Брейтуэйт, Ричард Беван

Брейтуэйт родился в Банбери (Оксфордшир) в семье историка раннего квакерства Уильяма Чарльза Брейтуэйта. Учился в школе Сидкот в Сомерсете (1911—1914) и школе Бутэм^[5] в Йорке (1914—1918). Во время Первой мировой войны как сознательный отказчик служил в Санитарной службе друзей.

В 1919 году поступил в Королевский колледж Кембриджа для изучения физики и математики. Стал членом общества «Кембриджские апостолы». Получил степень бакалавра искусств в 1923 году и магистра искусств в 1926 году. С 1924 по 1990 год был научным сотрудником Королевского колледжа. В 1928 году назначен преподавателем моральных наук в Кембриджском университете^[6].

С 1934 по 1953 год преподавал моральные науки в Кембриджском университете, затем с 1953 по 1967 год занимал должность Найтбриджского профессора моральной философии. С 1946 по 1947 год был президентом Аристотелевского общества. В 1957 году избран членом Британской академии^[7].

Вторым браком был женат на специалисте по компьютерной лингвистике и философе Маргарет Мастерман. Вместе они основали группу «Философы Богоявления» (Epiphany Philosophers), состоявшую преимущественно из англикан и квакеров, которые искали новый взгляд на отношения между философией и наукой^[8].

Несмотря на склонность к логическому позитивизму, Брейтуэйт был христианином. Он вырос в квакерской среде, а позже перешёл в англиканство. По мнению теолога Алистера Макграта, лекция Брейтуэйта 1955 года «Эмпирический взгляд на природу религиозной веры»^[9] является наиболее цитируемой публикацией в жанре теологических работ 1970—1980-х годов. В этих работах утверждалось, что «Бог» и «религия» — это человеческие конструкты, не имеющие независимой реальности, и что человеческое достоинство и свобода лучше всего развиваются путём систематической деконструкции этих идей. Сам Брейтуэйт не разделял подобных утверждений^[10].

Брейтуэйт считал, что религиозные высказывания связаны с эмоциями и не являются описаниями в том смысле, в каком ими являются гипотезы. Религиозная вера не является «обычной верой», подобной вере в утверждение. Он доказывал, что религиозные высказывания следует понимать как «заявления о приверженности определённой линии поведения, заявления о приверженности образу жизни». Религиозная вера — это «намерение вести себя определённым образом вместе с размышлениями об определённых историях, связанных с этим намерением в уме верующего»^[11]. Эти истории «могут психологически поддерживать решение, но логически его не оправдывают»^[12]. Он также говорил о религиозных противоречиях, которые считал допустимыми, в отличие от противоречий в эмпирических утверждениях, где вера в противоречия «катастрофична» из-за несовместимости соответствующих действий^[13].

Брейтуэйт отмечал разницу между светской и религиозной моралью. Светская мораль сосредоточена на поведении или «внешней жизни», тогда как религиозная мораль фокусируется как на внутренней жизни, так и на «внешнем поведении». Это означало, что «превосходство религиозного убеждения над простым принятием морального кодекса в обеспечении соответствия этому кодексу проистекает из того, что религиозное убеждение меняет желания религиозного человека. Может быть достаточно трудно любить своего врага, но как только вы преуспели в этом, легко вести себя с ним с любовью. Но если вы продолжаете ненавидеть его, требуется героическая настойчивость, чтобы постоянно вести себя так, как будто вы его любите. Решения чувствовать, даже если они выполняются лишь частично, являются мощным подкреплением решений действовать»^[14]. Он также утверждал, что один из аспектов всех «моральных теистических религий», имеющий «огромную психологическую ценность», заключается в том, что верующие выполняют волю Бога^[15].

Его главной работой стала книга «Научное объяснение: исследование функции теории, вероятности и закона в науке» (1953). Однако его вступительная лекция «Теория игр как инструмент морального философа» стала более оригинальным вкладом. Будучи логиком и философом науки, он был избран на кафедру моральной философии (этики), о которой, по его мнению, знал мало. В своей лекции он попытался связать свои знания о теории игр с этическими рассуждениями. Тем самым он положил начало новой области исследований — связи теоретико-игровых соображений с этическими. Темой лекции был переговорный подход к распределительной справедливости^[16]. В ранних работах он называл теорию игр «инструментом морального философа»^[17].

После выхода на пенсию в 1967 году Брейтуэйт был приглашённым профессором в Университете Джонса Хопкинса, где читал лекции по теории игр и поощрял одного из своих студентов, Александра Розенберга, применять подход «Научного объяснения» к экономике.

Именно кочергой Брейтуэйта Людвиг Витгенштейн, по сообщениям, размахивал перед Карлом Поппером во время их конфронтации на заседании Клуба моральных наук Кембриджского университета в комнатах Брейтуэйта в Королевском колледже. Впоследствии инструмент исчез^[18][19]. Брейтуэйт был другом Фрэнка П. Рамсея (о котором он давал интервью Д. Х. Меллору на BBC Radio в 1978 году^[20]) и после ранней смерти Рамсея отредактировал сборник его статей^[21].

В 1980 году был опубликован фестшрифт «Наука, вера и поведение: эссе в честь Р. Б. Брейтуэйта» под редакцией Д. Х. Меллора. В него вошли эссе самого Меллора, Яна Хакинга и других^[22][23].

• Moral principles and inductive policies (1952) [из Proceedings of the British Academy 36 (1950): 51–68.]
• Scientific Explanation: A Study of the Function of Theory, Probability and Law in Science (1953)
• Theory of Games as a Tool for the Moral Philosopher (1955)
• An Empiricist's View of the Nature of Religious Belief (1955)