Рэкет

В русский язык понятие «рэкет» широко вошло в конце 1980-х годов в связи с началом развития предпринимательской деятельности в СССР, а затем России и на постсоветском пространстве. Однако сам термин встречается, например, в рассказе В. Т. Шаламова «Тюремная пайка», датированном 1959 годом^[1]. Упоминание рэкета как термина (в транскрипции ра́кет) встречается также значительно раньше, в путевых заметках Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Одноэтажная Америка», изданных в 1937 году.

Значительной вехой истории советской организованной преступности стала сходка воров в законе и цеховиков в 1979 году в Кисловодске, когда неорганизованные поборы были заменены планомерной выплатой подпольными предпринимателями 10 % («десятина») от их доходов в обмен на гарантированную безопасность от преступного мира^[2]. .

К середине 1990-х годов под контролем бандитских крыш находилось, по некоторым оценкам, около 85 % коммерческих предприятий (практически все, кроме занятых охранным делом или работающих под прямым покровительством правоохранительных органов), при этом, по данным социологических опросов предпринимателей, с силовыми вымогательствами сталкивались только 30—45 %^[3].

Усиливающаяся конкуренция между бандитскими и милицейскими крышами привела к тому, что после бурного всплеска первой половины 1990-х годов уголовное силовое крышевание предпринимателей вернулось к исходной ситуации, существовавшей до легализации предпринимательства. К концу 1990-х годов под бандитскими крышами остались в основном те сегменты рынка, где была высока доля нелегальных операций^[4].