Белая шпинель Канди
Белая шпинель Канди (англ. White spinel of Kandy[1]) — исторический драгоценный камень, в XIX веке привезённый из королевства Канди в Европу. Описывается как оправленная в золото и рубины бесцветная шпинель массой в 71,25 карата[2]. Её текущее местонахождение неизвестно.
История камня
В феврале 1803 года англичане предприняли военную экспедицию в королевство Канди, известную как Первая кандийская война. Захватив столицу государства, город Канди, они оставили в нём небольшой гарнизон и объявленного королём пробритански настроенного кандийского принца Муттусами (который был убит при отступлении спустя всего лишь около месяца). В одном из сражений этой войны отличился капитан 19-го пехотного полка Роберт Хоннер, и в знак признания его выдающихся заслуг Муттусами подарил ему бесцветный драгоценный камень массой в 285 тройских гранов[3], включённый в изделие из золота и рубинов — по крайней мере, так утверждал сам Хоннер[2].
В 1806 году Хоннера, который к тому времени стал майором и был известен жестоким обращением со своими солдатами[2], уволили из армии за то, что он ударил капитана Лоуренса[4]. По этой причине Хоннер оказался в затруднительном материальном положении. По возвращении в Лондон экс-майор предложил подарок Муттусами лондонской фирме Rundell & Bridge, но они были согласны купить только золото и рубины. Видимо, Ранделл и Бридж не придавали бесцветному камню никакой ценности или не были согласны дать за него ту цену, что запросил продавец. Однако они познакомили Хоннера с мистером Лори, профессором и преподавателем минералогии. Он осмотрел и испытал камень и обнаружил, что тот твёрже топаза. После этого Лори объявил, что камень является бесцветной шпинелью большой ценности. Это решение было поддержано рядом экспертов, в присутствии которых были произведены дальнейшие тесты.
В последний раз Белая шпинель Канди появилась на страницах истории в 1847 году, когда её, оценённую в 23 000 фунтов стерлингов, предложили королю Франции Луи-Филиппу I, который был готов купить камень после сертификации придворным ювелиром. Но придворный ювелир заявил, что не знает надёжного теста, который можно бы было применить к драгоценному камню такого рода для удостоверения его подлинности, и сделка не состоялась[3].


