Мирин Дажо

Арнольд Геррит Хенскес родился 6 августа 1912 года в Роттердаме. Увлекался рисованием и в 20 лет стал руководителем дизайнерского бюро в «Beaux Arts».

В молодости с Арнольдом Хенскесом неоднократно происходили странные события. Однажды он написал портрет недавно умершей племянницы, которая всю жизнь прожила в Южной Африке и которую он никогда не видел. Он сумел изобразить её очень точно, что подтвердили позже фотографии этой женщины. Часто бывало, просыпаясь по утрам, Арнольд обнаруживал, что руки и простыни испачканы краской, а в комнате беспорядок. Во сне он бессознательно рисовал художественные картины, даже не просыпаясь и ничего не помня утром.

Кардинальные жизненные перемены произошли у Арнольда в 1945 году, в возрасте 32—33 лет. Именно тогда, после случайного ранения, которое не кровоточило и быстро зажило, он поверил в то, что его тело неуязвимо^[3]. Арнольд решил показать всем, что он физически неуязвим, бросил работу и переехал в Амстердам, где ходил по кафе и барам и предлагал посетителям зарезать себя. Скоро о нём заговорил весь город.

Хотя Арнольд прославился исключительно прокалыванием тела, на его первом выступлении он съел кусок стекла и шесть лезвий. Как признавался сам Арнольд, эти вещи никогда не покидали его тело, а дематериализовались внутри него.

В Амстердаме он взял себе псевдоним Мирин Дажо (эспер. Mirin Daĵo, от mirindaĵo), что в переводе означает «чудо»^[2]. Он считал эсперанто языком, способным объединить человечество в единый мир.

Вскоре Мирин Дажо познакомился с Яном Дирком де Гроотом (нидерл. Jan Dirk de Groot), который становится его единственным и бессменным помощником. Ян де Гроот поделился тем, что происходило за сценой, и каким он видел Мирина Дажо. Он говорил о том, что у Дажо есть как минимум три ангела-хранителя, которые оберегали его и подсказывали, каким испытаниям можно подвергнуть своё тело. Многие испытания не демонстрировались на людях, например, умывание кипятком. Кожа Дажо при этом даже не покраснела, не говоря об ожоге.

Ян де Гроот подсчитал, что в день Дажо прокалывали более 50 раз, и несколько дней более 100 раз. Острые спицы и рапиры проходили сквозь сердце, лёгкие и селезёнку, иногда через несколько органов одновременно, кровь при этом отсутствовала. Время от времени лезвия посыпались ядом или вонзались преднамеренно заржавевшие. В одном выступлении в Цюрихе, чтобы доказать публике, что это не обман, Дажо пронзили тремя полыми 8-миллиметровыми трубками, через которые подавалась вода, делая его «человеком-фонтаном»^[4].

Дажо утверждал, что это не металл проходит сквозь него, а он проходит сквозь металл. Он дематериализовывал тот участок тела, через который проходило оружие. В одном из упражнений де Гроот наблюдал, как Дажо стал полностью невидимым и материализовался, только когда нарушилось эмоциональное равновесие.

Но Дажо оставался по сути обычным человеком. Его состояние, по его словам, имело возможность включаться и отключаться. Однажды он даже сломал руку, но сразу же вправил кость, и перелом исчез.

Ян де Гроот также отмечал телепатические и целительские способности Дажо. Лечение людей происходило в присутствии врачей.

Несмотря на то, что самому Дажо кинжалы и рапиры не причиняли никакого вреда, зрители часто падали в обморок. Во время одного из выступлений у особенно впечатлительной зрительницы случился сердечный приступ. А на представлении в зале «Корсо» в Цюрихе рапира задела кость. Услышав в абсолютной тишине негромкий скрежет, несколько человек упали в обморок^[4]. Это привело к тому, что Дажо запретили проводить свои выступления в больших залах. Ему пришлось ограничиться сценами кафе и баров, но это его не смущало.

Следующим этапом стал поиск агента, который бы организовывал М. Дажо выступления: сначала в кафе и клубах, позже в театрах и церквях для донесения своего послания человечеству. Агент был найден, и Мирин Дажо был отправлен для обследования в университет Лейдена, чтобы получить лицензию на выступления. Первое научное обследование провели профессор Карп (нидерл. Carp), доктора Бертольт (нидерл. Bertholt) и Стоквис (нидерл. Stokvis). Лицензию Мирин Дажо получил только для выступлений в закрытых клубах в связи с необычным умением. Это огорчило его, так как демонстрация неуязвимости должна была проходить не в форме шоу, а в форме лекции и должна была являться донесением до людей его мировоззрения.

В 1947 году Мирин Дажо отправился на гастроли в Швейцарию. 31 мая 1947 года он продемонстрировал свои таланты в Цюрихском кантональном госпитале в присутствии множества докторов, врачей и журналистов. В частности, его осматривали доктор Ханс Негели-Осйорд и главный хирург Вернер Бруннер. Там же были сделаны рентгеновские снимки, показывающие пронзённые шпагой внутренние органы. После изъятия шпаги кровь отсутствовала, а на теле остались лишь маленькие пятнышки. Подобные исследования были проведены также в Базеле и Берне^[5].

Основная современная медицинская гипотеза, объясняющая этот феномен, заключается в постепенном создании фистул — заживших каналов из рубцовой ткани. Предполагается, что Дажо формировал их длительное время, что позволяло оружию проходить сквозь тело по рубцовому тоннелю без сильного кровотечения и повреждения внутренних органов^[6].

Для Мирина Дажо его выступления не были целью получения славы или богатства, он хотел показать миру, что есть нечто большее, чем реальность, и человек может существовать вне материального мира.

Мирин Дажо говорил, что физическая неуязвимость — это первый этап. Второй этап — донести всему миру сообщение, что люди должны отказаться от материалистического пути развития. Они должны понять, что существует высшая сила, источник, который работает через него и который дал ему эту неуязвимость, как ясный знак того, что существует нечто большее за пределами материалистической картины мира. Он утверждал, что доносит послание мира, а материалистический путь человека может привести к нищете и войне. Также Мирин Даже был вегетарианцем.

Во время гастролей по Швейцарии «ангелы-хранители» Дажо велели ему проглотить стальную иглу, которую затем полагалось извлечь хирургическим путём. Причём операция должна была пройти без наркоза. 11 мая 1948 года Дажо проглотил иглу. Она оставалась внутри его тела два дня. Доктор согласился извлечь её, но операцию 13 мая провели под наркозом.

Через 10 дней помощник де Гроот отправился в аэропорт встречать жену, а Дажо остался дома и лёг в постель. Приехав домой, де Гроот с женой застали Дажо по-прежнему лежащим в постели. Ян знал, что его друг часто медитирует или, как он утверждал, «покидает тело». Поэтому он, как обычно, проверил у него пульс и, убедившись, что пульс бьётся сильно и ровно, ушёл. Дажо не встал и на следующий день. Поскольку он никогда не впадал в столь длительный «транс», де Гроот забеспокоился, но Дажо продолжал глубоко дышать, и пульс у него был ровным.

Утром третьего дня де Гроот вновь заглянул в комнату друга. Ни пульса, ни дыхания у Дажо уже не было. Дажо был объявлен мёртвым 26 мая 1948 года. Вскрытие показало, что причиной смерти является разрыв аорты. Хирург, извлекавший иглу, и де Гроот с этим заключением не согласились.

Ян де Гроот считал смерть Дажо осознанным уходом, так как тот предвидел свою кончину: уезжая из Голландии в Швейцарию, он сказал, что больше не увидит родину. Перед проглатыванием иглы Дажо отказался от помощи де Гроота, чтобы на ассистента не легла ответственность за этот поступок. По словам де Гроота, после операции Дажо впал в глубокий транс, при котором его пульс оставался ровным в течение двух дней, что, по мнению ассистента, свидетельствовало о духовном процессе, а не о физическом недуге^[4].