова для работы в комиссии по переводу к изданию книг на чувашском языке. В сентябре-декабре он переводит стихотворения М. Ю. Лермонтова «Узник», «Волны и люди», «Парус», «Горные вершины», «Утёс», «Чаша жизни» и др., много сил отдаёт чувашскому переложению «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова». Им же переведены тогда отрывки из произведений Н. П. Огарёва, А. В. Кольцова, Н. А. Некрасова, а также отдельные стихи А. Н. Майкова, К. Д. Бальмонта^[5].

В 1907—08 гг. создаёт целый ряд оригинальных произведений: трагедию «Шуйттан чури» (Раб дьявола), баллады «Тимĕр тылă» (Железная мялка), «Тăлăх арăм» (Вдова), завершает поэму «Нарспи». К 40-летнему юбилею Симбирской чувашской учительской школы К. Иванов посвящает стихотворение «Хальхи самана» (Наше время). В 1908 году в Симбирске выходит книга «Чăваш халапĕсем» («Сказки предания чуваш»^[5]).

В 1909 году Иванов при Симбирской классической гимназии экстерном сдаёт экзамен на звание народного учителя рисования в женском двуклассном училище при учительской школе. Здесь реализовывает себя и как художник, и как переводчик, и как редактор, составитель, корректор. Поэт готовится к созданию либретто для оперы «Нарспи», переводит «Песнь песней», создаёт декорацию к сценам из оперы «Иван Сусанин».

Иванов известен не только как автор стихов, поэм, переводов классической русской литературы, но и как мастер портретной живописи, автор графических и скульптурных работ^[6]

В 1907—1908 годах издаются его сказки, баллады и поэма «Нарспи», которая считается наиболее совершенным из всех его поэтических творений. В ней повествуется о трагической любви бедняка Сетнера к девушке Нарспи, дочери богатых родителей. Глубокая ненависть к социальной несправедливости, мечта об освобождении чувашского народа от оков морали старого общества — вот основные мотивы творчества народного чувашского поэта.

Поэма «Нарспи» переведена на многие языки мира. В частности, на русский язык её перевёл Пётр Хузангай. По её мотивам создано несколько пьес, а на сцене Чувашского театра оперы и балета поставлена и опера.

На русском языке имеется шесть вариантов перевода таких поэтов, как: А. Петтоки, В. Паймен, П. Хузангай, Б. Иринин, А. Жаров, А. Смолин^[5].

Осенью 1914 года, заболев туберкулёзом, Иванов уехал к себе на Родину. Умер 13 марта 1915 года в возрасте 25 лет^[7].