Анвар Конго

Родился в портовом селении, в бедной мусульманской семье; отец был мигрантом из Кебумена, а мать — из Баньюмаса. Окончил четыре класса начальной школы. Из Панкалан Брандана перебрался в Медан^[2]. Занимался в секции бокса, выступал на соревнованиях^[3]. Помимо бокса он увлекался боулингом и в 1960-х годах участвовал в соревнованиях в Малайзии.

Вступил в подростковую банду. Быстро приобрёл авторитет как гангстер-преман. Носил кличку Кинжал. Контролировал чёрный рынок билетов в кинотеатр Medan, организовывал безбилетный проход зрителей. Спекуляция билетами стала основным доходом его группировки, которая также использовала кинотеатры как базу для совершения преступлений^[4]. Сам был большим любителем кино, предпочитал голливудские гангстерские фильмы^[5]. Группировка Анвара являлась элементом меданской криминальной структуры Эффенди Насутиона.

Существуют две версии происхождения прозвища Конго. По словам самого Анвара, в 1960 году, во время Конголезского кризиса он намеревался направиться в Конго в составе миротворческого контингента; этого не произошло, однако кличка стала частью личного имени^[3]. Согласно второй версии, озвученной его женой, прозвище дал отец, работавший в сфере судоходства, в память о своей поездке в Конго.

В 2012 году американский режиссёр Джошуа Оппенхаймер снял документальный фильм Акт убийства об индонезийских событиях 1965—1966. Проект фильма появился в 2003 году, в 2005 Оппенхаймер познакомился с Анваром Конго^[10]. Главными персонажами стали меданские гангстеры-антикоммунисты, активные участники убийств. Анвар Конго, Ади Зулкадри, Сафит Пардеде, Герман Котто, Ибрагим Синик — с детства киноманы, мечтавшие сниматься — с готовностью согласились. Это обеспечило им мировую известность.

Они подробно и обстоятельно рассказывали об убийствах, демонстрировали орудия и приспособления, моделировали сцены расправ. Анвар Конго высказал сожаление в связи с избыточной жестокостью тогдашних действий, но ни в коей мере не выразил раскаяния^[11]. Он твёрдо заявлял, что убийства коммунистов совершались в защиту Индонезии и являлись законной самообороной. Напоминал также о жестокостях КПИ, стремлении компартии установить диктатуру, совершённых коммунистами убийствах генералов национальной армии, многих мусульман и улемов^[2]. Ещё более жёсткую позицию заняли его соратники, особенно Ади Зулкадри.

Предполагалось, что фильм будет называться Арсан и Амина — по любовной сюжетной линии. Однако в Индонезии фильм демонстрировался под названием Jagal — Мясник. Анвар Конго, назвав фильм «правдивым», выразил претензии к Оппенхаймеру за несогласованное название^[12]. Наименование себя «мясником» Анвар счёл «жестоким обманом»^[13]. Оппенхаймер не принял этих претензий^[14].

Международная критика восприняла образ Конго в фильме как парадоксальное сочетание «благодушного старика» и «жестокого убийцы». Отмечалось, что кинореконструкции сцен убийств стали для него инструментом психологического самоанализа, приведшим к эмоциональному срыву^[15][16].

Иностранные наблюдатели отмечают не только крайнюю жестокость, но и «поразительный нарциссизм этих бандитов», а также и их высокую популярность в Индонезии. Одним из «многих поклонников Анвара» является вице-президент Индонезии Юсуф Калла (тоже участник антикоммунистической кампании 1960-х)^[17].

После демонстрации фильма житель Джокьякарты Брамантьо Приджосусило инициировал петицию с требованием привлечения Анвара Конго к ответственности за убийства^[18]. В марте 2014 года начальник полиции Индонезии генерал Хаджи Сутарман отклонил это требование на основании давности событий^[19]. Председатель «Молодёжи Панчасила» Джапто Сурджосумарно фактически солидаризировался с Анваром Конго, посчитав его действия жёстким ответом на коммунистическое насилие. При этом он отметил, что роль в фильме «Акт убийства» и последующий конфликт с режиссёром является частным делом Анвара Конго, а не PP в целом.

Несмотря на международный резонанс, Анвар Конго не подвергся судебному преследованию вплоть до своей смерти^[20].

До конца жизни Анвар Конго оставался высоким авторитетом для радикальных антикоммунистов Индонезии, особенно в «Молодёжи Панчасила». Участвовал в публичных мероприятиях, характеризовался как общественный деятель^[21]. Регулярно общался с крупным праворадикальным политиком Джапто Сурджосумарно — председателем «Молодёжи Панчасила», лидером Партии патриотов.

В 2023 году президент Индонезии Джоко Видодо признал массовые убийства 1965—1966 годов грубым нарушением прав человека, однако это не повлекло за собой юридического преследования виновных^[22]. После смерти Конго его образ не используется в официальной пропаганде «Молодёжи Панчасила», а в обществе сохраняется двойственное отношение к его наследию: для одних он является героем, для других — символом жестокости^[23].

Анвар Конго был женат на Сальме Мифтах Салим (Salma Miftah Salim), имел детей и внуков. Проживал в Медане, недалеко от бывшего кинотеатра, ныне превращённого в магазин. Держал дома флаг Индонезии и собственный бюст. Был известен приверженностью ритуалам Панча Сила.

Увлечением Анвара Конго являлась езда на мотоцикле Honda Vario^[13].

82-летний Анвар Конго скончался в меданской больнице Мадани. По словам вдовы, Салмы Мифтах Салим, он страдал от нескольких заболеваний, включая защемление нерва, а последним его желанием была встреча с внуками, специально приехавшими из Джакарты. В комментариях СМИ он именовался «лидером антикоммунистических эскадронов смерти»^[24] и «Мясником из Медана».

Похороны по мусульманскому обряду состоялись в селении Джалан Сутрисно в окрестностях Медана. Гробницу Анвар Конго заказал себе заранее, предчувствуя близкую смерть^[25]. На погребальной церемонии присутствовали друзья и соседи, активисты «Молодёжи Панчасила», участники событий 1965—1966, вице-губернатор Северной Суматры Муса Раджекшах. Соболезнования семье Анвара Конго выразил Джошуа Оппенхаймер^[26].