Отчёт Лайтхилла

Отчёт был заказан SRC в 1972 году: Лайтхиллу предложили «дать личный обзор предмета [ИИ]». Он завершил работу в июле 1972 года. В сентябре SRC обсудил отчёт и решил опубликовать его вместе с альтернативными точками зрения Стюарта Сазерленда (англ. Stuart Sutherland), Роджера Нидхэма (англ. Roger Needham), Кристофера Лонгета-Хиггинса (англ. Christopher Longuet-Higgins) и Дональда Мичи (англ. Donald Michie). Решение SRC инициировать отчёт было частично реакцией на острые разногласия внутри кафедры искусственного интеллекта Университета Эдинбурга, одного из первых и крупнейших исследовательских центров по ИИ в Великобритании^[2].

9 мая 1973 года Лайтхилл дебатировал с ведущими исследователями в области ИИ (Дональдом Мичи, Джоном Маккарти (англ. John McCarthy), Ричардом Грегори (англ. Richard Gregory)) в Королевском институте Лондона по поводу содержания отчёта^[3].

Хотя отчёт поддерживал исследования по моделированию нейрофизиологических и психологических процессов, он был «крайне критичен в отношении фундаментальных исследований таких областей, как робототехника и обработка естественного языка».

Лайтхилл утверждал, что исследователи ИИ не решили проблему комбинаторного взрыва при решении задач в реальных областях. Другими словами, методы ИИ демонстрировали успех в небольших задачах, но не масштабировались для более сложных проблем. Отчёт отражает пессимистичный взгляд, возникший после начального энтузиазма в области искусственного интеллекта.

Лайтхилл предложил деление исследований ИИ на три категории:

• Прикладная автоматизация («A»): приложения ИИ — например, оптическое распознавание символов, проектирование и производство механических компонентов, системы наведения и восприятия для ракет и др.
• Исследования, основанные на вычислительных аналогах центральной нервной системы («C»): построение компьютерных моделей работы человеческого мозга (нейробиология) и поведения (психология).
• «Мост» или построение роботов («B»): исследования, сочетающие категории A и C. Эта категория намеренно определена расплывчато.

Проекты категории A достигали успеха лишь в ограничённых областях, где при проектировании программ использовалось большое количество детализированных знаний. Это разочаровало учёных, надеявшихся на разработку универсальных методов. Из-за проблемы комбинаторного взрыва объём необходимых знаний быстро становился слишком большим для ручного ввода, поэтому работа ограничивалась частными случаями.

В категории C наблюдались определённые успехи: искусственные нейронные сети применялись для моделирования нейробиологических данных. Система SHRDLU продемонстрировала, что человеческое использование языка, вплоть до тонких деталей, зависит не только от синтаксиса, но и от семантики и знаний, что оказало влияние на психолингвистику. Однако попытки расширить SHRDLU на более широкие дискурсивные области считались нереалистичными по тем же причинам.

Проекты категории B оценивались как неудачные. В частности, задача «создания и программирования робота, имитирующего человеческие способности к координации руки и глаза, а также к решению задач на здравый смысл», по мнению Лайтхилла, не принесла удовлетворительных результатов. Аналогично, шахматные программы того времени играли не лучше любителей. Вследствие комбинаторного взрыва время работы общих алгоритмов становилось слишком большим, и приходилось использовать специализированные эвристики.

В заключение отмечалось, что в течение последующих 25 лет категория A превратится просто в инженерные прикладные технологии, категория C сольётся с психологией и нейробиологией, а категория B будет заброшена.