«Три правды» и их трагическое столкновение в пьесе М. Горького «На дне»

Жанр пьесы «На дне» ― социально–философская драма. В центре внимания ― философские вопросы о правде и лжи, правде и сострадании, о значении человека в мире^[1]. В основе произведения ― диспут между двумя персонажами, излагающими свои взгляды по этим вопросам: Лукой (проповедником веры и сострадания, пусть в ущерб правде) и Сатиным (проповедником правды и человеческого достоинства). Ещё один персонаж, Бубнов, тоже рассуждает о правде, однако его представления мотивированы иначе, чем взгляды Сатина^[2].

Столкновение трёх «правд» проявляется в том, что каждый из героев выбирает, какой из них верить и следовать. Однако ни одна из них не помогает им подняться со «дна», начать новую жизнь.

Лука ― проповедник сострадания к людям^[1]. Он обольщает босяков надеждой на новую жизнь, на возможность выбраться со дна жизни. Он мягок и снисходителен к человеческим слабостям и грехам. Основная черта этого образа — неопределённость. Сложно разобраться, добр этот человек или хитёр, с какой целью он пытается спасти опустившихся на дно обитателей ночлежки. Лука убеждён, что каждая человеческая личность ценна, и это его личная, вынесенная из жизни философия: «Всё — в человеке, всё — для человека». В этом сходство его жизненной позиции с позицией его оппонента — Сатина. Но они принципиально расходятся в своём отношении к правде и состраданию^[2].

Лука действительно заинтересован в людях, он способен понять их боль и увидеть их лучшие качества. Он принимает каждого из своих собеседников, не различая в нём выдуманное и реальное, доброе и злое, силу и слабость: «Мне — всё равно! Я и жуликов уважаю, по-моему, ни одна блоха не плоха: все чёрненькие, все прыгают…». Он не ищет объективной правды, считая, что у каждого правда своя: «Во что веришь, то и есть». А потому, пытаясь для каждого найти утешение, Лука не разбирается в средствах, он убеждает Актёра в существовании бесплатной лечебницы для алкоголиков, Ваську Пепла — в том, что где-то есть «праведная земля», свободная Сибирь, Анну — что её ждёт рай после смерти и т. д. Его сострадание и любовь к человеку, таким образом, смешиваются с иллюзией и обманом. Неслучайно автор называет этого персонажа «лукавым»^[2].

Лука даёт надежду жителям ночлежки, а затем исчезает, оставляя их «на дне», с разбитыми надеждами. По мнению И. Ф. Анненского, роль этого персонажа в том, чтобы «баламутить» дно, возмущать спокойствие, будоражить души вопросами^[3]. Благодаря Луке в них раскрывается человеческое, рождается мечта о счастье. Однако помочь реализовать эту мечту, основанную на иллюзии, Лука не в силах^[4].

Актёр вспоминает стихотворение Пьер-Жана Беранже о безумце, «который навеет / Человечеству сон золотой!». Оно связано с образом Луки, который дал им веру, пусть иллюзорную, в лучшую жизнь. Косвенно оно также указывает на связь образа Луки с Иисусом Христом, которая следует из пропущенной Актёром строфы стихотворения Беранже: «Нам безумец дал Новый завет — / Ибо этот безумец был богом»^[4].

Ассоциации образа Луки и с Христом, и с чёртом («лукавым») делают его образ неоднозначным^[5]. Изначально М. Горький задумывал этого героя отрицательным, однако получился образ намного сложнее, и многие критики видели в нём проповедника христианских истин любви и доброты^[6].

Сатин проповедует путь истины. Он считает, что бог свободного человека — правда, а сострадание, жалость — удел слабых^[1]. Сатин — противник «возвышающего обмана». Он считает, что человеку нужно уважение и чувство собственного достоинства, а жалость унизительна. Он не приемлет всепрощения и утешающих иллюзий. Сатин провозглашает: «Человек — это звучит гордо!». С одной стороны, эта мысль, исходящая из философии Ф. Ницше, близка автору, с другой — он вкладывает эти слова в уста шулера и пьяницы, который произносит их за бутылкой водки^[2][4].

Действия Сатина во многом разрушительны: Пеплу он внушает мысль убить Костылёва, Актёра отговаривает уходить из ночлежки, Клещу описывает картину вселенской забастовки. В нём исследователи видят «мефистофельские начала». Он умён, но циничен и даже порой жесток. В этом образе воплощается близкий писателю дух бунтарства, ниспровержения старых, мешающих прогрессу законов. Для него правда — человек, отвергающий «ветхие добродетели»^[7].

Бубнов в пьесе противопоставлен и Сатину, и Луке^[1]. Он тоже «поборник правды» (т. н. «правды факта»): «По-моему — вали всю правду, как она есть! Чего стесняться?». Он злорадно предвещает обитателям ночлежки несчастья и часто оказывается прав. Однако его «правда» исходит из равнодушия к людям, из убеждённости, что человек по природе низок, поэтому не может стать лучше^[2].