Хулиа, Асенсио

Сын Матиаса Хулиа, рыбака, и Хасинты Альваррачи, согласно заверенной копии свидетельства о крещении, приложенной к записи о браке, он был крещён 11 мая 1753 года в приходской церкви Сан-Андрес в Валенсии. Профессия отца дала ему прозвище «Еl Рescadoret», под которым он был известен в определённых кругах^[2].

Согласно документам, с 1771 по 1775 год учился в Королевской академии изящных искусств Сан-Карлос в Валенсии, где в 1773 году получил вторую премию по живописи^[3]. В 1778 году поселился в Мадриде, согласно вышеупомянутой записи о браке, но о его деятельности при дворе ничего не известно до 17 февраля 1783 года, когда он подал заявление о приёме в качестве ученика в Королевскую академию изящных искусств Сан-Фернандо. В нём он ошибочно указал, что ему 23 года, что объясняет, почему в некоторых источниках он фигурирует как родившийся в 1760 году^[4]. Предполагаемая дата обоснования в Мадриде также сомнительна, поскольку известно, что в середине апреля 1782 года он находился в Катаррохе. Там в качестве рисовальщика присоединился к археологическому походу Франсиско Переса Байера по Андалусии, Эстремадуре и Португалии, который продолжался до 20 декабря того же года и завершился в Мадриде. Из записей Переса Байера следует, что Хулиа сделал не менее шестидесяти шести рисунков различных археологических останков, но в фрагментарно сохранившихся рукописях в Валенсийском университете, Национальной библиотеке Испании и Королевской исторической академии, фиксирующих исследования Переса Байера, содержится лишь копия некоторых из них^[5].

О его пребывании в Мадридской академии известно только то, что относится к зачислению, и нет никаких сведений о том, как долго он там пробыл, у кого обучался, получал ли какую-либо из ежегодных премий, присуждаемых этим учебным заведением. Предположение о том, что его учителем был Мариано Сальвадор Маэлья, основано исключительно на том, что оба были родом из Валенсии.

30 августа 1797 года женился на Розе Фабре, дочери французского повара, в церкви Сан-Мартин в Мадриде^[6]. В 1808 году они крестили свою единственную дочь, Хасинту Хулиа, в церкви Сан-Себастьян^[7].

Считается, что знакомство с Франсиско де Гойей произошло в 1789 году, поскольку в письме арагонского художника своему другу Мартину Сапатеру от 5 августа Гойя писал:

Кто-то утверждал, что упомянутый Асенсио был именно Асенсио Хулиа, но Ансон Наварро смог доказать, что Гойя имел в виду арагонского архитектора Хоакина Асенсио Мартинеса, действительно рекомендованного Сапатером, который сдаст экзамен на архитектора в Академии всего через четыре дня после даты, указанной в письме^[8].

Небольшой портрет с надписью «Гойя — своему другу Асенси», хранящийся в музее Тиссена-Борнемисы в Мадриде, датируется примерно 1798 годом. На нём он изображён в полный рост с инструментами художника, стоящим перед строительными лесами, которые, как предполагается, могли быть использованы для росписи фресок в часовне Сан-Антонио-де-ла-Флорида — заказ, который Гойя получил в том же году и при выполнении которого он должен был сотрудничал с Хулиа^[9].

На портрете Хулия предстаёт в элегантном наряде перед строительными лесами. Яркий свет, проникающий в комнату справа, освещает маленькую фигуру, особенно надменное лицо. Мазки очень свободные, с лёгкими цветовыми штрихами.

Его вклад в написание фресок в Сан-Антонио-де-ла-Флорида, должно быть, ограничивался подготовкой материалов, креплением картона и другими задачами, характерными для помощника, поскольку в работе не видно ничьего стиля, кроме стиля и мастерства Гойи^[10].

Тесное сотрудничество с Гойей, о котором есть подробные документальные свидетельства, произошло в августе 1808 года, во время празднования провозглашения Фердинанда VII королём после первого отступления французских войск из Мадрида (сражение при Байлене). Асенсио Хулиа было поручено украсить фасад дома уроженца Лимы Тадео Браво де Риверо на площади Сан-Мартин, на котором он изобразил «Лимскую верность» — женскую аллегорию в виде медальона с портретом короля, набросанным Гойей и выполненным Хулиа «под руководством знаменитого Франсиско Гойи»^[11][12].

Известные картины Асенсио Хулиа — небольшого размера, посвящённые либо военной тематике — Войне за независимость, либо с аллегорическими или драматическими мотивами, такие как «Дуэль», где испанский генерал сражается с французским офицером, «Кораблекрушение», подаренное художником Королевской Академии Изящных искусств Сан-Карлос в Валенсии в 1816 году, предположительно для того, чтобы получить звание заслуженного академика; и «Палач», приобретённый в 2003 году Музеем изящных искусств Валенсии^[13][14][15]. Эти темы делают Хулиа нетрадиционным художником, погружённым в ранний период романтизма.

«Портрет Хосе Камарона-и-Мелиа», написанный в стилистике Гойи, и копия автопортрета «Гойю лечит доктор Аррьета» находятся в частной коллекции^[16][17].

Определённое значение в его творчестве имели рисунки, подготовленные для создания гравюр другими художниками. Первый известный заказ, датируемый 1796 годом, — это два рисунка, хранящиеся в Национальной калькографии, для серии гравюр, известной как La Artillería volante («Летающая артиллерия»), которые были выгравированы Рафаэлем Эстеве, другим валенсийцем, изображённым Гойей^[18]. Эстеве, помимо того, что неоднократно работал с Хулиа, подписал декларацию о бедности, нотариально заверенную Хулиа и его женой в 1803 году, вероятно, в связи с некоторыми проблемами, возникшими из-за наследства^[19].

Известны также две сатирические гравюры, выполненные с помощью техники офорта и акватинты: «Герой-маркиз де ла Романа спасает заброшенную Галисию от рабства и наполняет её новой жизнью», опубликованная в газете Diario de Valencia от 1 мая 1810 года, что позволяет предположить, что он бежал из Мадрида после вступления туда войск Наполеона; и «Аллегория корриды и войны за независимость», где тореадором является Британский Геркулес, аллюзия на герцога Веллингтона^[20][21][22].

В доказательство скромности художника можно использовать переменчивость его подписи, поскольку были следующие вариации: «A. Juliá», «Asensi Julià», «Asensi Chuliá», «Ascensio Cholia» или вообще не было подписи. Однако эти вариации можно также интерпретировать, по крайней мере частично (вариации «Julià» / «Chulià»), как признак того, что художник предпочитал валенсийский язык кастильскому.

В 1818 году он начал преподавать уроки рисования с жалованьем в 6 000 реалов в год (в 1820 году оно было уменьшено до 3 000 из-за сокращения бюджета) и стал руководителем уроков по декорациям с июля 1823 года в недавно открытой Школе Мерсед, во всех отношениях зависимой от Академии Сан-Фернандо^[23]. Столкнувшись с постоянными финансовыми трудностями и проблемами с получением зарплаты, он был вынужден совмещать занятия в Мерсед с уроками рисования, которые давал в школе для девочек при церкви Сан-Антонио-де-лос-Алеманес, а также с частными уроками. В 1830 году у художника случился паралич, и он умер в Мадриде 21 октября 1832 года. Похоронен за счёт подаяний в церкви Сан-Себастьян^[24].

«Колосс» — одна из знаковых картин, посвящённых Войне за независимость, и одно из ключевых произведений в творчестве Франсиско де Гойи. Картина появилась в коллекции музея Прадо после того, как Педро Фернандес Дюран её передал согласно дарственной. Сомнения в верности авторства возникли в 1990-х гг., а 24 июня 2008 года газета ABC сообщила, что два специалиста музея Прадо выразили предположение, что она могла быть написана Асенсио Хулиа^[25]. Впоследствии, 26 июня, музей Прадо дал подробное объяснение теории, выдвинутой искусствоведом Мануэлой Меной, которая являлась главным куратором музея по живописи XVIII века и экспертом по творчеству Гойи.

Мигель Зугаса, в то время директор Прадо, заявил, что результаты технического исследования картины, которые ещё не были завершены и должны были быть опубликованы в конце 2008 года, «закроют главу о доказательствах того, что эта картина не принадлежит Гойе», и откроют новый период, когда необходимо будет «воссоздать личность Асенсио Хулиа», о котором известно очень мало. «Когда результаты исследования будут опубликованы, музей Прадо приступит к присвоению „Колоссу“ необходимого статуса», — добавил он. Однако глава музея Прадо «не захотел „категорически“ исключать авторство Гойи в написании картины и призвал дождаться завершения исследований экспертов»^[26].

С другой стороны, 1 июля 2008 года Найджел Глендиннинг выразил своё категорическое несогласие с заявлениями музея, заявив ABC: «Происходящее серьёзно и печально, Прадо признаёт вещи без должного изучения вопроса». Глендиннинг один за другим опроверг аргументы, использованные Мануэлой Меной, особенно тот, который мог бы иметь наибольший вес, — предполагаемое наличие инициалов A. J., интерпретированных хранителем музея как подпись Асенсио Хулиа. Испанист и эксперт по творчеству Гойи показал старую фотографию картины, на которой там, где Мануэла Мена прочла A. J., «отчётливо видны» цифры 1 и 7, за которыми следует 6, образующие номер 176, который, по мнению англосаксонского эксперта, является инвентарным^[27].

С июля того же года последовала целая череда заявлений за и против авторства, но ни один из экспертов, высказавших своё мнение, так и не определился окончательно. Под руководством Мануэлы Мены было проведено исследование для анализа композиции, техники и смысла работы, что привело к выводу о схожести картины с другими произведениями Гойи из-за типичных ему чётких деталей, смелых мазков, главного персонажа, расположенного крупным планом. При этом для присвоения авторства Асенсио Хулиа нужно было проанализировать работы данного автора и сравнить их с трудами Гойи для окончательных выводов.

Результаты исследований Мануэлы Мены были опубликованы в статье «Колосс и его приписывание Гойе» в выпуске XXVI (2008) «Журнала Музея Прадо», в котором она утверждала, что картина должна быть выставлена в галереях музея как работа «последователя Гойи»^[28]. Найджел Глендиннинг вместе с другими специалистами настаивал на защите авторства Гойи^[29]. Впоследствии музей обозначил свою позицию, вернув авторство Гойе, хотя и в качестве произведения, приписанного художнику на основании его оригинальности, высокой эстетической ценности и «наличия картины с аналогичным сюжетом в описи имущества художника в 1812 году»^[30].