Бесконечность (фильм, 1991)

«Бесконе́чность» — советский двухсерийный художественный фильм, снятый режиссёром Марленом Хуциевым по собственному сценарию. Съёмки проходили в 1983—1991 годах в городах Ярославль, Ростов, Рыбинск и Елец.

Что важно знать
Бесконечность
Жанры драма, притча,
арт-хаус
Режиссёр Марлен Хуциев
Продюсер Вячеслав Давыдов
Автор
сценария
Марлен Хуциев
В главных
ролях
Владислав Пильников
Алексей Зеленов
Марина Хазова
Операторы Геннадий Карюк
Вадим Михайлов
Андрей Епишин
Композитор Николай Каретников
Кинокомпании Киностудия «Мосфильм», Киностудия «Ритм», Киностудия «Товарищ», совместно с фирмой «Олимп-I»
Длительность 220 минут (2 серии)
Страна  СССР
Язык русский
Год 1991
Кинопоиск 40833
IMDb ID 0104509

Аннотация

Герой фильма думает о смысле жизни и непроизвольно становится реальным участником собственных воспоминаний. Его попутчик — он сам двадцать лет назад — молодой человек без жизненного опыта, у которого ещё все впереди. Он как бы заново проходит свой жизненный путь.

Съёмки

Съёмочный период продолжался с 1983 по 1991 год. Съёмки проходили в городах Ярославль, Ростов, Рыбинск и Елец[1][2]. В частности, в Ельце производилась натурная съёмка городской панорамы для эпизода, когда главный герой смотрит на свой город с пригорка, а также съёмка эпизода «Переулок детства». На одном из домов Марлен Хуциев увидел табличку-указатель «Детский переулок» — как позже признавался режиссёр, он свинтил эту табличку и взял себе на память[2].

Отзывы и рецензии

В энциклопедическом издании «Первый век кино» «Бесконечность» определена как «предельно личный» фильм, в котором продолжился «хуциевский путь — от неповторимого времени к универсалиям культуры, растворённым в конкретной судьбе»[3]. Киновед Лидия Зайцева назвала Хуциева «архитектором кинематографа „оттепели», который в своё время «жёстко отверг» стилистику «Зеркала» Андрея Тарковского, предложив игровому кино так называемый «поэтический документализм». В «Бесконечности» Хуциев «очищает» свой документализм от любых «наслоений» повседневности как эпохи безвременья. На экране, как когда-то и у Тарковского, «царит» лишь память о прожитой жизни — ностальгическое состояние человека, оглянувшегося на пройденный путь, «неизбывная природная ценность буквально каждого мгновения жизни». Хуциев «возрождает» изобразительный язык общения со зрителем — на уровне эмоций и переживаний героя, созерцающего пространство «до мелочей развёрнутого перед ним мира»[4].

В ролях

Награды и премии

Примечания

Литература