Григорьев, Дмитрий Анатольевич

Окончил Химический факультет Ленинградского университета. Работал лаборантом, бетонщиком, плотником, мозаичником, художником-оформителем, мойщиком окон, оператором газовой котельной. Служил в звании старшего лейтенанта в Ленинградском полку химической защиты, участвовал в ликвидации последствий аварии Чернобыльской АЭС.

Начиная с 90-х работает как редактор, журналист и копирайтер. Был литературным редактором глянцевого журнала «Стильный» (2004-05), некоторое время представлял петербургских писателей в газете «Аргументы и Факты — Санкт-Петербург» (2007), в настоящее время работает в котельной и продолжает сотрудничать с рядом изданий.

В 2006-07 вёл литературный клуб «Дебют СПб» (организованный комитетом молодежной литературной премии «Дебют»)

Член Союза российских писателей, 9-й секции Союза писателей Санкт-Петербурга, Санкт-Петербургского отделения Международного Пен-клуба.

Лауреат поэтической премии им. Н. Заболоцкого (2006), лауреат Международного фестиваля «Поэзия без границ» (2020)^[1].

Живёт в Санкт-Петербурге.

В первой половине 80-х входил в литературную группу «Депрессионисты», участниками которой также были М. Кондратьев (Транк МК), Б. Пузыно, Вяч. Филиппов (В.Ртомкер). Основные лейтмотивы, объединяющие группу — игнорирование советской системы и философско-ироническое отношение к миру. В 1984-85 году группой были выпущены машинописные сборники «Модитен-депо» и «Правда о Кровавой Ейке».

В середине 80-х начал активно публиковаться в самиздате, в том числе в ведущих самиздатских журналах «Часы», «Обводный канал», «Митин журнал», был близок кругу «Клуба-81» (в 1986 г. стал его членом). В это же время Григорьев активно общался с московскими поэтами «Эпсилон-салона» Николаем Байтовым и Александром Барашем, которые размещали в своем журнале его прозу, намного больше тяготеющую к иронии и абсурду, чем стихи.

В начале 90-х стал одним из постоянных авторов журналов «Сумерки» (СПб) и «Черновик» (NY, USA). С середины 90-х публикует стихи и прозу в московской, петербургской, зарубежной периодике (журналы «Арион», «Черновик», «Нева», «Дружба народов», «Звезда» и др.)

В 1992 вышла первая книга «Стихи разных лет», включающая в себя несколько «книг» 1989-91, а в 1993 журнал «Лепта» опубликовал фантастическую повесть «Черный поезд» о взаимоотношениях с «другой реальностью» солдат и офицеров военной базы.

Борис Григорин в статье, посвященной первому поэтическому сборнику Григорьева отмечал: «Поэтическая рефлексия в его стихах выходит на высокий уровень обобщении не метафизически, как у Г.Айги, не силлогизмом, как у Г.Алексеева, не многозначительной хаотичностью А.Драгомощенко, не фразовым минимализмом В.Некрасова и сжатой дискретностью В.Земских, но каким-то другим, простым человеческим образом, условием любви (название раннего сборника). Простота этого условия в том, чтобы создать, увидеть мир, в котором сможешь устойчиво существовать, приспособить себя к нему стихами, найти новый контакт с вещами этого мира, притом на чувственном, а не только на метафизическом уровне… Это… магия, когда маленькое событие вырастает до картины мира, которую автор застает в данный момент……Эффект неизбежного (для маргиналий) присутствия белового текста и сообщает стихам Григорьева ту парадоксальную простоту, которая требует сопряжения различных систем восприятия, в конечном счете освобождает от обладания вещью, как от насилия над ней: „Над головой грохочет поезд,/ он мог меня сегодня увезти,/но мне важнее переход/ через пути“. И представляется, что петербургская поэзия может пойти не только правильно кушнеровским, завораживающе соснорвским или притягательно бродским путем, а — через…» (Григорин Б. Немного белил // Топка, СПб, 1997, № 4, С.264-271).

Григорьев. продолжает свою собственную линию «через пути» и в последующих поэтических книгах. «Образ в его стихах как будто сам рождается из движения фразы, — отмечает Валерий Шубинский в предисловии к „Другому фотографу“, — Но эта естественность не отменяет ремесленной (в высоком смысле слова) хватки, даже несколько „старомодной“. Дмитрий Григорьев строит стихи не как резчик по дереву, даже не как столяр — как плотник, сколачивающий из крупных досок простую и прочную конструкцию, которая, ко всеобщему удивлению, способна взлетать. И, собственно, поэтическое чудо в данном случае заключается в том, что переход в иной мир (мир, главное свойство которого — чудесная непредсказуемость), происходит там, где вроде и не должен происходить». «На мой взгляд, — отмечает В. Губайловский, — все дело в том, что на фоне общих называний и чистых цветов вдруг происходит перелом, переход на другой уровень релевантности — высказывание конкретизируется, становится сугубо личным, частным, а потому достоверным. И эта конкретность дарит доверием и общие вещи, и они тоже обретают жизнь. И фанерный самолет взлетает, потому ясно: в нем сидит человек».^[2]

Одновременно Григорьев продолжает работать с прозой. В 1995 вышел роман «Сторож ночи», который сам автор впоследствии назвал крайне неудачным. Следующее крупное произведение, роман «Господин ветер» вызвало многочисленные критические отклики, где Григорьева часто сравнивают с Пирсигом и Керуаком, классиками «дорожного» жанра. Ведь эта необычная книга представляет собой роман-дорогу: молодой малоизвестный музыкант по прозвищу Кристофер путешествует автостопом с Востока на Запад. Попутчики оказываются людьми совершенно разных профессий и социальных слоев. В сюжет построенный во многом на автобиографическом материале (больше трети своей жизни автор провел в путешествиях по странам Европы и Азии) плотно вплетены истории из современного фольклора, местные и выдуманные легенды.

«В 333 страницы, — пишет Сергей Бирюков, — Григорьев вогнал действительно целую жизнь, переплетенную со множеством других жизней. Крис движется по трассе, словно гонимый ветром судьбы, ветром поиска себя настоящего, и он сам становится этим ветром, он подчиняется потокам судьбы, словно древние даосы живущие под знаком ветра и потока»^[3]

«Сюжет „Господина Ветра“ словно извилистая дорога с многочисленными привалами. Временами роман делает крен в сторону приключенческой прозы, временами — в сторону „магического реализма“ питерского разлива, но трасса закладывает новый поворот, и очередной оазис скрывается за тучей пыли, поднятый случайным „КамАЗом“, подобравшим нашего героя»^[4]. (Владимирский В).

За романом последовали циклы рассказов, вошедшие в книги «Огненный дворник» и «Все цвета жизни». "Поэтическое восприятие придает еще одно измерение прозе Дмитрия Григорьева. Герой видит мир, «если не с лучшей стороны, то с наиболее ошеломляющей». Талант такого восприятия мира Пастернак назвал «детской моделью Вселенной». «Не будем по-петербуржски „провинциально“ сравнивать, — пишет Б. Григорин в предисловии к книге „Огненный дворник“ — но то, что для Пелевина „проблемы вервольфа в средней полосе“, то есть предсказуемая тема оборотничества, то для Д.Григорьева (рассказ „Имена“) — поэзия чистой воды: встреча с умершими, не перерождение в животных, а новое рождение человека. Итак, мы видим, что перед нами литература не образов и личностей, но сущностей. Литература, умеющая выходить за пределы канонов, „опускать руки в другое“, разрежать плотность времени».

В 2016 году вышла книга стихотворений Дмитрия Григорьева «Птичья псалтырь», вошедшая в шорт-лист премии Андрея Белого (2017). Рецензии на эту книгу были опубликованы в журналах «Новый мир»^[5] , НЛО^[6] и «Прочтение»^[7]

Стихи и рассказы были переведены на несколько европейских языков, стихотворения неоднократно публиковались в журнале «Poesia» (Милан), вошли в изданную в 2006 г. в Ирландии антологию «Ночь в Набоков-отеле. 20 поэтов современной России».

В 2025 году вышла книга «Принцип лёгкой руки», в которой собраны стихотворения, написанные с 2014 по 2024 год^[8].

• Стихи разных лет. — СПб.: Северо-Запад, 1992.
• Последний враг: Романы. — СПб.: Северо-Запад, 1994.
• Перекрестки: Книга стихотворений. — СПб.: Борей, 1995.
• Сторож ночи: Роман. — СПб.: Азбука, 1996.
• Поэтическая версия романа «Господин Ветер», СПб, «Борей»+«Публищёрс», 1998
• Записки на обочине: Книга стихотворений. — СПб.: Знак, Борей-Арт, 2000.
• Господин Ветер: Роман. — СПб.: Амфора, 2002.
• Огненный дворник: Сборник стихов и прозы, СПб, «Борей», серия «Версия письма», 2005.
• И снова солнцу удивлюсь: Книга о Поладе Бюль-Бюль оглы. — СПб., 2006.
• Другой Фотограф: Книга стихотворений. — М.: Русский Гулливер, 2009.
• Между играми: Книга стихов. — М.: АРГО-РИСК, 2010.
• Новые сказки: Книга стихотворений. — Таганрог: Нюанс, 2011.
• На плечах Великого Хималая: Книга путешествий. — СПб.: Амфора, 2012.
• Все цвета Жизни: Сборник рассказов — СПб.: Своё издательство, 2013
• Птичья псалтырь: Книга стихотворений. — СПб.: Лимбус-пресс, 2016
• Il poeta ha molte vite: Книга стихотворений в пер. на итальянский (перевод Паоло Гальвани). — , Milan: Macabor, 2018
• Радиостанция Седьмой шлюз: Книга стихотворений,— Шупшакар: Free Poetry, 2019
• Аудиокнига «Трава для солнечных зайцев» в проекте «Borey Books», 2020
• Краткая история депрессионизма, — СПб, Пальмира, 2021
• Крайние люди: Книга стихотворений, — СПб, Пальмира, 2021
• Из Петербурга в Карелию (Подробнейшее описание трёх автомобильных маршрутов с историческими и лирическими отступлениями) — СПб.: Лимбус-пресс, 2021
• В режиме реального времени: Книга стихотворений. — СПб.: Пальмира, 2023
• Принцип лёгкой руки. — СПб.: Алетейя, 2025^[8]