Пань Цигуань

Пань Вэньянь родился в 1714 году в бедной рыбацкой деревне близ Чжанчжоу, где все говорили на диалекте южноминьского языка. Вскоре его отец Пучай перевёз семью в Кантон. С конца 1730-х годов Пань участвовал в «кантонской торговле» и много путешествовал на джонках по Южно-Китайскому морю, добираясь даже до Манилы. Он овладел испанским и английским языками, что помогало вести торговлю с европейцами. Среди остальных Пань выделялся тем, что вовремя доставлял товары и умел создать долгосрочные взаимовыгодные отношения как с чиновниками, так и с иностранцами^[3][7].

Между 1760 и 1788 годами Пань был главным торговцем Кантона. Большую часть времени он занимался делами своего торгового дома («хонга»). Пань жил в особняке на южном берегу Жемчужной реки на острове Хэнань. Чтобы экономить время, Пань принимал пищу на лодке, которая везла его из дома в офис и обратно. Постепенно Пань обзавёлся обширными связями среди чиновников, что помогало ему расставлять своих людей на нужные посты и подкупать «хоппо» (главу морской таможни Гуандуна)^[8][9].

Около 1780 года за существенный вклад в военную кампанию Пань Цигуань получил третий ранг мандарина; согласно буфану, он носил сапфировый шарик на шапочке^[10][11][12]. 10 января 1788 года Пань Цигуань умер в Кантоне и вскоре был захоронен в своём загородном имении недалеко от родного Чжанчжоу^[13].

С 1740 по 1760 года Пань Цигуань вёл торговлю шёлком через хонг «Дафэн» (Dafeng Hang, 達豐行), которым управлял вместе с братом Сикуа (Seequa, 潘瑟官) и другими родственниками из семьи Чэнь. Джонки его хонга привозили товары со всего Китая и Юго-Восточной Азии, а затем перепродавали их иностранцам в Кантоне^[14].

В 1757 году император Цяньлун издал указ, закрывший для западных коммерсантов все порты и таможни, кроме Гуанчжоу. Китайский флот наместника Гуандуна, базировавшийся в Гуанчжоу, был существенно усилен и взял под охрану все иностранные торговые суда. В 1760 году, с целью удержания иностранцев в фактории, десять крупнейших хонгов Гуанчжоу во главе с Пань Цигуанем внесли по 10 тыс. испанских долларов каждый и создали могущественную гильдию «Кохонг», обладавшую исключительной монополией на внешнюю торговлю Китая. «Кохонг» преобразовал район «Тринадцать факторий», проложив новые улицы и построив новые магазины^{[15][16][17][18][19]}.

В том же 1760 году Пань Цигуань основал новый хонг «Тунвэнь» (Tongwen Hang, 同文行), который в 1810-х годах сменил название на «Тунфу» (Tongfu Hang или Tungfoo, 同孚行). Кроме того, Пань возглавлял Кантонскую ассоциацию купцов фуцзяньского происхождения^[20][21]. Хонг «Тунвэнь» владел факторией, которая располагалась рядом со Шведской факторией. Шведы присоединились к ост-индской торговле позже других европейцев, их первый корабль прибыл в Кантон лишь в 1732 году. И Пань Цигуань, и другие европейцы относились к шведам свысока, но это не мешало шведским суперкарго продавать китайцам шерстяные ткани вроде камлота и закупать у Паня значительные объёмы чая. Иногда Пань разрешал конфликты между шведами и другими европейцами, например, с голландцами^[22][23].

Пань Цигуань состоял в приятельских отношениях с предпринимателем Никласом Сальгреном и даже дружил с некоторыми шведскими суперкарго, которые жили в Кантоне по пару лет, например, с Жаном Абрахамом Гриллом. Как только иностранные суда заходили в порт Кантона, цены на чай, шёлк и другие товары начинали расти, но когда суда уплывали на родину, цены начинали падать. Грилл покупал чай у Паня напрямую, когда цена была самой низкой, а затем продавал своим работодателям из Шведской Ост-Индской компании по более высокой цене, когда в Кантон приходило очередное судно. Таким образом, Пань продавал товар даже в межсезонье, а Грилл получал дополнительную прибыль (несколько контрактов между Цигуанем и Гриллом хранятся в библиотеке Гётеборгского университета)^[24][25][26].

Британцы поначалу настороженно относились к Цигуаню, но в 1780-х годах, когда он вошёл в число самых влиятельных людей Кантона, уже вели с ним дела. Французы хвалили Паня за умение контролировать чиновников и давать им взятки, но всё равно считали его «коварным» и «злым». На пике могущества Паня не многие иностранцы могли торговать в Кантоне в обход его хонга. Нередко Пань Цигуань устраивал неформальные обеды для иностранных купцов в своём загородном доме. Часто на таких приёмах обговаривали не только бизнес, но также китайскую культуру или английскую моду, а иногда даже ставили юмористические представления^[27][28].

У Пань Цигуаня было семь сыновей, трое из которых также занимались семейным делом — вели торговлю чаем и шёлком, а также собирали информацию о ценах и товарах в Китае и Японии. Один из сыновей, Пань Чжисян, стал преемником отца и возглавил семейный торговый дом в Кантоне; к концу XVIII века он был богатейшим купцом города (в деловой среде он был известен под прозвищем «Пхуан Кхэкуа Второй»)^[3][29]. Особенно тесные связи Пань Чжисян установил со Шведской Ост-Индской компанией, которая просуществовала до конца 1813 года. К середине 1830-х годов хонг Чжисяна был самым старым торговым домом Кантона, но по своему могуществу и богатству он уступил более успешному хонгу «Эво», который возглавлял купец Хокуа^[30][31][32].

В 1806 году Пань Чжисян состоял в переписке с сэром Джозефом Бэнксом, который благодарил Паня за ботанические образцы, которые тот поставлял для королевских ботанических садов в Кью. Взамен Бэнкс прислал Паню другие растения, которые, по его мнению, могли пригодиться в Китае^[33].

В Гуанчжоу, в районе Хайчжу сохранился старинный особняк, в котором проживал Пань Цигуань. В доме имеются оригинальная деревянная резьба, скульптуры и старинные картины^[34].

Пань Цигуань появляется как персонаж по имени «Poan Key-qua» в романе «Trade Winds» (2010) британско-шведской писательницы Кристины Куртене^[35].