Вейсманизм-морганизм

«Вейсмани́зм-моргани́зм» («вейсманизм-морганизм-мендели́зм») — термин-идеологическое клише, употреблявшийся сторонниками «мичуринской агробиологии» для обозначения классической генетики, которая характеризовалась лысенковцами как «реакционная буржуазная лженаука» (см. Августовская сессия ВАСХНИЛ (1948)). Вейсманисты обвинялись в отрицании наследования приобретённых признаков и в том, что они использовали в своих опытах совершенно не имевшую практического значения дрозофилу, а не хозяйственно важных животных[1].

Название образовано лысенковцами от имён немецкого зоолога Августа Вейсмана, американского биолога, лауреата Нобелевской премии Томаса Ханта Моргана, а также австрийского ботаника и монаха Грегора Менделя — основоположников современной генетики[2][3].

Что важно знать
Вейсманизм-морганизм
Государство
Дата окончания 1965
Дата начала 1930
Тип исследования идеологическое клише

История

Заслугой Вейсмана является доказательство отсутствия наследования приобретённых признаков. Он предполагал, что за наследственность отвечают хромосомы ядра клетки. Хромосомная теория была разработана Томасом Хантом Морганом и она подтвердила предположение Вейсмана. Вейсман также предположил, что воздействия на наследственные факторы клеток могут вызывать изменения, которые могут наследоваться. Одним из тех, кто признавал наследование приобретённых травматических признаков и отвергал доказательства Вейсмана был Иван Владимирович Мичурин. Для доказательства своей точки зрения Мичурин использовал «метод воспитывания» растений, который состоял в воздействии на сеянцы различными факторами. Развитию и распространению идей Мичурина способствовал Трофим Денисович Лысенко и его сторонники. Они создали направление, названное «мичуринской агробиологии». Внутри этого направления было созданы «мичуринская генетика» и «мичуринский дарвинизм». Мичуринская агробиология отрицала «закон ненаследования приобретенных признаков Вейсмана-Иогансена» и противопоставляла ему «закон наследования приобретённых признаков Ламарка-Мичурина-Лысенко». Существование генов отрицалось, а хромосомная теория не признавалась[4]. Труды Вейсмана в период лысенковщины невозможно было достать, а на русский язык они не переводились[4][5]. В отношении учёных, которые поддерживали идеи вейсманизма, были организованы репрессии[4]. Формула «менделизм-вейсманизм-морганизм» использовалась для критики последователей этих учёных[2][6][7]. Так, например, в поддержке «вейсманизма-менделизма-морганизма» обвинялись представители «меньшевиствующего идеализма»[8]:344. В 1948 году после сессии ВАСХНИЛ были отстранены от занимаемых должностей многие учёные «проводившие активную борьбу с мичуринским учением», в числе которых В. С. Немчинов, А. Р. Жебрак, И. И. Шмальгаузен, М. М. Завадовский, Д. А. Сабинин, С. Д. Юдинцев, Ю. И. Полянский, М. Е. Лобашев[9].

Статья в Большой советской энциклопедии 1949 года трактовала вейсманизм как «реакционно-идеалистическое, мистическое по своей сущности, направление в биологической науке, получившее своё наименование по имени его основоположника немецкого биолога А. Вейсмана» и понятие вейсманизм считалось синонимом неодарвинизма[10]. Советская философия рассматривала «вейсманизм-морганизм» не только как буржуазную «идеологическую реакцию на материалистическую теорию развития органических форм материи», но и как антидарвинистское направление биологии, которая «служит целям эксплуататорских классов»[11][12].

Наряду с некоторыми другими терминами (например, «вирховианство») часто использовался сторонниками «мичуринской биологии» в обличительном контексте:

Возникшие на грани веков — прошлого и настоящего — вейсманизм, а вслед за ним менделизм-морганизм своим острием были направлены против материалистических основ теории развития Дарвина.

Вейсман назвал свою концепцию неодарвинизмом, но по существу она явилась полным отрицанием материалистических сторон дарвинизма и протаскивала в биологию идеализм и метафизику. …
Сейчас всем становится ясным, что эта сессия знаменует собой полный идейный разгром вейсманизма-менделизма в нашей стране.

«О положении в биологической науке». Отчёт сессии ВАСХНИЛ. 31 июля — 7 августа 1948 года

Антинаучность представлений школы Лысенко начала развенчиваться на Пленуме ЦК КПСС в октябре 1964 года[4].

В СССР критика «вейсманизма-морганизма» до 1965 года входила в обязательную школьную программу предмета Основы дарвинизма.

Примеры

Эти выражения считались ругательными кличками, о чём писал академик П. Н. Константинов Сталину (16 июля 1948 года)[13]:

Он [Т. Д. Лысенко] превратил в нехорошую кличку слова «менделизм-морганизм» и всех, несогласных с ним, называет этим словом. А работники различных министерств (Министерства с. х. СССР, Министерства высшего образования СССР и др.) поверили этому. И поэтому, если Лысенко назвал вас так хоть раз, то вы уже неполноценный советский человек, неполноценный ученый. … Непонятно, почему объявляется поход против каких-то «формальных генетиков», «менделистов-морганистов».

Идеологическая борьба с так называемым вейсманизмом-морганизмом была официально одобрена в СССР, Сталин писал Лысенко 31 октября 1947 года[14]:

Что касается теоретических установок в биологии, то я считаю, что мичуринская установка является единственно научной установкой. Вейсманисты и их последователи, отрицающие наследственность приобретенных свойств, не заслуживают того, чтобы долго распространяться о них. Будущее принадлежит Мичурину.

В итоге:

Полный разгром вейсманизма-морганизма в нашей стране оказался возможным потому, что Центральный Комитет нашей партии и лично товарищ Сталин оказали всемерное содействие и поддержку новому прогрессивному, подлинно диалектико-материалистическому направлению в биологической науке.[15]

В культуре

Теме борьбы с «вейсманизмом-морганизмом» в СССР посвящён роман Владимира Дудинцева «Белые одежды»[16], по которому был снят одноимённый сериал[17].

Примечания

Литература

Современная литература:

Ссылки