Эпидемия тифа в Терезине

После установления протектората Богемии и Моравии город-крепость Терезин, расположенный недалеко от Литомержице, был постепенно трансформирован в концентрационный лагерь, служивший в первую очередь транспортным пунктом для депортации евреев в лагеря уничтожения в рамках процесса Холокоста. Малая крепость служила тюрьмой и управлялась пражским гестапо. В конце апреля 1945 года немецкая армия начала эвакуировать заключённых из лагерей, освобождённых Красной армией. До эвакуации в лагере содержались около 17 500 заключённых, а после — более 30 000 человек, в основном евреев из Польши и Венгрии, из которых более 3 000 содержались только в Малой крепости.

Первый случай брюшного тифа был зафиксирован в лагере в 1943 год; болезнь не имела широкого распространения^[1]. Однако с 20 апреля 1945 года в Терезин начали прибывать конвои с евреями из закрытых концлагерей, многие из которых были тяжело больны^[4]. Так, первый случай в рамках «Большой» эпидемии теперь уже сыпного тифа был зарегистрирован врачами, в основном еврейскими заключёнными, служившими в лазарете Терезина, 24 апреля. Несмотря на предупреждения лагерных врачей и прямой приказ руководства начальник лагеря Генрих Йёкель отказался принимать меры против распространения болезни в лагере^[4]. Поэтому в Прагу о болезни сообщили с запозданием. 2 мая руководство лагеря взял на себя Международный Красный Крест^[5], а 4 мая в рамках так называемой «Чешской акции помощи» для оказания помощи местному медицинскому персоналу в Терезин прибыла первая группа чехословацких врачей. 8 мая Терезин был освобождён Красной армией^[6] (большинство немецких надзирателей покинули лагерь до её прибытия и пытались попасть в плен к американской армии) и передан под командование майора Кузьмина.

К борьбе с эпидемией сразу же присоединились и члены медицинской службы Красной армии. Через несколько часов после освобождения в лагерь приехала группа санитаров Красной армии под руководством подполковника Д. Н. Калюжного^[7][8]. Калюжный внёс значительный вклад в победу над эпидемией и описал ситуацию в лагере в статьях и мемуарах^[8].

Со временем в Терезине было создано пять полевых госпиталей, в которых работали более 50 врачей еврейского, чешского или советского происхождения и более 30 медсестёр, в основном студентки последнего курса пражской Чешской школы ухода за больными (пражские госпитали и больницы были переполнены после окончания Пражского восстания). Медсёстры не были должным образом обучены и привиты^[9]. Актриса Наташа Голлова, которая впоследствии заболела тифом, также помогала в качестве волонтёра^[10]. В Терезине объявлялся пятнадцатидневный карантин.

В борьбе с эпидемией участвовали чехословацкие врачи Карел Рашка, Зденек Кунц, Франтишек Паточка, а также врачи, находившиеся здесь в заключении, такие как Иржи Силлаба. Именно Карел Рашка изначально через разговоры в охраной и начальником тюрьмы два дня добивался того, чтобы врачей пустили на территорию лагеря^[11]. Генрих Йёкель, начальник тюрьмы, заявлял, что ситуация под контролем, ведь в тюрьме распространяется брюшной тиф, однако Рашка видел результаты анализов, полученные одной из пражских больниц, и знал, что началась эпидемия сыпного тифа^[11]. Проповедник протестантского толка, радикальный пацифист и социальный работник Пржемысл Питтер, в то время недавно назначенный членом Социальной комиссии Чешского национального совета (подпольной организации времён Протектората), также сыграл решающую роль. Он был организатором программы «Акция Замки» (чеш. Akce Zámky) (1945—1947), в рамках которой он размещал выздоровевших в конфискованных государством замках Штиржин, Олешовице, Каменице и Лойовице, а также пансион Ладви, где еврейские дети проходили реабилитацию после возвращения из концлагерей. Он заботился и о немецких детях, содержавшихся в лагерях, что принесло ему немало неприятностей: ненависть многих чехов, исключение из Социальной комиссии и даже обвинения со стороны Управления национальной безопасности. Иржи Фрагнер, фармацевт и владелец фармацевтической компании B. Fragner (позже Zentiva), также сыграл важную роль в борьбе с болезнью.

Чешская клавесинистка Зузана Ружичкова и историк Томан Брод, бывшие еврейские узники Терезина, также заразились здесь тифом в детстве.

В мае 1945 года эпидемия была взята под контроль, и к концу месяца большая часть населения крепости была были вылечена, а бывшие заключённые отправлены домой. Часть больницы всё равно оставалась открытой для ухода за выздоравливавшими пациентами. Общее число жертв эпидемии составляет около 1500 человек.

За помощь в борьбе с эпидемией всем студенткам выпускного курса Чешской школы ухода за больными дали дипломы без экзаменов.