Вирус ящура серотипа SAT-1
Ви́рус я́щура сероти́па SAT‑1 (SAT 1, South African Territories 1) — один из семи серотипов вируса ящура (FMDV), относящийся к так называемым SAT‑серотипам, исторически ассоциированным с Африкой[1]. Клинические проявления ящура, вызываемого SAT‑1, в целом сходны с заболеванием при других серотипах, однако перенесённая инфекция не формирует перекрёстный иммунитет к иным серотипам FMDV.
SAT‑1 эндемичен для стран Субсахарской Африки, где участвует во вспышках ящура среди домашних и диких парнокопытных животных, но в 2020‑х годах был неоднократно выявлен и за пределами Африки, что придало этому серотипу особое значение для международного ветеринарного надзора и мер по контролю трансграничного распространения инфекции[2].
Общие сведения
| Вирус ящура серотипа SAT‑1 | |
|---|---|
| англ. Foot-and-mouth disease virus serotype SAT 1 | |
| Область использования | Ветеринария, вирусология, эпизоотология |
| Дата появления | середина XX века |
| Место появления | субсахарская Африка |
Таксономия и общая характеристика
Возбудитель ящура относится к семейству Picornaviridae, роду Aphthovirus, вид вирус ящура (Foot-and-mouth disease virus, FMDV). У вируса ящура описано семь серотипов: O, A, C, Asia‑1, SAT‑1, SAT‑2 и SAT‑3; заражение одним серотипом не обеспечивает иммунитет к другим серотипам, а клиническая картина заболевания при этом остаётся схожей.
Серотип SAT‑1 относится к так называемым Southern African Territories‑серотипам (SAT‑1, SAT‑2, SAT‑3), которые исторически циркулируют в странах юга и востока Африки и формируют отдельные эпизоотические пулы. Для серотипа SAT‑1 показано выраженное антигенное и генетическое разнообразие: внутри серотипа выделяют несколько топотипов и линий, отличающихся по нуклеотидной последовательности участка гена VP1 и, как правило, ассоциированных с определёнными географическими регионами Африки[3].
Структура генома и белков
Геном вируса ящура, включая изоляты серотипа SAT‑1, представлен одноцепочечной РНК положительной полярности длиной около 8,3 тыс. нуклеотидов, содержащей единственную открытую рамку считывания (ORF), окружённую некодирующими областями на 5′- и 3′‑концах[4]. ORF кодирует единый полипротеин, который в процессе посттрансляционной обработки вирусными протеазами расщепляется на структурные капсидные белки VP1-VP4 и набор неструктурных белков L, 2A-2C и 3A-3D, участвующих в репликации генома и сборке вирусной частицы[5].
Белок VP1 образует значительную часть наружной поверхности капсида и содержит основные антигенные детерминанты, определяющие серотипическую и топотипическую специфичность SAT‑1, поэтому именно участок гена VP1 традиционно используют для филогенетического анализа и выделения топотипов внутри серотипа[6][7]. К настоящему времени опубликованы полные и почти полные геномные последовательности ряда изолятов SAT‑1 из стран Африки, включая Нигерию и Камерун, что позволило детально изучить структуру генома и использовать эти данные для молекулярной эпидемиологии и оценки эволюции вируса[8][9].
Эпидемиология и распространение
Историческая эндемичность
SAT‑серотипы вируса ящура (SAT‑1, SAT‑2, SAT‑3) считаются исторически эндемичными для субсахарской Африки, где они длительно циркулируют в популяциях домашних и диких парнокопытных и формируют устойчивые эпизоотические пулы. По данным анализа вспышек за 2017—2019 годы серотип SAT‑1 регулярно выявлялся в странах Южной, Восточной и Западной Африки, включая ЮАР, Намибию, Зимбабве, Кению, Уганду и Нигерию.
Эпизоотическая ситуация в этих регионах характеризуется сочетанием домашнего и дикого резервуара, сезонными вспышками и значительным разнообразием циркулирующих линий вируса SAT‑1, что отражено в данных Всемирной организации здравоохранения животных и Всемирной референтной лаборатории по ящуру (WRLFMD)[10].
Расширение ареала
Хотя SAT‑1 длительное время преимущественно регистрировался на африканском континенте, в разные годы отмечались случаи его заноса в другие регионы. В обзорах по эпизоотической ситуации отмечены вспышки ящура, вызванные SAT‑1, на Ближнем Востоке в 1960‑х и 1970‑х годах, а в 2020‑е годы зафиксированы новые эпизоды распространения серотипа SAT‑1 за пределы Африки, включая страны Западной Азии и Восточного Средиземноморья.
По данным FAO и WRLFMD, эпидемия ящура серотипа SAT‑1, начавшаяся в Ираке в 2025 году, привела к распространению вируса в ряд стран Ближнего Востока и Восточного Средиземноморья; при этом были выявлены как изоляты топотипа SAT‑1/I, ассоциированные с Восточной Африкой, так и штаммы другого топотипа, близкие к вакцинным линиям. В 2023 году Россельхознадзор сообщал об обнаружении вируса ящура SAT‑1 топотипа I в Катаре, при этом подчёркивалось, что данный серотип воспринимается как экзотичный для территорий, свободных от ящура и не использующих вакцины с компонентом SAT‑1[11][12].
Распространение SAT‑1 за пределами традиционного ареала связывают с перемещением живых животных, в том числе крупного и мелкого рогатого скота, с торговлей продукцией животноводства, а также с контактами между дикими и домашними парнокопытными, что затрудняет контроль трансграничных перемещений вируса[13].
В 2026 году сообщения СМИ и официальные уведомления отмечали первое сообщение о заносе серотипа SAT‑1 на территорию Китая, где ранее этот вариант вируса не регистрировался, что вновь привлекло внимание к рискам расширения ареала SAT‑1 за пределы Африки и Ближнего Востока[14][15].
В июне 2026 года вспышка ящура серотипа SAT-1 была впервые официально зафиксирована в Монголии (в аймаках Баян-Улгий и Ховд). Среди заболевших животных подтверждено заражение крупного рогатого скота[16][17][18].
Виды‑хозяева и резервуары
К основным восприимчивым видам, инфицируемым FMDV, включая SAT‑1, относят крупный рогатый скот, овец, коз, свиней и ряд диких парнокопытных, у которых болезнь протекает в форме типичного ящура с образованием везикул. Особое значение в эпизоотологии SAT‑серотипов имеет африканский буйвол Syncerus caffer, в популяциях которого вирус может сохраняться длительное время и служить источником заражения домашнего скота при контактах на выпасах и водопоях[19].
Серологические обследования домашних и диких животных в странах Восточной и Южной Африки выявляют наличие антител к SAT‑1 в различных популяциях, что свидетельствует о многолетней циркуляции этого серотипа между дикими животными и домашним скотом, а также о неоднократных заносах вируса между странами региона.
Клинические проявления
Клиническая картина ящура, вызываемого SAT‑1, у восприимчивых видов животных не отличается от проявлений заболевания при других серотипах FMDV. Для болезни характерны кратковременная лихорадка, угнетение, снижение удоев и продуктивности, а также образование болезненных везикул и эрозий на слизистой оболочке ротовой полости, языке, венчике копыта и сосках[20]. Тяжесть клинических проявлений зависит от вида и возраста животного, физического состояния и штамма вируса, однако на уровне симптомов невозможно различить, какой именно серотип, включая SAT‑1, вызвал вспышку.
Определение серотипа, в том числе подтверждение SAT‑1, возможно только с помощью лабораторных методов, поскольку клинические признаки и патологическая анатомия при различных серотипах FMDV практически не различаются.
Молекулярная эпидемиология и эволюция
Топотипом принято называть филогенетическую линию внутри одного серотипа вируса ящура, выделяемую по нуклеотидной последовательности участка гена VP1; различия между топотипами обычно достигают 15-20 % и отражают преимущественно географически обусловленную эволюцию вируса. Для SAT‑серотипов показано наличие множества топотипов; в обзорах указывается, что для SAT‑1 выделяют 13 топотипов, обозначаемых римскими цифрами I—XIII[21].
По данным молекулярно‑генетических исследований, топотипы SAT‑1 демонстрируют территориальную привязку к эпизоотическим пулам Африки: одни линии характерны для южноафриканских стран, другие — для Восточной и Центральной Африки, при этом выявляются как локально циркулирующие линии, так и события межрегионального переноса[22][23]. В середине 2010‑х годов был описан новый топотип SAT‑1/X, первоначально выявленный в Нигерии и затем вызвавший вспышки в Камеруне; полногеномное секвенирование соответствующих изолятов подтвердило их принадлежность к отдельной эволюционной линии в западно‑ и центральноафриканском пуле вируса ящура[24].
Филогенетические и филогеографические исследования VP1‑последовательностей SAT‑1 показали, что вирус в Восточной Африке сформировал несколько линий, предположительно происходящих от независимых интродукций из стран южноафриканского региона, с последующей локальной эволюцией в Уганде, Кении и Танзании[25]. Современные обзоры подчёркивают, что SAT‑1 остаётся относительно географически ограниченным по сравнению с SAT‑2, но топотип I в последние годы продемонстрировал расширение ареала на Ближний Восток, что связано с межрегиональными перемещениями животных и подчёркивает необходимость учёта топотипической структуры при планировании вакцинации и оценке рисков[26].
Диагностика
Лабораторная диагностика ящура, включая выявление серотипа SAT‑1, базируется на сочетании методов выделения вируса, серологической типизации и молекулярных тестов. Классическим подходом является выделение вируса на культурах клеток с последующей идентификацией и серотипированием с помощью серонейтрализации или типоспецифических ELISA‑тестов. Широко применяются ELISA‑методы для обнаружения антигена вируса и антител к нему, включая типоспецифические варианты, позволяющие различать серотипы O, A, Asia‑1 и SAT, в том числе SAT‑1.
В практике диагностики ящура всё большее значение имеют методы обратной транскрипции ПЦР (RT‑PCR) и количественной ПЦР в реальном времени (real‑time PCR), в которых используются праймеры и зонды, специфичные как для FMDV в целом, так и для отдельных серотипов, включая SAT‑1, что позволяет быстро подтвердить диагноз и определить серотип. Серотипирование FMDV проводится в соответствии с рекомендациями Всемирной организации по охране здоровья животных (WOAH), а сложные и спорные случаи часто направляются в международные референс‑лаборатории, такие как WRLFMD, для подтверждения и молекулярно‑генетической характеристики изолятов.
Вакцины и контроль
Контроль ящура, в том числе связанного с серотипом SAT‑1, основывается на комплексе мер ветеринарного надзора, ограничений перемещения животных и продукции, санитарных мероприятий в очагах и использовании инактивированных вакцин против вируса ящура согласно международным рекомендациям WOAH и FAO. Вакцины против FMDV являются серотип‑специфичными, поэтому для обеспечения эффективной защиты против SAT‑1 требуется включение антигенно близких штаммов этого серотипа в вакцинные банки и формулы препаратов, применяемых в эндемичных и угрожаемых регионах.
Проблемой для контроля SAT‑1 является возможное антигенное несоответствие между используемыми вакцинными штаммами и циркулирующими полевыми линиями, что может снижать эффективность вакцинации; в этой связи международные референс‑лаборатории регулярно оценивают «антигенное соответствие» (vaccine-strain match) и рекомендуют обновление состава вакцин на основании результатов антигенного картирования и секвенирования VP1[27]. В ряде регионов, где традиционно циркулируют серотипы O, A и Asia‑1, вакцинные программы долгое время не включали компонент SAT‑серотипов, что, по оценкам FAO, повышает уязвимость таких территорий при заносе SAT‑1 и требует пересмотра стратегий вакцинации и создания резервов вакцинных штаммов SAT‑1 в международных и национальных банках[28].
Экономическое значение
Ящур относится к числу наиболее экономически значимых инфекционных заболеваний животных, приводя к прямым потерям продуктивности, затратам на ликвидацию очагов и длительным торговым ограничениям на экспорт живых животных и продукции животноводства[29]. Для стран Африки серотип SAT‑1 является частью эндемического пула, вызывая вспышки среди сельскохозяйственных животных и дикого резервуара, а для регионов, свободных от циркуляции SAT‑серотипов, занос SAT‑1 рассматривается как фактор высокого риска, способный привести к серьёзным экономическим последствиям и ограничению международной торговли.
В быстрых оценках риска, подготовленных FAO в 2025—2026 годах в связи с эпидемией SAT‑1 в Ираке и соседних странах, подчёркивается, что потенциальные последствия интродукции этого серотипа в свободные от ящура зоны включают снижение производства мяса и молока, угрозу продовольственной безопасности и значительные потери экспортных рынков, особенно для государств с развитым сектором промышленного животноводства.
История изучения
Первые описания ящура в Южной и Восточной Африке относятся к первой половине XX века; в ходе последующих серологических исследований в 1930—1940‑х годах были выделены штаммы, антигенно отличающиеся от уже известных европейских серотипов и позднее отнесённые к группе SAT. В середине XX века в работах по типизации африканских изолятов было выделено три отдельных SAT‑серотипа (SAT‑1, SAT‑2, SAT‑3), отличающихся по спектру перекрёстной нейтрализации; SAT‑1 был признан самостоятельным серотипом на основании устойчивых антигенных различий и эпизоотологических наблюдений в южноафриканском регионе.
В последующие десятилетия исследования сосредоточились на серологическом картировании и изучении отношений между SAT‑1 и другими серотипами, а с развитием методов секвенирования в конце XX — начале XXI века начался систематический анализ нуклеотидных последовательностей VP1 и полногеномное секвенирование африканских изолятов SAT‑1, что позволило описать множество топотипов и реконструировать пути межрегионального распространения вируса. В 2010‑е и 2020‑е годы современные фило‑ и филогеографические работы с использованием коалесцентных моделей и данных по VP1 дополнительно уточнили временные рамки эволюции различных топотипов SAT‑1, их связь с миграцией животных и показали тенденцию к расширению ареала отдельных линий за пределы Африки, что имеет прямое значение для разработки стратегий контроля и вакцинации в разных регионах мира[30].
Примечания
| Правообладателем данного материала является АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ». Использование данного материала на других сайтах возможно только с согласия АНО «Интернет-энциклопедия «РУВИКИ». |