Челядь

Договоры Руси с Византией X века именовали зависимое население термином «челядь». В XI веке в связи с тем, что положение закупа (лица, попавшего в зависимость на период отработки ссуды) было близко к положению раба, в законе потребовалось провести грань между этими социальными категориями. В Русской Правде помимо общего термина «челядин» употребляются два новых: «закуп» и «обельный (полный) холоп»^[1]. По мнению А. А. Зимина, в Пространной редакции Русской Правды нет каких-либо черт различий в источниках и правовом положении холопства и челядинства^[2].

Б. Д. Греков обратил внимание на то, что статья 110 Пространной редакции Русской Правды «в своём перечне источников рабства пропускает плен»^[3]. И. Я. Фроянов объясняет это тем, что первоначально плен был источником челядинства, а не холопства^[4]. Историю челядинства Фроянов изображает следующим образом:

• в VI–IX веках челядь — рабы-пленники;
• в IX–X веках они стали объектом купли-продажи;
• с XI века термин «челядь» относился к части зависимого населения, занятого в феодальном хозяйстве^[5][6]. В середине XI века его сменил термин «холопы».

Несколько иное значение термин «czeladź» приобрёл с XVI века в Речи Посполитой, а после её раздела в конце XVIII века в Российской империи.

В России в XVIII–XIX веках слово «челядь» означало дворовых людей помещика. В коми-зырянском и коми-пермяцком языках слово «челядь» означает «дети».