Буби, Мухлиса

С 1895 года преподавала в медресе родителей. В 1901 году совместно с братьями и их женами, Насимой и Хуснифатимой, создала там же, в Иж-Бобье, 6-летнюю женскую учительскую школу, где преподавание велось на татарском языке.

В 1905 году открыла медресе «Иж-Бобья» для женщин-мусульманок, где преподавала основы ислама, языки и литературу народов Востока. В этом медресе также преподавались педагогика, математика, география, история, физика, этика, логика, русский язык.

В 1907 году на средства Сарапульского уездного земства было открыто одноклассное женское русско-татарское училище, ставшее составной частью женского медресе^[5].

В 1907 году от Сарапульского училищного совета было получено разрешение на прием экзаменов на звание учительницы (мугаллимы) начального татарского училища и выдачу свидетельств лицам, выдержавшим эти экзамены. Медресе стало первым учебным заведением, готовившим учительниц для женских медресе и мектебов^[5]. Примечательно, что эти свидетельства являлись официальным документом, которые признавались административными органами России^[4].

Однако прогрессивное просвещение татарского народа настораживает властей — в январе 1910 года в Санкт-Петербурге состоялось «Особое cовещание по борьбе с мусульманским влиянием в Поволжском крае», на котором обсуждался вопрос о том, что рост интереса к образованию среди татар может угрожать роcсийской государственности. В связи с этим государство считает невозможным существование татарских мектебов (школ) и медресе, в чьих программах присутсвует обучение светских наук^[4]. Начались обыски и аресты, и 30 января 1911 года в Медресе Иж-Буби прибыл жандармский ротмиcтр, мужское медресе было закрыто и все преподаватели и руководители были отправлены в Сарапульскую тюрьму^[6].

После разгрома мужского медресе и ареста братьев Буби 30 января 1911 года, в 1912 году женское училище тоже было закрыто, при этом библиотека медресе была сожжена^[7]. После этого переехала в г. Троицк Оренбургской губернии, где возглавила женское мектебе. С 1913 года одновременно преподавала вероучение в женской гимназии. В 1914 году на средства купцов Яушевых открыла в Троицке женскую учительскую семинарию «Дарульмугаллимат»^[5].

Мухлиса Буби принимала участие на I Всероссийском мусульманском съезде, который проходил в Москве с 1 по 11 мая 1917 года, на котором была избрана одним из 6 кади Центрального духовного управления мусульман. На этом же съезде были приняты решения о запрете многоженства, необязательности паранджи, возможности развода по инициативе жены («хула») без предоставления доказательства несостоятельности мужа^[8]. Это был первый состав ЦДУМ избранный самими мусульманами, а не назначенный властями и первый, включавший в свой состав женщину^[9].

Редактор-издатель женского журнала «Сююмбике» Якуб Халили писал по этому поводу^[10]:

Мухлиса Буби переизбиралась в 1920, 1923 и 1926 годах. Работая на этой должности в Уфе, в основном разбирала судебные иски от мусульман, руководила семейным отделом ЦДУМ, вела метрические книги^[5]. Параллельно с деятельностью в ЦДУМ, работала над созданием трехступенчатой системы образования (начальное, среднее, высшее)^[4].

Вела большую организационно-просветительскую работу среди женщин, в 1905—1917-х годах выступала со своими статьями по женскому вопросу в газетах «Ульфат», «Ахбар», «Вакыт» и журналах «Сююмбике» и «Ислам мэжэллэсе» (Исламский сборник). Освещала вопросы роли женщины в семье и обществе и задачи, стоящие перед ней, обращала особое внимание на то, что сохранение языка, национальных и религиозных традиций — главный долг женщины. Основой её взглядов было убеждение в том, что мусульманские женщины могут и должны достичь равноправия с мужчинами, при этом сохраняя нравственность и не нарушая заветов ислама^[3].

В статье «Женщины в мире ислама», проследив роль женщины в семье и обществе с эпохи первоначального ислама, она останавливается и на задачах, стоявших перд современной ей женщиной. По ее мнению, наиважнейший долг женщины — сохранение традиций и языка^[11]:

Репрессии, обрушившиеся на татарскую интеллигенцию, не обошли стороной и Мухлису-абыстай, продолжавшую трудиться в Духовном управлении не смотря на свой преклонный возраст. В первый раз в НКВД ее пригласили 21 сентября 1930 г., допрашивали в связи с обвинением в незаконном хранении золотых монет и ценных вещей по статье 59 Уголовного кодекса. Все то, что она хранила, намереваясь совершить Хадж в Мекку, было конфисковано^[6].

Во второй раз ее допрашивают в 1937 г. В начале ноября 1937 г. в УГБ НКВД была составлена секретная справка по Башкирии, в которой было указано, что «Бобинская является участницей контрреволюционной буржуазно-националистической повстанческой организации, вскрытой в Башкирии. Она активно проводит контрреволюционную националистическую работу, осуществляя связь с контрреволюционной организацией с иностранными разведками… Бобинская подлежит аресту и привлечению к ответственности по статье 58 пункты 2, 6, 10, 11 Уголовного кодекса РСФСР»^[12]. Таким образом, она была репрессирована по обвинению в участии в «Контрреволюционной повстанческой националистической организации Башкирии»^[13] и арестована 20 ноября 1937 года. 23 декабря 1937 года была расстреляна^[14].

Постановлением Президиума Верховного суда Башкирской АССР от 23 мая 1960 года Мухлиса Буби была оправдана и реабилитирована^[12].