Семейные ссоры

Место действия: деревня, где живут семьи Сапплджек и Крэбстик.

Фоксглав берётся примирить семьи Сапплджек и Крэбстик — Чарльз Сапплджек и Кэролайн Крэбстик хотят пожениться, но родители Кэролайн (нувориши) хотят выдать её замуж за суконщика Машрума, в то время как аристократические претензии миссис Сапплджек заставляют её считать Кэролайн слишком низкого происхождения. Она намеревается женить Чарльза на овдовевшей леди Селене. В конце концов наступает ожидаемый счастливый конец. «Еврейский» эпизод (см. ниже) — не единственный «этнический» элемент истории; в какой-то момент служанка Сьюзан переодевается цыганкой, а служанка леди Селены, за которой ухаживает Протей, — афро-карибского происхождения.

По ходу действия Протей в какой-то момент переодевается «евреем Аароном», и его песня в этом образе рассказывает о проблемах Аарона в ухаживании за мисс Леви, мисс Рэйчел и мисс Мозес: это спровоцировало демонстрации, включая свист, со стороны евреев в аудитории. Некоторые историки утверждали, что евреи в аудитории возражали против упоминания в песне «трёх еврейских шлюх» или даже что представление было «сознательной попыткой [Дибдина] угодить правительству... отвлечь внимание от лишений, высоких налогов и репрессий... в Британии во время французских революционных войн». Реакцию публики иногда описывали как «бунт» или, более конкретно, как «еврейский бунт».

Однако историк музыки Дэвид Конвей отметил, что нет никаких доказательств последнего утверждения, и что описания дам Аарона в песне вполне пристойны. Обращаясь к самой музыке песни, он приписывает беспорядки использованию в коде песни мелодии и ритма синагогальной молитвы Кадиш. Он добавляет: «эта музыкальная пародия на самом деле могла быть вставлена только самим Брэмом», поскольку Брэм был евреем и начал свою карьеру как мешорер (дискант) в Большой синагоге Лондона. Конвей комментирует, что использование этой священной мелодии «может подсказать, почему евреи на галёрке (которые, возможно, более регулярно посещали синагогу) были более возмущены, чем облагороженные евреи в ложах, как сообщала The Morning Chronicle», и отмечает, что песня «является самым первым обнаруженным мной представлением подлинной еврейской синагогальной музыки в контексте нееврейского сценического развлечения».

Автобиография Дибдина в главе под названием «И двенадцать колен разгневались» указывает, что он включил песню именно в надежде создать некоторую сенсационную рекламу. К четвёртому представлению всё успокоилось: Дибдин цитирует газету The British Press:

Сообщалось... что многие евреи низшего класса образовали регулярную фалангу и собирались возобновить своё сопротивление под руководством осла, чьи жестокие крики так успешно раздавались в первую ночь. Однако ничего подобного не произошло... песня разносчика... была исполнена на бис под самые громкие взрывы аплодисментов.

Карикатура Томаса Роулендсона «Семейные ссоры», изображающая Брэма и Инклдона, не ссылается явно на беспорядки в Ковент-Гардене, но резюмирует соперничество этих двух популярных любимцев, противопоставляя цветистость Брэма (помеченную «Allegro squeakando») более солидному подходу Инклдона к пению. В нижних углах видны еврейские поклонники первого и нееврейские поклонники второго.