Леонор Энрикес

Эдуардо Пардо де Гевара-и-Вальдес, основываясь на работах других авторов и собственных исследованиях, утверждал, что Леонор Энрикес была незаконнорождённой дочерью графа Педро Энрикеса Кастильского, хотя другие утверждают, что она была законной дочерью его и его жены Исабель де Кастро^[1]. Но, по мнению Пардо де Гевара-и-Вальдеса, тот факт, что Леонор Энрикес выходила замуж за представителей мелкой знати, ещё больше укрепляет гипотезу о том, что она все же была внебрачной дочерью^[2].

По отцовской линии она была внучкой Фадрике Альфонсо Кастильского, магистра ордена Сантьяго и родоначальника дома Энрикесов, а также дамы, возможно, принадлежавшей роду Ангуло из Кордовы^[3]. А если бы Леонор была законной дочерью графа Педро Энрикеса и Исабель де Кастро, то её дедушкой и бабушкой по материнской линии были бы Алвару Пиреш де Каштру, граф Аррайолуша, первый коннетабль Португалии и сводный брат знаменитой Инес де Кастро, и Мария Понсе де Леон^[4].

Она была сестрой или, возможно, сводной сестрой Фадрике Энрикеса Кастильского, ставшего герцогом Архона, графом Трастамара, и Беатрис Энрикес Кастильской, которая унаследовала большую часть владений первого и вышла замуж за Педро Альвареса Осорио, ставшего лордом Кабреры и Риберы и графом Лемоса.

Дата её рождения неизвестна. Её отец, граф Педро Энрикес, внук короля Кастилии Альфонсо XI, большую часть своей жизни был «самым могущественным» магнатом или «великим сеньором Галисии», поскольку имел титулы графа Трастамары, Лемоса, Саррии, Вианы и Эль-Больо, лорда Трабы и Кастро Кальделаса, а также главой епископств Мондоньедо, Луго, многочисленных галисийских монастырей, таких как Санта-Мария-де-Мейра и Сан-Хуан-де-Пойо^[5][a].

Леонор Энрикес вышла замуж в первый раз и до 1394 года за Хуана де Новоа, который был сыном Хуана Переса де Новоа и Эльвиры Парада, чья семья по отцовской линии, как указывают различные авторы, входила в состав мелкой галисийской знати, которая поддерживала и даже вооружала графа Педро Энрикеса вместе с другими семьями, такими как Валькарсель, Кадорнига, Кастильоны и Табоада^[2].

Хуан де Новоа, муж Леонор Энрикес, был сеньором из дома Новоа, из Маседы, где находилось старое поместье его семьи и где он владел майоратом, а также домом и замком Сандианес, среди прочих мест. А историк Аугусто де Бургос, спутавший Хуана де Новоа с его отцом, Хуаном Пересом де Новоа, ошибочно заявил, что первый был «верным слугой» Педро I Кастильского и что он защищал порт Оренсе и все берега реки Миньо от нападений английских войск герцога Ланкастерского Джона Гонта^[6]. И тот же автор, как и Фернандо Хурадо Нобоа, ошибочно упомянул, что детей Леонор Энрикес и Хуана де Новоа звали Нуньо Гонсалес де Новоа и Майор де Новоа, хотя на самом деле их звали Мария и Суэро Яньес де Новоа^[6].

В 1394 году граф Педро Энрикес уступил мужу своей дочери Леонор, который был одним из его главных сторонников в городе Оренсе, заповедники Ногалес и Морейро, которые до начала XIV века принадлежали Ордену Храма и были подарены графу Педро его дядей, королём Энрике II Кастильским. Граф также уступил Хуану де Новоа 8 июня 1394 года заповедники Сан-Висенте и Мольгас, которые находились на «земле Лимии»^[7]. Согласно документу, хранящемуся в архиве Кафедрального собора Оренсе, 28 мая 1397 года Хуан де Новоа, объявив себя сыном Хуана Переса де Новоа и Эльвиры и с разрешения своей жены Леонор Энрикес, передал на форуме вместе с Леонор место Астарис соседу в Виде по имени Хуан Альфонсо за четвёртую часть ренты и ещё три фунта, которые причитались ему «по праву»^[8].

Граф Педро Энрикес, отец Леонор, умер 2 мая 1400 года в Оренсе, и в завещании, которое он предоставил 29 апреля того же года в том же городе, которое не дошло до наших дней и откуда известны только фрагменты, упомянутые монахом Малакиасом де ла Вега, упоминает свою дочь Леонор Энрикес и завещает ей 30.000 мараведи^[7][b].

Хотя неизвестно, когда умер Хуан де Новоа, некоторые авторы утверждают, что первое завещание он составил в 1400 году, а второе — 20 ноября 1406 года. Последнее было ратифицировано от имени завещателя аббатом монастыря Осейра и кантором собора Оренсе, и в нём завещатель указал в качестве душеприказчиков, согласно Хосе Креспо Позо, своего шурина Фадрике Энрикеса, который был братом или сводным братом Леонор, и сына Фадрике, Алонсо де Кастро, который умер в раннем возрасте^[9]. И есть свидетельства того, что Хуан де Новоа уже умер к 1414 году и что его сыновья умерли до него, так что господство над его имуществом перешло к его брату, Педро Яньесу де Новоа, который был женат на Марии Мендес де Амбия^[10].

Леонор Энрикес вышла замуж ещё раз за Гарсию Диаса де Кадорнига, который и являлся сыном Педро Диаса де Кадорнига. 1 октября 1414 года, когда она уже была замужем во второй раз, согласно документу, хранящемуся в герцогском архиве Мединасели, Леонор продала большую часть своих владений, включая крепость Мандиа и дома «Мансанеда или Маседа» и Адай, своему брату или сводному брату, герцогу Фадрике Энрикесу, за сумму в 6 000 золотых добл^[7][c].

Хотя неизвестно, когда состоялся брак Леонор с Гарсией Диас де Кадорнига, Мария Хесус Бас Висенте отметила, что и её отец, и её брат или сводный брат, герцог Фадрике Энрикес, стремившиеся при жизни стать величайшими лордами Галисии, использовали «женщин своих домов», как в случае с Леонор, чтобы обеспечить верность «новых рыцарей в постели». И вот сестры или сводные сестры Леонор и Констанция Энрикес вышли замуж соответственно за Хуана де Новоа и Педро Диаса де Кадорнига, которые в то время были двумя видными галисийскими дворянами или «людьми, имеющие вес» в обществе.^[11]

В 1424 году Леонор Энрикес уступила своему брату или сводному брату, герцогу Фадрике Энрикесу, все владения, которые завещал ей отец.

Точная дата её смерти неизвестна, но Леонор Энрикес умерла после 1424 года.

Леонор Энрикес была похоронена в церкви Сан-Мартин-де-Ла-Мескита, которая была отремонтирована по завещанию Леонор и её второго мужа, Гарсии Диаса де Кадорнига. И, по мнению большинства историков, гробницы обоих находятся на евангельской стороне средокрестия этого храма и размещены в «монументальном мавзолее классического стиля», построенном в начале XVII века и содержащем две полукруглые арки, увенчанные прямым фронтоном в классическом стиле. Однако другие авторы утверждают, что данная информация ошибочна и что эти гробницы не принадлежат ни Леонор Энрикес, ни её второму мужу^[12]. Также есть утверждение о том, что, хотя в Средние века было принято помещать на могилах эпитафии, позволяющие идентифицировать похороненных там людей, на тех, что приписывают Леонор и её второму мужу, нет ни одной, которая позволила бы идентифицировать это наверняка, и поэтому историки не сходятся во мнениях.

Лежащая статуя, предположительно изображающая Леонор Энрикес, изображает её одетой в плащ, закрывающий её с головы до ног, хотя лицо и руки видны, а последние сложены вместе и прямо на груди в молитвенной позе. У ног её статуи и статуи её мужа лежит собака, хотя некоторые авторы утверждают, что в гробнице нет ни животных, ни других предметов, таких как книги, розарии или драгоценности, поскольку скульптура должна была следовать предписаниям Тридентского собора в плане аскетизма и простоты.

Первый раз Леонор Энрикес вышла замуж до 1394 года за Хуана де Новоа, который был сыном Хуана Переса де Новоа и Эльвиры де Парада, и от их союза родились двое детей^[13]:

• Мария де Новоа.
• Суэро Яньес де Новоа, который, вероятно, умер, не оставив потомков, так как имущество его отца унаследовал его дядя, Педро Яньес де Новоа^[1].

От брака с Гарсией Диасом де Кадорнига, который был сыном Педро Диаса де Кадорнига, по мнению некоторых авторов, родился сын^[13]:

• Педро Диас де Кадорнига. По словам монаха Малакиаса де ла Вега, он женился на Констанции Энрикес, которая была сестрой или сводной сестрой самой Леонор Энрикес, и Пардо де Гевара-и-Вальдес также указал, что это происхождение «вероятно» верно, хотя другие утверждали, что Педро Диас де Кадорнига был сыном Гарсии Диаса де Кадорниги и женщины по имени Беатрис де Кастро, как записано в завещании, которое последняя предоставила в 1478 году, и в других документах^[14]. И хотя достоверность брака Леонор Энрикес с Гарсией Диасом полностью подтверждается документом 1414 года, некоторые истории настаивают на том, что реконструкция генеалогии этих персонажей очень сложна из-за скудности документов, сохранившихся до наших времён. Есть ещё дополнительное мнение, что сын Леонор и её второго мужа был назван в честь своего отца, Гарсии Диас де Кадорнига, а также что последний женился на мэре Альваресе де Лосада, с которым у него было несколько детей.