Баш, Виктор

Получив степень агреже по современным языкам в 1885 году, он стал профессором немецкого языка и эстетики в Университете Нанси, где преподавал с 1885 года по 1887 год. Затем он был профессором философии в Университете Ренна с 1887 года по 1906 год. 28 мая 1897 года он защитил две диссертации на соискание степени доктора литературы в Сорбонне^[5]. Первая, на французском языке, представляла собой Критическое эссе об эстетике Канта^[6]. Вторая, на латыни, была посвящена сентиментальной поэзии по Шиллеру^[7].

В 1906 году он был назначен преподавателем курса немецкого языка и литературы на факультете искусств Парижа. В 1908 году он стал руководителем этого курса, в 1913 году — адъюнкт-профессором, в 1921 году — профессором без кафедры, а с 1928 по 1933 год занимал должность профессора эстетики^[8].

Его работы по эстетике, в частности докторская диссертация о Канте, оказали влияние на одного из его студентов, молодого философа Валентина Фельдмана. Фельдман выразил признательность своему учителю в научно-популярной книге Современная французская эстетика (Париж, Феликс Алькан, 1936).

Он узнал о деле Дрейфуса в октябре 1897 года и стал дрейфусаром, отстаивая примат критического мышления. В январе 1898 года, через несколько дней после публикации статьи «Я обвиняю…!» Эмиля Золя, он стал мишенью протестов в Ренне. 22 января 1899 года он вместе с коллегами-профессорами основал у себя дома реннское отделение Лиги прав человека. 14 июля 1899 года демократический республиканский банкет, организованный отделением Лиги прав человека, собрал 260 человек в одной из гостиниц Ренна. Вместе с женой он следил за процессом над Альфредом Дрейфусом в Ренне в 1899 году и принимал у себя дома в Гро-Шен многих дрейфусаров, таких как Жорес, Лабори и Лазар^[9].

Виктор Баш присоединился к Лиге прав человека с момента её создания в 1898 году^[8]. Он был её четвёртым президентом с 1926 по 1944 год.

Незадолго до 1914 года он выступал в поддержку сионизма, но с началом войны отошёл от этого движения. В 1920-е годы и 1930-е годы он выступал против ультраправых. В ноябре 1930 года, в возрасте 67 лет, он был ранен членами организации «Королевские молодчики» во время митинга. Он изучал нацистский режим, анализируя причины нацистского антисемитизма и Ночи длинных ножей. После 6 февраля 1934 года он принимал участие в объединении левых сил и создании Народного фронта. Он организовал мирные ассамблеи в Монруже во время демонстрации 14 июля 1935 года. Он поддерживал испанских республиканцев во время гражданской войны в Испании. Он осудил Мюнхенское соглашение 1938 года и пакт Молотова — Риббентропа 1939 года.

В начале оккупации квартира Виктора Баша была разграблена, и он потерял множество рукописей. В 1940 году Виктор и Элен бежали в свободную зону и поселились в районе Сен-Клер в Калюир-э-Кюир, по адресу Гранд-рю-Сен-Клер, 116.

Виктор Баш, участвовавший в защите прав человека и состоявший в масонстве, разыскивался режимом Виши. В январе 1944 года милиция Лиона под руководством Поля Тувье обнаружила Виктора Баша в Калюир-э-Кюир. 10 января 1944 года в сопровождении десятка милиционеров, в частности Лекуссана, регионального начальника милиции, и лейтенанта Морица из гестапо, Тувье лично участвовал в аресте Виктора Баша и его 79-летней жены Элен, которая отказалась оставить мужа. Лекуссан позже рассказывал: «Мориц счёл Виктора Баша слишком старым для ареста, и мы решили его казнить». Лекуссан в сопровождении других милиционеров и Морица отвёз пару в Нерон в департаменте Эн, где Виктор и Элен Баш были застрелены в тот же вечер.

Этот вопрос рассматривался правосудием, в частности, в ходе судебных процессов над Тувье. 13 августа 1992 года обвинительная палата вынесла решение о прекращении дела. 27 ноября 1992 года Кассационный суд частично отменил это решение. В ходе рассмотрения кассационной жалобы по вопросу о соучастии в убийстве Виктора и Элен Баш 10 января 1944 года Кассационный суд вновь вынес решение о прекращении дела^[10]. Убийство Виктора и Элен Баш было признано делом рук^[10] Лекуссана и Морица. Это решение было принято несмотря на присутствие Тувье на подготовительном собрании перед экспедицией в Калюир (показания милиционера Луи Масе) и его присутствие при самом аресте (согласно показаниям Лекуссана и Масе).

В отчёте учитывался^[10] контекст первых показаний Масе (во время Освобождения). Также принималось во внимание, что Лекуссан не упоминал о присутствии^[10] Тувье в Нероне или о явном решении^[10] Тувье об убийстве Башей. Отношения между Лекуссаном и Тувье были^[10] плохими.

Бывший водитель Поля Тувье, Жан-Люсьен Фёз, передал слова Тувье после убийства супругов Баш: «Мы достали их, этих грязных евреев».

Присутствие и роль Гонне кажутся несомненными. Тувье отрицал наличие отношений подчинённости между ним и Гонне. По его словам, Гонне покинул службу в конце 1943 года^[10]. Однако в случае с казнью семи евреев на кладбище Рийё отношения подчинённости между Тувье и Гонне были доказаны (показания Луи Гудара), что привело к осуждению Тувье.

Мориц, свидетель подготовительного собрания, ареста и убийства Башей, никогда не допрашивался по этому делу.

У Виктора и Элен Баш было пятеро детей^[4]:

• Люсьен Мишель, родился в Нанси 23 августа 1886 года^[11];
• Фанни, родилась в Нанси 22 июля 1887 года^[12];
• Сюзанна, родилась в Ренне 16 июля 1891 года^[13];
• Ивонн (Ренн, 5 марта 1889 года — 1975)^[14], жена социолога Мориса Хальбвакса (родился в 1877 году, умер в депортации в Бухенвальде 16 марта 1945 года);
• Жорж Луи (Ренн, 5 сентября 1894 года^[15], покончил с собой 20 июня 1940 года), был женат на Марианне Баш (урождённой Муте, умерла в 2000 году). Их дочь — Франсуаза Баш, учёный и феминистка. Их сын — Андре Виктор Баш, родился в Париже. 26 декабря 1961 года он женился на Лоранс Батай, дочери писателя Жоржа Батая и его первой жены Сильвии Маклес. У них родилась дочь.