Пэкчон

Согласно Чон Ягёну, одному из выдающихся ученых в области методологии исторических исследований в период правления королей Чонджо (1777—1800) и королей Сунджо (1801—1834)^[9], одна из теорий гласит, что они были «татарами». Термин «татарин», по-видимому, был общим термином для всех северных народов, монголов, маньчжуров и так далее. В его книге происхождение пэкчон приписывается кочевой группе периода Корё, известной как янсучхок (楊水尺) или муджари (무자리)^[9]. Будучи пришлым народом, янсучхок с трудом ассимилировались с местным населением^[9]. Они занимались изготовлением и продажей ивовых корзин^[9]. Они также умели забивать животных и любили охотиться^[9].

От династии Корё (918—1392) до времен короля Седжона из династии Чосон, слово пэкчон не использовалось для обозначения низшего класса людей^[10]. Китайско-корейский термин пэкчон (кор. 白丁) первоначально означал «простые люди»^[11], значение, которое он до сих пор сохраняет в китайском и японском языках. По информации в Корёса, главном сохранившемся историческом памятнике Корё, ученые предполагают, что пэкчжон — это «человек, не имеющий бремени обязанностей (кор. 역^?, 役^?)». Термин представляет собой соединение слов «пэк» (кор. 백^?, 白^?), что означает «белый/невинный/пустой», и «чон» (кор. 정^?, 丁^?) «человек, личность»^[10]. Таким образом, пэкчон или «пустой человек» означает группу крестьян, которым не была предоставлена земля, потому что им не были вменены некие обязанности^[10].

В период Корё термины для группы, которая позже будет известна как пэкчон, были янсучхок, сучхок, хвачхок или хвачхэ, и муджари, вероятно, составленное из слов «муль» кор. 물 «вода» и «чари» кор. 자리 «сиденье, место»^[12][13]. Они произошли от чжурчжэней или киданей, живших в начале Корё^[14]. Они предпочитали компактно селиться с людьми своей этнической группы и жили во временных постройках^[15]. Они были распространены по всей стране, но особенно сконцентрированы в провинциях Пхёнандо и Хванхэдо^[15], но не были зарегистрированы в национальном реестре^[15].

В ранние дни основания династии Чосон король Седжон объединил различные отверженные группы с обычными фермерами^[16]. Эта объединенная группа называлась «пэкчон», по названию общей крестьянской группы в период Корё^[10]. Король Седжон также внёс их в семейный реестр, дал им землю для обработки, поселил их в постоянные общины и попытался держать их под контролем государства^[10]. Однако общая политика Седжона не смогла преодолеть предубеждения простых людей, которые продолжали дискриминировать потомков изгоев. Даже правительственные чиновники не следовали указаниям короля^[17].

Более того, судя по всему, пэкчон не стремились изменить свой образ жизни или род занятий^[18]. Они селились в одном районе, но не пытались заниматься сельским хозяйством, вместо этого занимаясь производством и продажей плетёных изделий, забоем скота, пением и танцами^[17]. В этой ситуации интеграция пэкчон в рядовое крестьянство шла непросто, продолжалась практика дискриминации^[17]. В частности, основная группа считала жизнь и обычаи мясников презренными, антиобщественными, ненормативными и даже потенциально преступными^[17].

Ближе к концу правления династии Чосон была создана организация взаимопомощи для пэкчон под названием Сындондога (кор. 승동도가^?, 承洞 都家^?) с представителями различных общин^[19]. Организация участвовала в принятии мер против правонарушений, координировала улучшения жизненных условий и временами выступала в качестве официального представителя пэкчон в юридических вопросах^[19]. В 1894 году корейская кастовая система была юридически упразднена реформой Кабо, однако социальная дискриминация пэкчон не прекратилась. Семейный реестр пэкчон по-прежнему был отделён, и в разделе «род занятий» их имена были отмечены словом 屠漢 («мясник») или красной точкой^[20]. Тем не менее, реформа Кабо гарантировала, что пэкчон могут стать чиновниками, учеными или художниками, если у них будут способности^[21]. Хотя они по-прежнему были в значительной степени ограничены своими традиционными занятиями, новые правила в 1896 году позволили непэкчонам стать лицензированными мясниками, что в конечном итоге привело к появлению мясных предприятий, которые вытеснили многих пэкчон из одного из немногих доступных им занятий.

Улучшение социального статуса пэкчон происходило медленно, в отличие для простолюдинов (низших янмин), которые экономически мало отличались от рабов. Уважение к правительственным чиновникам упало в 17 веке, когда они бежали от вторгшихся японцев и маньчжуров, оставив мирных жителей на их милость. Правительство также присвоило многим ополченцам статус янбанов в обмен на оборону от захватчиков. Со временем торговцы стали покупать право вписаться в семейные книги янбанов и официальные документы о статусе. В конце концов, около трёх четвертей населения Кореи называли себя янбанами.

Термин «пэкчон» до сих пор используется в современном корейском обществе. Это особенно распространено в профессиях, связанных с сырым мясом, что влечет за собой негативное социальное клеймо^[22]. Несмотря на это, «пэкчон» широко используется в названиях корейских ресторанов, обозначая места, где подают корейское барбекю^[en]: гостям подносят сырое и замаринованное мясо, которые сами готовят его за столом^[23]. В этом контексте слово пэкчон носит описательный характер и не несет негативной коннотации.

На протяжении большей части эпохи Чосон пэкчон также заставляли служить палачами^[24]. Когда к сообществу пэкчон обращались с просьбой предоставить палача, эту работу поручали какому-то незадачливому члену, иногда практически сумасшедшему.

Пэкчон выполняли работу, которой сторонились корейцы-буддисты, включая убийство животных^[25]. Забой животных, выделка кожи — другие корейцы избегали таких обязанностей, поэтому де-факто их выполняли пэкчон^[25]. Другими словами, перед группой были поставлены самые унизительные задачи в корейском обществе^[25]. Их также считали нарушителями буддийских принципов, из-за чего корейцы считали работу с мясом загрязняющей окружающую среду и греховной, даже если потребление мяса было для них приемлемым^[25]. Во второй половине династии Чосон пэкчон приняли принципы конфуцианства и не убивали животных в течение трёх лет после того, как умерли их родители^[26].

Группа долгое время подвергалась серьезной социальной дискриминации в корейском обществе^[27]. Пэкчон считались презренными и грязными людьми, которых боялись люди других сословий^[27]. Пэкчон не могли жить в доме с черепичной крышей, им не разрешалось носить шелковую одежду, кожаную обувь или шляпу кат^[28]. Когда пэкчжон выходили из дома, им приходилось надевать бамбуковые шляпы, они должны были кланяться янгинам, и им было запрещено курить или пить в их присутствии^[28]. Пэкчон не могли ездить в паланкинах или на лошади во время свадебной церемонии, а замужняя женщина не могла носить заколку для волос^[28]. Пэкчжон не разрешалось использовать фамилии и использовать некоторые иероглифы в своих личных именах, таких как 仁 «доброжелательность», 義 «праведность», 禮 «обряды» или 智 «мудрость»^[28]. Степень, в которой они считались нечистыми людьми, хорошо иллюстрируется тем фактом, что их тела хранились на отдельных кладбищах, чтобы не смешиваться с телами янмин.

Тонхак и христианство оказали большое влияние на пэкчон. Эти системы верований подвергли пэкчон — и корейцев в целом — концепциям эгалитаризма и социального равенства. Влияние этих религий стало связано с общественным движением в защиту прав пэкчон.

К концу 19 века усилился импульс к человеческому достоинству и либерализации. Особое значение имел рост некоторых религий, поддерживающих перемены. Тонхак, корейская националистическая религия, хотела положить конец несправедливым условностям. Крестьяне-тонхак подняли восстание в 1894 году в защиту прав человека, особенно тех, кто находился на низшей социальной лестнице. Среди прочего, они потребовали, чтобы пэкчон больше не заставляли носить дискриминационные шляпы, а вдовам разрешалось вступать в повторный брак^[29]. Хотя это восстание в конечном итоге не увенчалось успехом, оно стало важным стимулом для реформы Кабо и помогло отменить классовую структуру, которая налагала юридические ограничения на определенные группы. Однако пэкчон выиграли от этих изменений гораздо меньше, чем другие группы, такие как рабы .

Другое крупное религиозное влияние на права человека пришло через христианство^[30]. Некоторые миссионеры обратили пэкчон в христианство, заявив, что все имеют равные права перед Богом^[30]. Однако в христианских общинах не все были равны, и протесты вспыхнули, когда миссионеры попытались интегрировать пэкчон в богослужения, при этом не-пэкчон сочли такие попытки нечувствительными к традиционным представлениям о социальном статусе^[30]. Таким образом, и тонхак, и христианство открыли для пэкчджон и корейцев в целом концепции эгалитаризма и социального равенства^[30]. Параллельно с ростом этих идей происходили переходные процессы в корейском обществе в целом, особенно в отношении социальных классов^[30].

Начиная с конца 19 и начала 20 веков, пэкчон начали сопротивляться существующей против них открытой дискриминации^[31]. В 1900 году лидеры 16 округов обратились к мэру Чинджу с просьбой разрешить носить ту же одежду и головные уборы, что и другие люди^[32]. Когда другие жители севера отказались носить унизительную одежду, которую от них традиционно ожидали, и были заключены в тюрьму, их попытались освободить^[32]. Растущий индустриализм в Корее начал подрывать господство пэкчон в определенных профессиях, особенно когда японцы начали контролировать скотобойни и использовать их в качестве наёмных работников^[32].

Однако по мере того, как некоторые пэкчон обедневали, ослабление сегрегации привело к тому, что другие сословия выиграли от происходивших изменений^[32] Помимо финансовых ресурсов, самоорганизация пэкчон была также укреплена благодаря давним связям, созданным из-за сегрегации^[32]. Одно из первых движений за права пэкчон было создано в 1910 году, когда Чан Чипхиль, позже влиятельный член Хёнпхёнса, безуспешно пытался создать профсоюз мясников^[32]. В 1921 году корейские и японские предприниматели основали организацию Чипсон чохап, пытаясь помочь бедным мясникам^[32].

Самой успешной организацией за права пэкчон была Хёнпхёнса, основанная в Чинджу 23 апреля 1923 года благодаря союзу богатых или образованных сторонников перемен из числа пэкчонов и непэкчонов, выступавших за «отмену классов и презрительных наименований, просвещение членов и поощрение взаимной дружбы между членами»^[33]. Они выступали как за индивидуальные гражданские права, так и за общинное товарищество, признавая, что группа должна сохранять свою идентичность под давлением таких изменений, как урбанизация и индустриализация, угрожавших атомизировать сообщество^[33]. Таким образом, Хёнпхёнса преследовала несколько целей: как равенство прав человека, так и право ассимилироваться с более широкой публикой, даже когда это работало на формирование гомогенной идентичности^[33]. В 1927 ряд членов Хёнпхёнса были арестованы за участие в создании подпольной националистической организации. В их отсутствие организация стала сдвигаться в сторону левых социалистов в конце 1920-х годов^[33]. Власть внутри Хёнпхёнса менялась несколько раз, включая переход в 1925 году от первоначальной фракции Чинджу, выступавшей за реформу образования, к группе сеульских интеллектуалов, более заинтересованных в экономических реформах, основанных на традиционных занятиях^[33].

На национальной конференции 1931 года часть членов Хёнпхёнса представили предложение о роспуске, чем вызвали полемику внутри движения. Авторы предложения считали, что организация отошла от своих первоначальных целей в пользу целей руководивших ею буржуазных интеллектуалов^[34]. Они считали, что роспуск лучше послужит их интересам, поскольку Хёнпхёнса заменили профсоюзы^[33]. Предложение о роспуске потерпело неудачу, но не без дальнейшего отчуждения более консервативных членов движения, которые уже были финансово ограничены более широкими экономическими условиями в Корее^[33]. Еще более фатальным для движения стал арест ряда молодых радикалов, обвиненных в создании тайной коммунистической организации «Молодежный авангард Хёнпхёнса», которая, по заявлению властей, требовала борьбы с феодализмом и отмены частной собственности^[33]. Судебный процесс по этому обвинению затянулся на четыре года, прежде чем подсудимые были признаны невиновными. Вполне вероятно, что «организация» была создана японскими властями для того, чтобы рабочее крыло Хёнпхёнса не мешало им в доступе к коже, необходимой для вторжения в Китай^[33]. В результате Хёнпхёнса сместились вправо, отказавшись от прогрессивных идеалов и окончательно распустились в 1935 году, заявив, что цели движения были успешно достигнуты^[33].

Растущая мощь радикального крыла разделила движение, как и то, что большинство финансирования предоставляли богатые пэкчоны, особенно в условиях Великой депрессии, которая негативно повлияла на мировую торговлю мясом и кожей^[35]. Молодые социалисты из Хёнпхёнса наладили связи с другими движениями, пытаясь расширить движение и работать над «восстановлением Кореи в целом»^[35]. Что еще более важно, они сосредоточились на социальной и экономической несправедливости, затрагивающей пэкчон, надеясь создать эгалитарное корейское общество^[36]. Их усилия включали борьбу с социальной дискриминацией со стороны высшего класса, властей и «простолюдинов», а также использование унижающих достоинство выражений в отношении детей в государственных школах^[36].