Природный ландшафт

Понятие природного ландшафта было разработано в связи с пейзажной живописью и впервые использовалось по отношению к ландшафтному садоводству для противопоставления формального стиля более естественному, то есть более близкому к природе. Чунглин Ква отмечает, «что перо XVII или начала XVIII века могло воспринимать природный пейзаж „точно как на картине“ и, с использованием или без использования самого слова, обозначать его как ландшафт»^[2]. Что касается ландшафтного садоводства, Джон Айкин писал в 1794 году: «Что бы ни было нового в необычном пейзаже искусственного сада, оно быстро исчерпывается, тогда как бесконечное разнообразие природного ландшафта представляет неисчерпаемый поток новых форм»^[3]. В 1844 году известный американский ландшафтный архитектор Эндрю Джексон Даунинг отмечал: «прямые каналы, круглые или продолговатые водоёмы и все регулярные формы геометрического стиля… явно противоречат всей сути и выражению природного ландшафта»^[4].

Во время путешествий по Южной Америке Александр фон Гумбольдт первым концептуализировал природный ландшафт как отдельный от культурного, хотя и не использовал эти термины в своих работах^[5][6]. Эндрю Джексон Даунинг был знаком с идеями Гумбольдта, что повлияло на американское ландшафтное садоводство.

Впоследствии географ Отто Шлютер в 1908 году утверждал, что определение географии как Landschaftskunde (наука о ландшафте) придаст ей логичный предмет, не разделяемый ни одной другой дисциплиной^[7][8]. Он выделил две формы ландшафта: Urlandschaft (изначальный ландшафт), существовавший до значительных изменений, вызванных человеком, и Kulturlandschaft (культурный ландшафт), созданный человеческой культурой. Шлютер считал, что главная задача географии — проследить изменения этих двух ландшафтов.

Термин «природный ландшафт» иногда используется как синоним дикой природы, но для географов представляет собой научный термин, который относится к биологическим, геологическим, климатологическим и другим аспектам ландшафта, а не к культурным ценностям, подразумеваемым словом «дикая природа»^[9].

Понимание того, что считается природным в рамках американского движения за охрану природы, менялось на протяжении последних полутора столетий.

В середине XIX века началось создание национальных парков США и других охраняемых территорий^[10]. Изначально считалось, что достаточно отделить то, что воспринималось как природный ландшафт, и «избегать таких нарушений, как вырубка леса, выпас, пожары и нашествия насекомых»^[11]. Эта и последующая экологическая политика до недавнего времени основывалась на идеях дикой природы^[12], однако применялась непоследовательно. Например, в Йеллоустонском парке существующая экосистема была изменена, сначала за счёт изгнания коренных американцев, а затем практически полного истребления волков^[13].

В середине XX века считалось, что прежняя политика «защиты от вмешательства» недостаточна для сохранения ценности парков, и что необходимы прямые действия человека для восстановления ландшафта национальных парков к их «природному» состоянию^[11]. В 1963 году в докладе Леопольда утверждалось, что «национальный парк должен представлять собой фрагмент первобытной Америки».^[14] Эта смена политики в итоге привела к восстановлению популяции волков в Йеллоустонском парке в 1990-х годах.

Однако современные исследования в различных областях показывают, что нетронутый природный или «первобытный» ландшафт — миф, и в настоящее время признано, что люди давно изменяют природный ландшафт, превращая его в культурный, и что существует мало мест, не затронутых человеческим влиянием^[15]. Прежняя политика охраны природы теперь рассматривается как культурное вмешательство. Представления о том, что есть природное, а что искусственное или культурное, и как сохранять природные элементы в ландшафте, ещё больше усложнились с обнаружением проблемы глобального потепления и его влияния на природные ландшафты^[16].

Учёные выступают против дуалистического мышления о природе и культуре. Мария Кайка отмечает: «Сегодня мы вновь начинаем видеть природу и культуру как взаимосвязанные — больше не онтологически разделённые […]. То, что я раньше воспринимала как разделённый мир, состоящий из аккуратно и плотно изолированных, автономных „пространственных оболочек“ (дом, город и природа), на самом деле было запутанным социопространственным континуумом»^[17]. А Уильям Кронон выступает против идеи дикой природы, потому что она «предполагает дуалистическое видение, в котором человек полностью вне природы»^[18] и утверждает, что «дикость (в отличие от дикой природы) можно найти где угодно», даже «в трещинах тротуара на Манхэттене»^[19]. По мнению Кронона, мы должны «отказаться от дуализма, который считает дерево в саду искусственным […] и дерево в дикой природе — природным […]. Оба в каком-то смысле дикие»^[19]. Таким образом он расширяет словарное значение слова «дикий», чтобы подчеркнуть, что ничто природное не находится полностью под контролем человека.

Ландшафт Европы значительно изменён человеком. В таких районах, как горы Кэрнгорм в Шотландии с низкой плотностью населения, только «высокие вершины Кэрнгормс полностью состоят из природных элементов».^[20] Эти высокие вершины — лишь часть Кэрнгормс, и в шотландской «дикой природе» больше нет волков, медведей, диких кабанов или рысей^[21][22]. Сосна обыкновенная в Каледонском лесу также занимала гораздо большую часть шотландского ландшафта, чем в настоящее время^[23].

Швейцарский национальный парк представляет собой более близкий к природному ландшафт. Он был основан в 1914 году и является одним из первых национальных парков Европы. Посетителям запрещено сходить с дорог и тропинок, разводить костры или разбивать лагерь. Единственное здание в парке — горная хижина Chamanna Cluozza. Запрещено беспокоить животных и растения или забирать что-либо из парка. Собаки не допускаются. Благодаря этим строгим правилам Швейцарский национальный парк — единственный парк в Альпах, который классифицирован МСОП как строгий природный резерват, что является высшей степенью охраны^[24].

Люди — часть биоразнообразия, но человеческая деятельность влияет на биоразнообразие, что изменяет природный ландшафт^[25]. Человечество изменило ландшафт настолько, что мало где на Земле остались нетронутые места, но в отсутствие человеческого влияния ландшафт может вернуться к природному или почти природному состоянию.

Так, например, в отдалённой Юконской и аляскинской дикой природе, в двунациональной системе парков Kluane-Wrangell-St. Elias-Glacier Bay-Tatshenshini-Alsek, включающей Клуэйн, Рэнгель-Сент-Элайас, Глейшер-Бей и Татшеншини-Альсек, объекте ЮНЕСКО Всемирного наследия, ощущается влияние человека, поскольку Национальный парк Клуэйн находится на традиционных территориях народов Champagne and Aishihik первых наций и Kluane First Nation, которые долгое время проживают в этом регионе. В соответствии с соглашениями с правительством Канады, их права на использование ресурсов в этом регионе закреплены законом.

В разные периоды времени процесс формирования природных ландшафтов происходил под воздействием ряда форм рельефа, в основном благодаря тектонике, эрозии, выветриванию и растительному фактору.

Культурные ландшафты — это места или объекты, созданные и поддерживаемые людьми. Примеры культурных вмешательств в ландшафт: заборы, дороги, парковки, песчаные карьеры, здания, туристические тропы, управление растениями, включая интродукцию инвазивных видов, добыча или удаление растений, управление животными, добыча полезных ископаемых, охота, природное озеленение, сельское хозяйство и лесоводство, загрязнение. К территориям, которые могут быть ошибочно приняты за природный ландшафт, относятся общественные парки, фермы, сады, искусственные озёра и водохранилища, управляемые леса, гольф-поля, природные тропы, сады.