Чагаптай, Сонер

В 1993 году Чагаптай получил степень бакалавра в Университете Мармара, а в 1993–1996 годах обучался в магистратуре Билькентского университета^[6]. В 1998 году он получил степень магистра (M.Phil) по истории в Йельском университете^[4]. Чагаптай получил докторскую степень исторических наук в Йельском университете в 2003 году. Написал докторскую диссертацию на тему турецкого национализма. Помимо английского и турецкого, языки на которых он проводит исследования включают французский, немецкий, испанский, боснийский, иврит, азербайджанский и старо-турецкий^[4].

Чагаптай — стипендиат программы имени семьи Бейер (Beyer) и директор программы турецких исследований в Вашингтонском институте ближневосточной политики.

Преподавал курсы по Ближнему Востоку, Средиземноморью и Восточной Европе в Принстоне и в Йеле. Его весенний курс 2003 года по истории современной Турции был первым в Йеле за последние три десятилетия^[4]. С 2006 по 2007 годы был профессором имени Эртегун (Ertegun) кафедры ближневосточных исследований в Принстоне.

Периодически преподавал в школе дипломатической службы имени Эдмунда А. Уолша в университете Джорджтаун^[7]. Работал также по контракту в качестве председателя программы высших турецких региональных исследований при Институте дипломатической службы госдепартамента США^[8]. С 2025 года занимает должность адъюнкт-профессора в Школе государственной политики Университета Пеппердайн, где читает курс «Турция: от Ататюрка до Эрдогана»^[5][9].

Центральное место в работах Чагаптая занимает анализ трансформации Турции под руководством Реджепа Тайипа Эрдогана. Политолог характеризует турецкого лидера как «нового султана», который демонтировал систему сдержек и противовесов ради гиперцентрализации власти. Чагаптай использует метафору «Ататюрк наоборот», утверждая, что Эрдоган применяет методы социальной инженерии Мустафы Кемаля Ататюрка, но с противоположной целью — для создания консервативного общества вместо светского^[10]. По мнению эксперта, удержание власти обеспечивается стратегией социальной поляризации, при которой электорат мобилизуется через демонизацию оппозиции^[11].

В анализе 2025 года Чагаптай рассматривает Турцию как «государство-балансир» (swing state), стремящееся к стратегической автономии. Согласно его оценке, Анкара реализует «анатолийскую внешнюю политику»: действует в собственных интересах, балансируя между глобальными центрами силы, но сохраняя интеграцию с западными институтами и членство в НАТО^[12].

Среди его наград: стипендии Смита-Ричардсона (Smith Richardson), Меллона (Mellon), Риса (Rice) и Леилан (Leylan), а также должность профессора имени Эртегун (Ertegun) в Принстоне^[13].

В 2012 году был награждён титулом «молодой лидер общества» Американско-Турецкого Общества.

Чагаптай много писал о турецко-американских отношениях, внутренней турецкой политике, турецком национализме, подъёме Турции как экономической державы и политике Анкары на Ближнем Востоке. В 2025–2026 годах основными темами его комментариев стали анализ отношений между администрацией Трампа и Эрдоганом, роль Турции в пост-асадовской Сирии и энергетическая безопасность региона^[14][15][12]. Он печатался в научных журналах и крупных международных печатных СМИ. К ним относятся The Wall Street Journal, The New York Times, The Washington Times, International Herald Tribune, Jane’s Defence Weekly и Habertürk. Чагаптай — постоянный обозреватель в Hürriyet Daily News, старейшей и наиболее влиятельной газете Турции на английском языке, а также пишет для блога CNN Global Public Square. Он регулярно выступает с комментариями на Fox News, CNN, NPR, «Аль-Джазире», BBC и CNN-Turk.