Мазо да Сан-Фриано

Мазо да Сан-Фриано родился во Флоренции 4 ноября 1531 года в районе Порта Сан-Фредиано, откуда и происходит его прозвище. Первоначальное художественное образование получил в мастерской Пьеро Франческо Фоски, где учился в сравнении с великими мастерами маньеризма, в особенности с Понтормо.

По свидетельству Джорджо Вазари, Мазо был учеником Пьеро Франческо Фоски, хотя некоторые источники указывают на Карло Портелли как его наставника. Воспитывался среди других выдающихся художников маньеризма, в частности Понтормо. Известно также, что он сотрудничал с уже пожилым Микеланджело в ряде проектов.

В 1560 году Мазо написал алтарный образ «Посещение» для церкви Сан-Пьер-Маджоре во Флоренции — ныне это произведение находится в часовне Тринити-Холл в Кембридже, Англия. Похожая работа находится в кафедральном соборе Прато. После 1561 года он работал в церкви Оньиссанти и в церкви Санта-Феличита.

Мазо да Сан-Фриано считается одним из представителей направления контр-маньеризма во Флоренции. Его наиболее известными учениками были Якопо да Эмполи и Александро Феи.

Одна из его картин, предположительно изображающая Козимо I Медичи в 1560 году, считается самым ранним изображением наручных часов.

Мазо да Сан-Фриано скончался в 1571 году и был похоронен 2 октября в церкви Кармине во Флоренции.

В 1570—1571 годах Мазо завершил две выдающиеся панели для так называемого Студиоло Франческо I во Палаццо Веккьо во Флоренции, ставшие настоящим художественным завещанием мастера. Под руководством Джорджо Вазари коллективная работа по декорированию студиоло включала участие Мазо на западной стене, посвящённой элементу воздуха.

Между мифологической эрудицией, герметическими символами и, возможно, магико-алхимическими аллюзиями, он точно следовал программе в верхней панели. Основным источником для сцены «Алмазная шахта» послужило описание кристалла у Плиния. Кристалл, по Плинию, образуется из атмосферной влаги, охлаждённой ветрами, и часто сопоставляется с драгоценными материалами, изображёнными Мазо: обнажённые мужчины собирают их на фоне суровой сверкающей горы, по которой другие старатели взбираются с помощью верёвок и корзин. Причудливые позы фигур, с одной рукой, завязанной за спиной, напоминают цепи Прометея, воспетого на потолке студиоло и упомянутого у Плиния в связи со страстью человека к самоцветам.

Многолюдная и яркая сцена на переднем плане, где один из нагих протягивает камни экзотически одетым персонажам, отсылает к литературе об Индиях, в частности к Гарсии да Орта, чьи мотивы легли в основу композиции. Восточный колорит, по-видимому, был разработан Мазо на основе собственного рисунка (Ренн, Музей изящных искусств), навеянного гравюрой Лукаса ван Лейдена, известной во Флоренции с начала века.

В случае овального панно «Падение Икара» в нижнем ярусе, предназначенного для украшения одной из дверей шкафов, где хранились редкости Франческо, выбор сюжета связан со сложной системой соответствий между иконографической программой и содержимым студиоло. Вместо намёка на изделия из перьев, сюжет из Овидия, сам по себе относящийся к теме воздуха, вновь отсылает к плиниевской теории о кристалле, вызывая ассоциации с изысканными произведениями флорентийских мастеров-ювелиров Медичи. Живопись Мазо с её фасетированными плоскостями и драгоценными красками подтверждает его явное наследие Понтормо, что особенно заметно в композиции «Алмазная шахта» с её выразительным контрапунктом фигур и жестов. Склонность к изображению мелких фигур и утончённая техника делают панели Мазо одними из самых фантастических и причудливых произведений позднего флорентийского маньеризма.