Бои за Армавир (сентябрь — ноябрь 1918)

23 сентября началось наступление 1-й колонны Таманской группы (армии) на Армавир. Ввиду угрозы, которую могло представлять наступление Красной армии из района Армавира на станицу Кавказскую, Деникину пришлось перебросить на помощь М. Г. Дроздовскому, оборонявшему город, свой единственный резерв — Марковский полк. Приказ об этом был отдан 24 сентября, а во второй половине следующего дня 2-й и 3-й батальоны марковцев двинулись из Екатеринодара в эшелонах на станцию Кавказская и далее на Армавир. Прибыв утром 26-го к Армавиру, командир марковцев полковник Н. С. Тимановский обнаружил, что город уже взят частями Красной армии.

26 сентября Тимановский с ходу атаковал Армавир при поддержке двух бронепоездов, но не получил помощи от 3-й дивизии. Войска Дроздовского только что оставили город и нуждались в отдыхе; их командующий направил Тимановскому приказ не ввязываться в этот день в бой, но приказ запоздал. После неудачного штурма марковцы, понеся большие потери, отступили от города и заночевали на позиции.

Деникин потребовал повторить атаку 27 сентября. Ночью Дроздовский перевел свою дивизию на левый берег Кубани у Прочноокопской и соединился с Тимановским. В 6:00 началось наступление. В ходе штурма марковцам удалось занять завод «Саломас», однако затем подразделения Красной армии перешли в контратаку. Завод несколько раз переходил под контроль противоборствующих сторон, но в итоге остался под удержанием частей Красной армии. Пластунский батальон несколько раз атаковал Туапсинский вокзал, но также безуспешно. К вечеру бой затих. Обе стороны понесли большие потери.

28 сентября на фронте было затишье, в этот день к марковцам прибыло пополнение в 500 человек — офицеров, казаков и добровольцев — и роты снова были доведены до 200 штыков.

К этому времени численность войск Красной армии в районе Армавира достигала 50 тысяч человек при 65 орудиях и одном бронепоезде.

29 сентября Деникин прибыл в расположение частей Дроздовского. Тот считал дальнейшее наступление на Армавир бесперспективным до разгрома михайловской группировки Красной армии, так как при попытках штурма города большевики получали помощь из Старо-Михайловской. Деникин на совещании с командирами согласился с этим мнением, и, оставив на армавирском направлении слабый заслон полковника Тимановского, в тот же день направил Дроздовского с главными силами нанести быстрый и внезапный удар с востока во фланг и тыл Михайловской группе и совместно с конницей П. Н. Врангеля разбить её. По дороге М. Г. Дроздовский потерял ориентировку и лишь к вечеру 30 октября вышел в тыл левого фланга войск П. Н. Врангеля. Последний, согласно воспоминаниям участников событий, не был своевременно проинформирован о проводимой операции. Против Армавира был оставлен Тимановский с батальоном марковцев и 4-м Кубанским пластунским батальоном.

Дроздовский и Врангель решили изменить план Деникина. Пехотные части Дроздовского ночью сменили полки Врангеля на правом берегу Лабы, чтобы на рассвете 1 октября атаковать противника с фронта. Одновременно Врангель с 1-й конной дивизией и офицерским конным полком должен был выйти в тыл красных в районе станицы Курганной и перехватить пути отхода между реками Чамлыком и Лабой.

Ночью Врангель двинулся для охвата правого фланга противника и на рассвете его передовые части вышли к линии Армавир-Туапсинской железной дороги, на главный путь отхода противника, дорогу Михайловская — Константиновская.

Фронтальная атака Дроздовского 1 октября не удалась, наступавшие части подставили фланг под удар противника и понесли большие потери, хотя и выбили красных с курганов перед станицей. Для дальнейшего наступления сил не осталось. Вечером войска Дроздовского отошли на северо-запад, к Петропавловской.

Тем временем П. Н. Врангель, выйдя в тыл станицы Михайловской, ожидал результатов операции М. Г. Дроздовского. Около полудня, когда наступательные возможности отряда Дроздовского были исчерпаны, позиции Врангеля атаковали плотные построения пехоты Красной армии. Сдерживая натиск противника артиллерийским огнём, П. Н. Врангель ожидал известий от М. Г. Дроздовского. Однако около 13:00 подразделения Красной армии показались со стороны станицы Курганной, обходя фланг дивизии. Одновременно кавалерия противника начала ускоренное выдвижение с целью обхода позиций и захвата моста через реку Чамлык. Врангель приказал находившимся в резерве четырём сотням Корниловского конного полка контратаковать советскую конницу. Развернувшись в боевой порядок, казачьи сотни начали движение вперёд, однако, попав под фланговый пулемётный огонь, понесли потери, смешались и начали отход. Возникла угроза полного окружения отряда.

Под сильным огнём противника Врангелю удалось отступить за реку, и только тут было получено сообщение Дроздовского о провале операции.

3 октября Дроздовский по приказу Деникина вернулся под Армавир и дивизия Врангеля заняла свои прежние позиции. Большевики не сумели использовать свой успех и вели себя пассивно.

В начале октября 3-я дивизия Дроздовского была переброшена к Ставрополю, а на позициях под Армавиром её сменила 1-я дивизия Б. И. Казановича. К середине октября его войска получили пополнения, в частности прибыл недавно сформированный Сводно-Гвардейский полк пятиротного состава в количестве 1000 человек. Он был развёрнут из 4-го батальона Марковского полка.

13—14 октября войска развертывались для предстоящей атаки города.

Положение на фронте Добровольческой армии к этому дню было следующим: В. Л. Покровский занимал районы станиц Лабинской и Костромской и должен был наступать на Невиномысскую, заходя красным во фланг и тыл. 1-я конная дивизия Врангеля занимала район станиц Старо-Михайловской и Курганной и должна была прорваться в тыл Армавирской группы красных. 1-я дивизия под командованием Б. И. Казановича, сосредоточенная в районе станции Кубанской, должна была нанести удар непосредственно по городу и отбросить части Красной армии за реку Кубань. Кубанская самооборона станиц Прочноокопской и Фортштадта упорно обороняла их от красных, пытавшихся переправиться на правый берег Кубани. Кубанская пластунская бригада Я. А. Слащёва обороняла правый берег Кубани от Убежного до Николаевской. Дивизии Дроздовского и А. А. Боровского сдерживали наступление Красной армии на Ставрополь, а слева от них стояла 2-я Кубанская казачья дивизия С. Г. Улагая, обеспечивавшая фланг Боровского.

К утру 15 октября части, предназначенные для атаки Армавира, заняли исходное положение в следующем порядке: от реки Кубани вправо — Улагаевский пластунский батальон, правее, по обеим сторонам железной дороги, Марковский полк. Направо от марковцев, на некотором расстоянии, были расположены Сводно-Гвардейский и Лабинский казачий полки, которым была поставлена задача атаковать части Красной армии вдоль Туапсинской железной дороги. Наступление на двойную линию обороны Красной армии началось при поддержке бронепоезда «Единая Россия». Левее железной дороги марковцы заняли кладбище и кирпичный завод, и вышли к Владикавказскому вокзалу. На правом фланге белогвардейские части выбили подразделения Красной армии из первой линии окопов в километре от города и продолжили наступление. Однако они были остановлены огнём советского бронепоезда «Пролетариат», при поддержке которого пехота противника перешла в контратаку. Марковцы сумели остановить наступление Красной армии, но таманские конные полки обошли Сводно-Гвардейский пехотный и Лабинский казачий полки и те были вынуждены отступить. Марковцам также пришлось начать отступление под сильным огнём противника. Таким образом, штурм снова провалился и войска понесли большие потери. Сводно-Гвардейский полк, атакованный красной конницей с правого фланга и тыла, был совершенно разгромлен, потерял половину личного состава и был направлен на переформирование в Екатеринодар. Погибли 30 офицеров, в том числе командир полка. Марковцы потеряли более 200 человек.

С 16 по 24 октября на фронте под Армавиром было затишье. Части Добровольческой армии отошли на исходные позиции и занялись строительством землянок и полевых укреплений. За это время к 1-й дивизии присоединились Кубанский стрелковый полк и два орудия, действовавшие на черноморском побережье. Командир Марковского полка полковник Тимановский был произведён в генерал-майоры и назначен командиром бригады 1-й дивизии, командиром полка стал генерал-майор Н. Н. Ходаковский.

Деникин в дни падения Ставрополя находился на армавирском направлении. Он отдал Казановичу последний резервный батальон и потребовал усилить активность Западного фронта. Генералам Казановичу, Врангелю и Покровскому было приказано приложить крайние усилия, чтобы сбросить Левобережную группу противника в Кубань и тем развязать руки Боровскому на ставропольском направлении.

Армавирская группа красных насчитывала на тот момент 15 тыс. штыков и сабель.

В ночь с 25 на 26 октября части Казановича произвели перегруппировку, и к рассвету заняли исходное положение. 1-й Кубанский стрелковый полк, располагаясь правее Туапсинской железной дороги, должен был нанести удар по позициям Красной армии в направлении железной дороги; Марковский полк получил задачу, упираясь левым флангом в полотно Владикавказской железной дороги, занять Туапсинский вокзал и завод «Саломас», а Улагаевский пластунский батальон от полотна Владикавказской железной дороги наступать вдоль реки Кубани.

В 10:00 над Туапсинским вокзалом разорвался снаряд (условный знак начала общей атаки), и батальоны, поддержанные артиллерией и бронепоездами, бросились в атаку. Красноармейцы пытались остановить наступавших плотным огнём. Бой продолжался весь день. Большевики проявили значительное упорство и, даже будучи выбиты из города, предприняли отчаянную контратаку при поддержке бронепоезда. Марковцы потеряли в этот день до 300 человек. Успех атаки во многом объяснялся правильно поставленной задачей Кубанскому стрелковому полку и Конной бригаде, которые не только задержали шедшие на помощь Армавиру части Красной армии, но и заставили их отступить.

На другой день Казанович начал наступление на юг вдоль Владикавказской железной дороги между Кубанью и Урупом, отбросил противника за Уруп, снова разбил его у Коноково и, преследуя обоими берегами Кубани, к 29-му дошёл до Николаевки и Маламино.

Перед Врангелем Деникин поставил задачу форсировать Уруп, ударить во фланг и тыл действующих против генерала Казановича частей и отбросить их за Кубань. Врангелю, однако, в течение двух недель никак не удавалось форсировать реку, так как противник на другом берегу закрепился на высоком скалистом гребне. По словам Врангеля, местность чрезвычайно затрудняла действие в конном строю, в патронах же ощущался огромный недостаток.

Конницу Врангеля с 23 октября сдерживали на Урупе настойчивые атаки противника, станица Бесскорбная несколько раз переходила из рук в руки. Только 28-го дивизия вышла частью сил на правый берег Урупа и имела там некоторый успех.

30 октября большевики перешли в контратаку на всем фронте между Урупом и Кубанью и оттеснили конные части генерала Врангеля за Уруп, а дивизию генерала Казановича — под Армавир к разъезду Вольному.

Утром 31 октября войска Красной армии начали наступление на станцию Коноково, расположенную в 15 километрах от Армавира. Пластуны не выдержали и начали отходить на реку Уруп. Марковский полк также отошёл и остановился на линии хутор Вольный — станция Уруп, на холмах. Таким образом, к 1 ноября части Казановича оказались отброшены почти к самому Армавиру, и с трудом удержались лишь в самом углу между Кубанью и Урупом.

Деникин подчинил дивизию Врангеля генералу Казановичу и тот потребовал, чтобы части Врангеля держались вплотную к его правому флангу, не соглашаясь с доводами последнего, настаивавшего, что, занимая уступное положение, он может манёвром гораздо лучше обеспечить его фланг.

Наблюдая 30 октября бой у Казановича, Деникин убедился, что здесь разрешения задачи искать трудно, и вновь приказал Покровскому наступать с целью взятия Невинномысской и выхода в тыл Армавирской группе противника.

На рассвете 1 ноября обнаружилось наступление противника вразрез между частями Врангеля и дивизией Казановича. К вечеру того же дня противник переправился в район дивизии Врангеля на левый берег Урупа между станцией и аулом Урупским и продвинулся на пару километров к западу от реки.

Общее положение фронта Добровольческой армии к 3—4 ноября можно было назвать катастрофическим. На левом фланге армии части 2-й конной дивизии генерала Улагая и то, что осталось от 2-й и 3-й дивизий в ходе боев под Ставрополем, еле-еле сдерживали натиск численно превосходящего противника. Части 1-й дивизии, потерпев неудачу в районе Коноково — Маламино и понеся большие потери, также отошли почти к Армавиру. Казалось, что нет сил, чтобы справиться с красными.

Однако, 3 ноября штаб армии получил известие, что 31-го Покровский после упорного боя овладел станцией Невинномысской. Командование Красной армии стянуло к станице Невинномысской резервы из районов Армавира и реки Уруп, после чего 1 ноября советские войска атаковали позиции отряда В. Л. Покровского, но были отброшены к северу, в то время, как часть добровольческой конницы, продвигаясь вдоль железнодорожной линии, заняла станцию Барсуки. Таким образом, заслон войск Красной армии на армавирском направлении был ликвидирован.

Врангель, оставив у Бесскорбной слабый заслон, в ночь на 2 ноября перебросил к станице Урупской остальные силы и на рассвете сам перешёл в наступление. В течение всего дня 2 ноября шёл упорный бой с тяжёлыми потерями с обеих сторон. Прорыв войск Красной армии был остановлен, и, несмотря на все усилия, им не удалось расширить занятый плацдарм. В ночь на 3 ноября обнаружился отход большевиков на правый берег Урупа. Использовав сложившуюся обстановку, Врангель решил широким манёвром нанести противнику удар в тыл. Оставив на фронте хутор Абрахманово — аул Урупский запорожцев и уманцев с одной батареей, он перебросил ночью два полка к станице Бесскорбной. На рассвете ударная группа в составе двух полков с двумя батареями под общим командованием полковника В. Г. Науменко в районе села Ливонского форсировала Уруп и, стремительно захватив командующий гребень на правом берегу реки, неожиданно вышла в тыл противнику.

Атакованные с фронта, фланга и тыла красные обратились в паническое бегство. Несмотря на сильное утомление людей и лошадей, преследование велось безостановочно всю ночь. К рассвету 4 ноября части 1-й конной дивизии захватили село Маламино и станицу Успенскую, переправившись в этом пункте на правый берег Кубани. Армавирская группа Красной армии (1-я Революционная Кубанская дивизия М. Н. Демуса) была разбита наголову. Части Врангеля взяли более 3 000 пленных, огромное число пулемётов. В результате боя на Урупе противник очистил весь левый берег Кубани и дивизия Казановича 4 ноября без боя выдвинулась до станции Овечки.

Разбитые Врангелем на Урупе части Армавирской группы Красной армии, переправившись через Кубань, бежали частью вдоль линии железной дороги прямо на Ставрополь, частью двинулись через станицу Убеженскую вниз по течению Кубани на Армавир, выходя, таким образом, в тыл частям 1-й дивизии. Город Армавир прикрывался лишь слабыми силами. По требованию генерала Казановича Врангель выделил бригаду полковника С. М. Топоркова для преследования угрожавшей Армавиру неприятельской колонны.

По словам Деникина,

На рассвете 8 ноября Врангель с частью войск, переправившись через Кубань, спешно двинулся к Армавиру, одновременно послав приказание полковнику Топоркову также идти туда. Сильнейший ледяной северный ветер временами переходил в ураган. Полки могли двигаться лишь шагом. Плохо одетые казаки совсем замёрзли. Около полудня обе колонны Врангеля почти одновременно вошли в соприкосновение с противником, последний, уклоняясь от боя, бросился на северо-восток; там он был перехвачен частями полковника Топоркова и жестоко потрёпан. Угроза Армавиру была устранена.

Взятие Армавира оказалось непростой задачей, по причине значительного превосходства противника в живой силе и боеприпасах. Ввиду того, что основные силы Деникина были заняты боями под Ставрополем, для штурма Армавира оказалось невозможно выделить достаточное число войск. Тем не менее, город удалось взять, а разгром армавирской группы Красной армии позволил сосредоточить силы для штурма Ставрополя и завершения Ставропольского сражения.

В воспоминаниях марковцев приводятся следующие цифры, относящиеся к боям за Армавир. Для марковцев они тянулись 42 дня и делились на два периода: первый — 31 день стояния под городом и неудачных штурмов, и второй — 11 дней, когда город был взят, а затем шли ежедневные тяжёлые, маневренные бои и удачи чередовались с неудачами. За это время полк потерял до 2 тыс. человек, получил пополнение до 1 тыс. человек и закончил бои в составе около 1500 человек, имея в ротах от 40 до 200 штыков.