Шанхайская французская концессия

Шанхайская французская концессия была учреждена 6 апреля 1849 года, когда французский консул в Шанхае Шарль де Монтиньи получил от шанхайского даотая документ, согласно которому часть территории выделялась под французский сеттльмент. Этот участок земли, где расположены современные шанхайские районы Сюйхуэй и Лувань, занимал центр, юг и запад городской части Шанхая. К юго-востоку от французской концессии находился обнесённый стеной Китайский город, а к северу — Британская концессия (впоследствии вошедшая в Шанхайский международный сеттльмент).

Ранняя история концессии была отмечена внешними угрозами. В сентябре 1853 года, на фоне восстания тайпинов, китайскую часть Шанхая захватили повстанцы из «Общества малых мечей»^[6]. Это вызвало массовый приток китайских беженцев на территорию иностранных сеттльментов, которые считались безопасными зонами. Для защиты от повстанцев 12 апреля 1853 года консулы Франции, Великобритании и США совместно создали многонациональный Шанхайский волонтёрский корпус (corps de volontaires)^[7]. Изначально придерживаясь нейтралитета, французские власти в итоге вмешались в конфликт. В феврале 1855 года французские войска совместно с силами Цинской империи штурмом взяли китайский город, положив конец восстанию^[6].

В августе 1860 года концессия столкнулась с новой угрозой, когда армия тайпинов под предводительством Ли Сючэна подошла к Шанхаю, но была отбита совместными усилиями британских и французских войск. Второе наступление тайпинов продолжалось с июля 1861 по ноябрь 1862 года, что также потребовало организации обороны города^[8].

29 октября 1861 года произошло первое небольшое расширение территории концессии: была присоединена полоса земли для строительства набережной Quai de France^[9][10].

Важным шагом к укреплению автономии стало решение, принятое в 1862 году, о выходе из Муниципального совета Шанхайского международного сеттльмента. С 5 мая 1862 года повседневные вопросы стал решать собственный Муниципальный административный совет (conseil d’administration municipale)^[11][12]. В последующие годы были созданы собственные муниципальные службы: в мае 1863 года — пожарная бригада, а в 1864 году — смешанные суды для разбора дел с участием китайского населения. В 1880 году в концессии были установлены водопровод и канализация^[13].

В июле 1898 года в концессии вспыхнул крупный бунт, известный как «инцидент с Сымин Гунсо». Попытка французских властей проложить дорогу через кладбище, принадлежавшее влиятельной гильдии купцов из Нинбо, привела к массовым протестам. Полиция открыла огонь, убив несколько десятков китайцев, что спровоцировало ответное насилие и всеобщую забастовку, парализовавшую экономику города.

Несмотря на напряжённость, в 1899 году было согласовано и в январе 1900 года провозглашено значительное расширение концессии на запад, в результате которого её территория увеличилась почти вдвое^[10]. В 1902 году вдоль улиц начали высаживать платаны. Так как это было первым появлением данного растения в Китае, китайцы стали называть эту разновидность платанов «французским платаном»^[14]. В мае 1908 года была запущена трамвайная сеть^[15].

Во время Синьхайской революции 1911 года и «Второй революции» 1913 года Французская концессия служила убежищем для многих революционеров и оппозиционных деятелей, включая Сунь Ятсена^[8]. После падения империи Цин в 1912 году были снесены стены старого китайского города, а на их месте и на месте засыпанного рва был проложен «Бульвар Двух Республик» (Boulevard des Deux Républiques), символизировавший союз между Французской и новообразованной Китайской республиками^[16][17].

8 апреля 1914 года состоялось самое масштабное расширение территории концессии: по соглашению с правительством Юань Шикая её площадь увеличилась в 15 раз. В обмен французские власти обязались выдворять революционеров со своей территории. В качестве уступки китайскому населению два места в Муниципальном совете были предоставлены его представителям^[10][9]. В 1915—1916 годах был засыпан ручей Янцзинбан, служивший границей с Международным сеттльментом, и на его месте прошёл Проспект Эдуарда VII (современная Яньаньская улица)^[18][19].

После Октябрьской революции 1917 года в Шанхай хлынул поток русских эмигрантов. Русское население французской концессии выросло с 41 человека в 1915 году до 7 тысяч в 1920-х. Численность русской диаспоры ещё больше увеличилась после японской оккупации Маньчжурии, и к 1934 году на территории концессии проживало 8260 русских. В 1930-х годах были построены два главных православных храма: Свято-Николаевский храм-памятник, освящённый в 1934 году^[20][21], и кафедральный собор в честь иконы Божией Матери «Споручница грешных», построенный в 1933—1935 годах^[22][23].

После начала японо-китайской войны и битвы за Шанхай в августе 1937 года японские войска оккупировали китайские районы города, но не вошли на территорию иностранных сеттльментов. Французская концессия, объявив о нейтралитете, превратилась в «одинокий остров» (кит. 孤岛, gūdǎo)^[24]. Как и в предыдущие кризисы, сюда хлынули сотни тысяч китайских беженцев. Этот период (1937—1941) был отмечен гуманитарным кризисом, а также превращением концессии в арену тайной войны между китайским сопротивлением, японскими спецслужбами и коллаборационистами^[25][26].

После поражения Франции в 1940 году администрация концессии перешла под контроль режима Виши. 30 июля 1943 года вишистское правительство передало французские концессии в Китае, включая шанхайскую, прояпонскому марионеточному правительству Ван Цзинвэя, что стало фактическим концом французского управления.

По окончании Второй мировой войны потеряли легитимность правовые акты как режима Виши, так и режима Ван Цзинвэя. Юридически существование концессии завершилось 28 февраля 1946 года после подписания франко-китайского договора, по которому послевоенное правительство Франции официально отказалось от своих экстерриториальных прав в Китае. После прихода к власти в Китае коммунистов в 1949 году большая часть оставшейся русской диаспоры была эвакуирована при содействии международных организаций^[27].

Высшим административным лицом на территории концессии являлся Генеральный консул Франции в Шанхае. В отличие от Шанхайского международного сеттльмента, управлявшегося многонациональным советом, Французская концессия сохраняла свою независимость. Повседневными вопросами управлял собственный Муниципальный административный совет (фр. conseil d’administration municipale), который возглавлял генконсул. Концессия имела собственную правовую и правоохранительную систему^[28]. После значительного расширения территории в 1914 году в состав совета были включены два представителя от китайского населения.

За поддержание правопорядка отвечала собственная полиция — Муниципальная гвардия (фр. Garde Municipale), созданная после административного отделения в 1862 году. Полиция имела многонациональный состав: руководящие посты занимали французы, а в рядовом составе служили китайцы, выходцы из французских колоний в Индокитае (в частности, вьетнамцы, которых набирали с 1907 года) и, после 1917 года, русские эмигранты, многие из которых были бывшими офицерами^[29][30][31].

На практике роль гвардии была неоднозначной. Руководство полиции было известно своей коррумпированностью и тесно сотрудничало с китайской мафией, в частности с «Зелёной бандой». Этот союз был взаимовыгодным: нелегальные заведения (казино, бордели, опиумные курильни), процветавшие с попустительства властей, приносили доход в казну концессии, а мафия помогала контролировать китайское население района. Одним из самых ярких примеров этого альянса был главный китайский инспектор полиции Хуан Цзиньжун, который одновременно являлся одним из боссов «Зелёной банды»^[29].

Официальная символика концессии включала флаг Франции и герб, на котором был начертан национальный девиз Франции: «Свобода, равенство, братство» (фр. Liberté, Égalité, Fraternité). В качестве официального гимна де-факто использовалась «Марсельеза». Отдельного юридического акта, утверждавшего гимн для концессии, не существовало; его использование было стандартной практикой для всех территорий, находившихся под управлением Франции^[32][33].

В 1920—1930-е годы Шанхайская французская концессия переживала экономический бум, утвердившись в качестве самого престижного жилого и торгового района Шанхая, известного как «Париж Востока»^[34]. Её экономика была многогранной, сочетая легальные финансовые и торговые операции с обширным теневым сектором, и развивалась благодаря своему особому правовому статусу, который привлекал как западных предпринимателей, так и китайский капитал.

Ключевым сектором экономики было строительство и операции с недвижимостью. К 1920-м годам концессия превратилась в самый богатый жилой район Шанхая^[34], а высокий спрос на жильё со стороны растущего сообщества иностранцев, включая большую русскую диаспору, и состоятельных китайцев стимулировал строительный бум^[35]. Возводились многочисленные виллы в европейском стиле и доходные дома в стиле ар-деко. Ведущую роль в этом секторе играл франко-бельгийский банк (фр. Crédit Foncier d'Extrême-Orient (CFEO), который специализировался на ипотечном кредитовании, финансировании инфраструктуры и непосредственно строительстве^[36].

Финансовым стержнем концессии являлся Индокитайский банк (фр. Banque de l'Indochine), который играл центральную роль в финансировании торговли, включая операции с шёлком, хлопком и опиумом. В 1930-х годах до 93,5 % прибыли его шанхайского филиала приходилось на валютные и торговые операции. В районе располагались крупные импортно-экспортные компании, такие как Olivier Chine (экспортёр чая и шёлка) и Racine & Cie (торговля вином и продуктами питания). Морские перевозки между Китаем и Европой фактически монополизировала судоходная компания (фр. Messageries Maritimes). Развитие инфраструктуры находилось в руках частных французских компаний (фр. Compagnie Française de Tramways et d'Éclairage Électrique), созданная при поддержке Индокитайского банка, управляла трамвайной сетью и электроснабжением на территории концессии и была одной из крупнейших французских промышленных компаний на Дальнем Востоке.

Особый правовой статус и определённая степень беззакония делали концессию центром нелегальной деятельности. Здесь процветали игорные дома и торговля опиумом, зачастую под контролем преступных синдикатов, таких как «Зелёная банда» (Цин Бан). Французские власти фактически лицензировали торговлю опиумом и проституцию^[35], которая была особенно распространена в районе, известном как «Аллея крови» (Blood Alley), ориентированном на иностранных моряков и солдат^[37].

Официальным языком администрации и делопроизводства был французский. Однако в повседневной жизни, учитывая преобладание китайского населения, доминировал шанхайский диалект. В деловых кругах, из-за тесных связей с Международным сеттльментом, был также распространён английский язык. После Октябрьской революции и притока русских эмигрантов в некоторых коммерческих районах получил распространение и русский язык.

Денежная система концессии была сложной и не имела единой официальной валюты. Основной расчётной единицей для официальных платежей, включая налоги, и ведения бюджета служил шанхайский лан (таэль) — местная мера веса серебра, не являвшаяся монетой. В широком обращении для торговых операций находились также серебряный мексиканский доллар, который был чрезвычайно популярен в Китае, и китайский юань. Важную роль в финансовой жизни играл французский Банк Индокитая, выпускавший индокитайский пиастр и собственные банкноты, которые также использовались на территории концессии^[38].

Образовательная деятельность на территории Шанхайской французской концессии была в значительной степени инициирована французскими иезуитами, которые основали первые школы и первый университет, заложив основы западного образования в регионе.

Самым ранним значительным учебным заведением стал Колледж Святого Игнатия (фр. Collège Saint-Ignace), учреждённый иезуитами в 1850 году в районе Сюйцзяхуэй (в то время — Zikawei). Изначально созданная для обучения детей-беженцев, спасавшихся от наводнений, школа со временем превратилась в престижное учебное заведение для мальчиков. В 1953 году она была переименована в среднюю школу Сюйхуэй и продолжает работать в своём историческом здании, являясь одним из старейших непрерывно действующих учебных заведений Шанхая^[39].

Первым высшим учебным заведением стал католический Университет Аврора (фр. Université l'Aurore), основанный 27 февраля 1903 года иезуитами совместно с китайским просветителем Ма Сянбо. С 1908 года университет располагался в центре Французской концессии и к 1940-м годам вырос в один из крупнейших частных университетов Шанхая, включавший факультеты права, медицины, естественных наук и литературы. После 1952 года он был реорганизован, а его факультеты вошли в состав других вузов, таких как Университет Фудань и Восточно-китайский педагогический университет.

Помимо этого, в концессии действовали и другие важные образовательные и культурные центры. В 1867 году иезуиты основали Библиотеку Цзыкавэй (фр. Bibliothèque de Zikawei), ставшую старейшей европейской библиотекой в Шанхае. В 1926 году в бывшем здании Французского спортивного клуба был размещён Французский муниципальный колледж (фр. Collège Municipal Français)^[39]. Для нужд растущей русской диаспоры в 1931 году на средства муниципалитета была открыта школа «Реми» (фр. École Rémy), для которой в 1933 году было построено отдельное здание в стиле модерн^[40].

Во Французской концессии не было единой официальной религии, однако католицизм занимал наиболее влиятельное положение. Администрация придерживалась политики религиозной терпимости, что способствовало формированию многоконфессионального общества.

Концессия считалась «сердцем католицизма в регионе», что было обусловлено активной деятельностью французских миссионеров, в первую очередь иезуитов. Они основали здесь ряд образовательных и научных центров. Ключевым символом католического присутствия стал собор Святого Игнатия Лойолы (также известный как собор Сюйцзяхуэй), построенный в 1910 году в неоготическом стиле и считавшийся одним из крупнейших на Дальнем Востоке^[2]. Помимо него, в концессии было возведено и несколько других католических церквей.

Политика терпимости и особый правовой статус территории, независимой от китайских законов, привлекали представителей и других конфессий. После Октябрьской революции в Шанхай хлынул поток русских эмигрантов и к 1934 году их численность в концессии превысила 8200 человек. Это привело к росту русской православной общины и строительству православных храмов^[41]. Также в концессии действовали протестантские церкви, например, Международная церковь богослужения, построенная в 1925 году. В непосредственной близости от концессии находились и важные буддийские центры, такие как храм Лунхуа.

Главой Шанхайской французской концессии на протяжении всей её истории являлся генеральный консул Франции в Шанхае. Он председательствовал в Муниципальном административном совете и обладал высшей властью на территории^[42]. В исторических источниках существуют пробелы, поэтому ниже представлен неполный список консулов, занимавших этот пост^[43].

• Шарль де Монтиньи (1848—1853)^[44]
• Бенуа Эдан (1853—1857)
• Шарль де Монтиньи (1857—1859)^[45]
• Бенуа Эдан (1859—1863)^[46]
• Антуан Бренье де Монморан (1864 — ок. 1869)^[47]
• Эрнест Годо (1872—1879)^[48][49]
• Габриэль Лемэр (с 1883)^[50]
• Эмиль Кретцер (упоминается в 1886)
• Поль Клодель (1895—1900)
• Мари Жозеф Морис Дежан де Ла Бати (1909—1913)
• Гастон Кан (1913—1915)
• Поль-Эмиль Наггиар (1915—1917)
• Рафаэль Рео (упоминается в 1920)
• Поль-Эмиль Наггиар (1926—1928)
• Эдгар Кёклен (1928—1932)
• Жак Мейрье (с 1932)
• Марсель Боде (1936—1939)
• Пьер Оже (1939—1940)
• Марк Анри Марселлен Дюваль (1940, временный)
• Ролан де Маржери (1940—1944)^[51]
• Жак Байен (1944—1946)^[52][53]