Бондаржевская-Барановская, Фекла

Выросла в Варшаве, где её отец служил полицейским инспектором. В 1852 году вышла замуж за Яна Барановского, служившего при канцелярии генерал-интенданта. У супругов Барановских родились три дочери.

Считается, что Бондаржевская не получила систематического образования, в том числе музыкального.

Похоронена на кладбище Повонзки. На могиле Бондаржевской-Барановской установлена аллегорическая женская фигура с нотным листом в руке, на котором выбито название её самого популярного произведения — «Молитва девы».

На протяжении жизни Бондаржевская-Барановская опубликовала около 35 фортепианных пьес, предназначенных для исполнения музыкантами-любителями. Первая её сохранившаяся композиция, Вальс для фортепиано, была напечатана в 1843 году варшавским издателем Францем Шписсом с посвящением Анне Мацкевич, жене люблинского губернатора Станислава Мацкевича.

В 1851 году была написана и напечатана в Варшаве «Молитва девы» (польск. Modlitwa dziewicy, фр. La prière d'une vierge) — произведение, которое принесло Бондаржевской мировую славу. В дальнейшем, на волне этого успеха, она сочинила и опубликовала ряд других произведений, в том числе «Воспоминания о родном доме» (польск. Wspomnienie rodzinnej chatki), «Лесное эхо утром» (польск. Leśne echo o poranku), «Под плакучей ивой» (польск. Pod wierzbą płaczącą), «Песнь соловья» (польск. Śpiew słowika), «Ворон и ворона» (польск. Kruk i wrona), «Вейте, ветры, нежнее» (польск. Wiejcie łagodniej wichry), «Плывущие облака» (польск. Płynące obłoki) и т. д.

В 1860-е гг. в разных европейских странах был напечатан ряд других пьес под именем Теклы Бондаржевской, действительная принадлежность которых уже тогда была поставлена под сомнение^[3].

Пьеса «Молитва девы» на протяжении 1850-х гг. пользовалась значительным успехом в Варшаве и постоянно переиздавалась, достигнув крупного по варшавским меркам суммарного тиража в 900 экземпляров. Однако настоящей славой она была обязана парижской публикации 1858 года, которая, как утверждается, стала возможна благодаря протекции маркизы Паива, также пригласившей польку в свой салон^[3]. Парижское издание вышло как приложение к популярной музыкальной газете Revue et gazette musicale de Paris (номер за 26 сентября).

В дальнейшем «Молитва девы» переиздавалась по всему миру, современное исследование насчитывает более 550 изданий^[3]. Как сообщает «Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона», эту пьесу «в продолжение очень долгого времени играли без исключения все, хоть сколько-нибудь знающие ноты»^[5]. Этот успех вызвал серию нелестных отзывов из профессиональной музыкальной среды: так, Русский биографический словарь А. А. Половцова отмечал в 1900 году, что

„La prière d’une vièrge“ выпал неожиданный успех не только в России, но и за границей, хотя и эта пьеса, написанная, как и вся музыка Барановской, в сентиментально-мечтательном тоне, не обладает сколько-нибудь выдающимися достоинствами[6].

В то же время Ежи Вальдорф писал в 1964 году^[7]:

Эта молитва в истории лёгкой музыки, вероятно, была первым примером шлягера, который распространился по всему миру и был модным в течение добрых двадцати лет. С тех пор прошло сто лет, а ни один польский хит так и не достиг хотя бы близкой популярности (!).

Оригинальный текст (польск.): 

Owa modlitwa w dziejach lekkiej muzyki byłaby chyba pierwszym okazem szlagieru, który rozszedł się na cały świat i modny był przez dobrych lat dwadzieścia. Tymczasem minęło lat sto, a żaden polski szlagier nie uzyskał choćby przybliżonej popularności (!).

В защиту пьесы американский музыковед польского происхождения Майя Трохимчик отмечает^[8]:

Если все французские, немецкие, английские, итальянские, американские и даже австралийские будущие невесты продолжали впечатлять своих домашних этой композицией, её музыку невозможно расценивать как совершенно незначительную. Однако её значение не основывается на идеях новаторства или сложности – оно вытекает из воплощения в звуке социальных и эстетических идеалов семей среднего класса, стремившихся к домашнему уюту, набожности, образованию, истовому труду и личному развитию.

Оригинальный текст (англ.): 

If all French, German, English, Italian, American, and even Australian brides-to-be continued to impress their domestic circles with this particular composition, the music itself cannot be dismissed as completely irrelevant. However, its relevance is not based on the notions of innovation and complexity—instead, it stems from a realization in sound of the ethical, social and aesthetic values of the middle-class families that embraced domesticity, devotion, education, hard work and personal development.

«Молитва девы» подвергалась многочисленным аранжировкам и переработкам. Эдмон Мисса написал на её основе свою Ave Maria для голоса с сопровождением^[9]. Французский текст на музыку пьесы написал Леон Дюроше (музыкальная аранжировка Гюстава Гублье), переложение для скрипки выполнил Огюст Зурфлю. В 1930 году Курт Вайль пародийным образом использовал пьесу в своей опере «Расцвет и падение города Махагони».

Из профессиональных пианистов «Молитву девы» исполнял и записывал Ланг Ланг^[10].

В 1991 году именем Бондаржевской был назван кратер на Венере^[11]. Утверждается также, что именно по пьесе Бондаржевской получил своё название алкогольный коктейль «Молитва девы»^[12].

В 2007 году в Японии усилиями продюсера Юкихисы Мияямы, унаследовавшего любовь к «Молитве девы» от своей матери, пианистки-любительницы, был записан первый альбом с композициями Бондаржевской-Барановской, получивший название «Исполненная молитва девы»^[13][14].

В 2012 году благодаря усилиям Общества друзей Варшавы был записан первый польский компакт-диск с музыкой Барановской.

30 мая 2012 года в Млаве, родном городе композитора, было создано Общество любителей её творчества, нацеленное на пропаганду её сочинений.